Чтение онлайн

положение занимал «первый поэт» (pencerdd), который, выиграв состязание за это

почетное место, становился ровней знатнейшим из королевских придворных. Видимо,

звание pencerdd соответствовало рангу «оллама» — главы ирландских филидов.

Ступенькой ниже стоял придворный поэт (bardd teulu), входивший в группу из двадцати

четырех придворных, обыкновенно сопровождавших короля. Когда «придворный поэт»

получал это звание, король торжественно вручал ему арфу, с которой тот не должен был

расставаться никогда. «Придворный поэт» пел для уходящего в поход войска, а перед

самой битвой исполнял перед воинами поэму «Королевство Британия». Кроме того, в

текстах Законов встречается термин cerddorion, который, видимо, обозначал еще один

класс поэтов, подчиненных «первому поэту». Еще в Законах упоминаются так

называемые croesaniaid, видимо занимавшие самое низкое положение в рамках класса

поэтов. В средневековых трактатах о поэтическом искусстве встречаются несколько

видоизмененные термины, обозначающие, вероятно, те же ранги prydydd («поэт»),

teuluwr («поэт при дворе или при войске»), clerwr («странствующий поэт, менестрель»).

Поэту из teuluwr предписывались три обязанности: радовать благородных мужей, иметь

чистые помыслы и уметь учтиво выразить просьбу. Все это невольно напоминает о

праздничной музыке в Доме Бухета в Лейнстере. «Придворный поэт» писал и любовные

стихи и был учеником «первого поэта», которому, однако, следовало избегать

беспорядочного искусства поэта третьего ранга, clerwr (IV функция), ибо искусство

«первого поэта» и «странствующего поэта» «противостоят одно другому». По мере

стирания высших функций поэтов-мастеров их искусство свелось большей частью к

сочинению хвалебных гимнов. Когда законы и пророки уходят в прошлое, псалмы

остаются.

В начале XVII столетия в Ирландии один из южных поэтов бросил вызов

традиционному первенству Севера, что привело к долгим и широкомасштабным

поэтическим диспутам между половиной Конна и половиной Муга. В конце следующего

века аналогичные споры возникают и в Уэльсе, причем большую роль в этом, конечно,

сыграли и подделки Иоло Моргануга. В контексте рассмотренной нами четырехчастной

структуры утверждение Моргануга, что центром бардического искусства был именно

Гламорган, представляется достаточно оправданным, при условии, что за «бардом»

всегда было закреплено третье место в иерархии ученых людей. Следует добавить, что и

сам Йоло Моргануг утверждал, что его родина богата «приятной и сладостной домашней

поэзией» (сапи teuluaidd), т е поэзией бардов.

Дихотомия, проявляющаяся в противопоставлении Севера и Юга, заметна и в

устройстве в Уэльсе королевских палат. Все здание делилось на две половины, а

перегородку называли словом corf, которым обозначали также «лес накрутом берегу

реки», а такой лес зачастую служил границей между верхней и нижней частью

территориальных единиц. Король, его наследник, судья, первый поэт и иные вельможи

сидели в верхней части палаты; глава личной охраны короля и его люди, а также

придворный поэт занимали нижнюю половину. Когда король желал услышать песнь,

первый поэт вставал и исполнял в верхней части палаты две песни — божественную и

королевскую, а затем придворный поэт, сидевший в нижней части палаты, исполнял

свою песнь. Придворный поэт пел и в покоях королевы, но эту песнь должно было

исполнять тихим голосом. Соотношение песней как 2:1 едва ли требует особых

комментариев, равно как и ассоциация барда с королевой и войском. Следует вспомнить

и еще об одном должностном лице при королевском дворе Уэльса, а именно о maer

biswail (букв:. «навозный чиновник»). Этот человек отвечал за королевские земли, а

стало быть, под его началом находились крестьяне, и он обеспечивал своевременную

вспашку, сев и т.д. Подчиняясь сенешалю и ведая снабжением двора, он, тем не менее,

принадлежал к классу крестьян; в верхней, королевской, половине к нему почтения не

испытывали.

4

Странные приключения Пуйлла и Придери сосредоточены вокруг так называемого

«тронного холма» (gorsedd), который находился не в самом Арберте, а за его пределами.

Кто бы ни сел на этом холме, непременно либо видел чудесное видение, либо терпел

раны и побои. Именно с этого холма Пуйлл впервые увидел Рианнон на ее волшебной

белой кобыле. Там же сидел и Придери, когда на Дивед были насланы злые чары, там

Манауидан едва не убил сверхъестественную воровку «мышь», что помогло ему

освободить страну от чар и вернуть потерянную жену и сына.

О связи ритуального холма с Иным миром, Аннувном, говорит и поэма Gweledigaetheu

у Bardd Cwsc (1703 г.), принадлежащая Эллису Винну. В ней рассказывается о трех

видениях, что открываются поэту на этом холме, — видениях Мира, Смерти и Ада.

Поэт засыпает и видит толпу людей, которых принимает было за цыган или ведьм,

однако, присмотревшись, замечает их красоту, узнает среди них усопших родичей и

понимает, что перед ним феи (tylwyth teg). Они танцуют на холме свой танец, а потом

подхватывают поэта и несут его над морем и островами, пока наконец не прилетают к

прекрасному замку. В этом замке они пытаются заставить поэта сложить хулительную