Чтение онлайн

– Жизнь! Я принёс вам жизнь!

Огнен обнял Катарину, крепко прижал к себе и уже не отпускал ни на миг. Но и узнать, откуда здесь люди, было необходимо.

– Кто может рассказать мне об этом поселении?

– Я, – ответил староста деревни. – Меня зовут Ян Крайден, я бывший староста Гайдары.

– Гайдары?! – услышав название своего поместья, Стефан подошёл ближе.

– Да, я помню вас, господин, совсем молодым, – низко поклонился мужчина.

– И я помню тебя, Крайден, – узнавая его, согласился Стефан. – Как ты оказался здесь?

– Пять лет назад вы привезли в поместье женщину – Мину. В ваше отсутствие Мина начала делать из Дубков бандитское гнездо. Я возмутился и пригрозил рассказать вам. Тогда они вместе с Талицей скрутили меня магией и забросили вглубь Пустоши. А там только одна дорога, вернее, направление – сюда в Последний Оазис, так называется наша деревня.

– Почему сюда?

– Потому что сюда ведёт зов. Он не слышен ушами, но слышен самим организмом. И всё живое из пустых земель идёт сюда.

– А откуда этот зов? – Огнен стремился докопаться до истины.

– Я думаю, от этого дерева эльфов, – Ян махнул рукой немного в сторону. – Этих деревьев нет уже даже на нашем континенте, а это осталось каким-то чудом.

– Интересно…

Стефан, несмотря на ранение, подошёл к дереву и положил на него руку. Оно вибрировало, и этим призывало своих родичей. Но уже тысячелетие, как минимум, ни одного эльфа не было на землях людей.

Катарина, видя, с каким трудом сдерживает Стефан свои страдания, позвала его:

– Эй, парень, ты ранен? Давай посмотрю!

– Я Стефан, ты не помнишь меня, Катарина?

– Нет, прости, но посмотреть твою рану я могу и без этого.

Стефан улыбнулся и без опасений показал ей свою руку. Рана была от ядовитого ожога. Но поскольку природной магии в этом месте почти не было, то лечить её можно было лишь зельями. Это долго, поэтому Катарина сразу призналась.

– Я могу почистить и обработать правильно твои раны, но вывести яд и залечить быстро можно только в большом мире. Потерпишь?

– Конечно, тем более, что ждать недолго. У нас есть портал, и мы уйдём отсюда не пешком, – рассмеялся Стефан.

Пока Катарина обрабатывала раны Стефана. Огнен разговаривал с жителями деревни, которые вслед за старостой вышли за стены поселения. Он узнал то же самое, что и от Яна. Все пришли в это место на зов. А уйти из оазиса было невозможно. Очень далёкий путь назад без магии, воды и еды вряд ли бы кто вынес. Нет, находились смельчаки, которые рисковали жизнью ради возвращения. Но больше о них никто не слышал, ни здесь, ни в большом мире.

– Отец, мы закончили! – позвал Огнена Стефан. – Забираем половину отряда, Катарину и возвращаемся в Пустошь!

– А местные? – обеспокоилась ведьма, которая уже привыкла к людям и считала их чуть ли не родственниками.

– Здесь останется половина нашего отряда для порядка и помощи, – успокоил Огнен. – А после возвращения мы вышлем сюда любую помощь. Кто хочет, сможет остаться. А кто захочет – сможет вернуться в мир. Поторопись, Кати, собери свои вещи, которые хочешь забрать. Мы будем ждать тебя! Портал у нас один и надо забрать всех сразу. Мы сами здесь портал не откроем – нет магии.

– Хорошо, – не стала спорить ведьма. – Я быстро!

Она, может, и не вспомнила о себе ничего, но Огнену верила и надеялась, что дракон не сделает ничего плохого ни ей, ни людям деревни. Где-то в подсознании у неё чётко отложилось, что драконы – это закон и порядок. Так что Катарина взяла лишь свои скудные вещички, оставив местным все, сделанные ею зелья, и поспешила за деревню.

Её уже ждали. Огнен притянул Катарину к себе и открыл портал. История изолированной деревушки на краю Мёртвых земель подошла на этом к концу. Никто не сомневался, что теперь жизнь её обитателей изменится.

***

Магические щиты, которыми Огнен разделил Брестлаву и Латию ослабили политическое напряжение между ними. Алексе уже не надо было беспокоиться о шпионах и о защите границы. Высвободились ресурсы для наведения порядка в стране и особенно во дворце.

После того, как Тамара нашла в его спальне заговорённую куклу и сожгла её, Алекса стал чувствовать себя значительно лучше. Исчезли головные боли, тревожность, сомнения, внезапные взрывы истеричности. Вернулся интерес к государственным делам, которые он уже переносил без раздражения. Именно в это время он тесно сдружился с архимагом и ведьмой, потому что все втроем они буквально жили во дворце, освобождая его от магической грязи.

И всё чаще рядом с ними во дворце стала появляться верховная ведьма – Тияна. Вначале под предлогом помощи Тамаре, затем под предлогом контроля, а затем без всякого повода – просто так.

Тамара первая и заметила зарождающуюся взаимную симпатию между королём и верховной ведьмой. Но с кем посоветоваться? Оказалось, что ближе мужа у неё никого и нет. Тем более, что они с мужем тоже стали постепенно сближаться.

– Боремир, а между королём и ведьмой возможен брак? – как-то спросила она.

– А конкретно? – сразу просёк проблему архимаг.

– Конкретно между королём и верховной ведьмой Тияной.

– Вполне, – не задумываясь ответил маг. – Тияна из высшей аристократии. Её отец – граф Дробер. Другое дело, что род Дробер никогда не стоял близко к трону и его возвышение не понравится старой аристократии.

– Господи! – закатила глаза Тома, которую бесили такие отговорки. – Лишь бы они друг другу подходили!

– К сожалению, дорогая, в мире магии всё имеет значение. Например, мы с тобой по магии очень подходим друг другу, а живём до сих пор раздельно, – деланно вздохнул Боремир. – Даже не знаю, как быть.

– Я…, – Тамара густо покраснела. – У нас другие обстоятельства! – выпалила она.

– Ну, да… как же я забыл, – подначил архимаг.

Тома и сама уже жалела, что в самом начале настояла на раздельном проживании. Оказалось, что это не совсем удачно. Но не брать же свои слова обратно. И вообще, сейчас ей хотелось, чтобы муж был более напористым, более настойчивым, более приставучим, созналась она сама себе. А Боремир как раз наоборот, перестал приглашать её к себе, перестал назначать встречи, перестал приходить к ней на ужины. В общем, перестал обращать на неё внимание! Р-рр! Но, странно, что цветы и небольшие подарки продолжал присылать ежедневно.