Наследница ведьм
Шрифт:
– Но почему вы решили, что их кто-то похищает?! Почему мы не можем просто заняться слежкой за этими двумя, не вскрывая трупы?! – ходил из угла в угол комнаты Гарт, эмоционально жестикулируя руками.
– По двум причинам. Во-первых, все эти жертвы не были согласны на посмертное донорство.
– А во-вторых?
– А во-вторых, потому что у меня возникли кое-какие подозрения по поводу природы нашего убийцы, - ответила Эмбер и повернула к нему книгу, которую успела изучить сегодня днем после возвращения из больницы.
– Албаста? Это еще что за тварь? – спросил Гарт, уставившись на изображение монструозной старухи с сине-зеленой кожей и длинными острыми когтями на скрюченных пальцах.
– Не говорите, что внезапно разучились читать, - вспылила Эмбер, теряя терпение и разворачивая книгу к себе.
– «Албаста – женское демоническое существо, связанное с водой, с длинными волосами и острыми длинными когтями. Способна вызвать непогоду: дождь, грозу, бурю, сильный ветер…». Так, этим нас не удивишь… Вот! «Насылала на рожениц болезни и смерть, после чего воровала у них легкие и печень и спешила с ними к воде, где и сжирала их», - дочитала она. – Ну, чем не наш убийца?
– Но если это албаста, то, значит, это уборщица. Ведь она – женщина, - предположил Гарт.
– О, совсем не обязательно. Я слышала о сиренах в мужском обличии, а перевертыши вообще с легкостью меняют пол, - отмахнулась Эмбер со знанием дела.
– Значит, следить придется за обоими? – вздохнул он. – Но я не представляю, как справлюсь с двойной слежкой.
– Ну, вы же не один. Я вам помогу, - подмигнула ему Эмбер.
– Но как вы туда попадете? Не слышал, чтобы в больнице были новые вакансии для неквалифицированного персонала.
– О, я что-нибудь придумаю, - ответила она и добавила успокоившемуся было Гарту. – Но сегодня ночью нам предстоит вскрытие. Я посмотрела по базе, в морге остается всего один труп, и завтра в полдень его отдадут родственникам. Так что сегодня нам предстоит небольшое ночное рандеву.
Эмбер старалась говорить спокойно, однако у нее внутри всё переворачивалось при мысли о предстоящем мероприятии, и впервые за это время ей хотелось, чтобы рядом оказался кто-то из Винчестеров, о которых она, к собственному изумлению, не вспомнила ни разу за этот день.
И Дин тоже ей не звонил и не писал, так что она собралась уж было сама набрать его номер, но тут ее отвлек Гарт.
– Нет-нет! Я не смогу этого сделать! – воскликнул он. – Вам надо найти кого-то другого! На такое я не подписывался!
– Может, вам выпить? – предложила Эмбер, не зная, чем его успокоить.
– Выпить?! Думаете, это изменит мое отношение к вскрытию людей? Да я даже хомяка бы мертвого не смог…
– Ой, да бросьте, Гарт! Вы же охотник! Если станете заниматься этим постоянно, то вас ждет и не такая… работа! Вот, выпейте, - приказала она и налила ему полный бокал виски.
– Нет, я, конечно, учился в стоматологической школе, но как раз, когда дело дошло до трупов, я решил, что это не моё, - бормотал Гарт, послушно выпивая содержимое бокала и морщась от горечи.
– Вот и напрасно, это бы нам сейчас очень пригодилось, - ответила ему на это Эмбер и, посмотрев на его порозовевшие щеки, спросила:
– Ну как? Теперь уже не так страшно?
– Нет, теперь чуть-чуть по-другому, - ответил он, садясь на диван.
– Отлично! Тогда подождите здесь чуть-чуть, а я сбегаю наверх, переоденусь и скоро буду, - обрадовалась она и умчалась вверх по лестнице, пока Гарт снова не завел свою песню о страхе перед трупами.
Однако к тому времени, как она вернулась, свежеиспеченного охотника и патологоанатома успело так разморить от выпитого, что он крепко спал на диване и при этом громко храпел.
– Гарт! Эй, Гарт! Просыпайтесь!
– попыталась растолкать его Эмбер, но это было так же бесполезно, как стрелять в слона дробью: Гарт Фитцджеральд IV спал крепким сном и не реагировал на нее.
– Будь проклят тот миг, когда я решила налить тебе для храбрости! – в отчаянии закричала Эмбер, понимая, что ей придется проводить вскрытие самостоятельно.
– Я не боюсь, я не боюсь, я не боюсь, - бормотала себе под нос Эмбер, кладя в рюкзак тетрадь с заклинаниями, в которой она нашла заклинание, которое помогало действовать на расстоянии, не прикасаясь к чему-либо руками. Она надеялась, что если ей хотя бы не придется собственноручно потрошить труп, то это будет не так жутко. Ну, разумеется, при условии, что его действительно раньше вскрывали, и ей придется всего лишь распороть старые швы.
Пробравшись внутрь больницы при помощи заклинания, Эмбер обнаружила план эвакуации, нашла на нем морг и спустилась туда, прижимаясь к стене и надеясь, что ее никто не увидит и ей не придется вырубать случайных свидетелей при помощи сонного порошка, который она на всякий случай захватила с собой.
Спустившись в полутемный коридор, освещенный тусклым светом нескольких неоновых ламп, Эмбер быстро прошла к находящейся в его конце двери морга и, приложив ухо к двери, прислушалась. Изнутри не доносилось ни звука, однако металлические двери были плотно заперты.
Воспользовавшись заклинанием для отпирания замков, Эмбер вошла внутрь и оказалась в полной темноте. Нащупав выключатель, она на миг ослепла от яркого света, залившего обширное помещение с рядами холодильников вдоль стен и несколькими металлическими столами.
Эмбер втянула носом запах какого-то медицинского раствора и моющих средств и почувствовала, как от страха у нее вспотели ладони. Затем она заперла входную дверь и надела лежащие у входа резиновые перчатки, после чего поняла, что понятия не имеет, в каком из холодильников находится последняя скончавшаяся пациентка – Миранда Донахью. Еще раз помянув недобрым словом заснувшего Гарта, она, затаив дыхание, подошла к первому холодильнику, взялась за ручку, после чего, зажмурившись, потянула на себя тугую дверцу. Лицо обдало ледяным холодом, когда она вытянула из холодильника выдвижную полку, накрытую простыней. Затем дрожащими руками подняла ее и со смесью облегчения и разочарования выдохнула, обнаружив под ней труп мужчины. Второй холодильник оказался пуст, в третьем находилась какая-то старушка, в четвертом молодой парень, а к пятому она уже настолько расхрабрилась, что открывала их легко, сдергивая простыни с покойников и убеждая себя, что это такая игра, а трупы на самом деле не трупы, а манекены.
Однако когда, наконец, в восьмом холодильнике она нашла тело покойной Миранды Донахью, все уговоры о том, что это понарошку, перестали действовать.
Понимая, что надо приступать к вскрытию, Эмбер опустила простыню до пояса трупа и с облегчением обнаружила свежий шов на ее грудной клетке. Прочитав заклинание для действия на расстоянии, она взмахнула руками, рядом со швом, отчего нитки стали рваться сами собой с противным звуком, который Эмбер попыталась заглушить, бормоча себе под нос песню, которую услышала в машине по дороге сюда.