Чтение онлайн

– Мне нужно говорить с его премудрейшеством высшим жрецом! – закричал безумный оборванец.

– Кто вы, и по какому праву врываетесь в дом духовной особы? – с вызовом спросил пришедший в себя высший жрец.

– Меня зовут Рейнер, и мне необходимо говорить с высшим жрецом! – ответил безумный оборванец.

– У вас будет такая возможность. Отпустите жреца первого круга, и отдайте оружие слугам. – предложил высший жрец.

Рейнер засмеялся и сделал выпад мечом в сторону слуг столпившихся в нескольких шагах от него. Вооружённые чем попало от палок до мечей слуги высшего жреца отпрянули назад, толкая друг друга. Берг, видя такую трусость слуг, не выдержал и пошёл к Рейнеру перекладывая кинжал из одной руки в другую. Рейнер развернулся к Бергу, и прикрывшись скулящим жрецом первого круга, отвёл руку с мечом назад, готовясь к удару.

– Хватит! – закричал высший жрец.

– Поверьте, всем будет лучше, если мне дадут поговорить с высшим жрецом. – сказал Рейнер.

– Вы уже с ним говорите. Я высший жрец Еразм, смотритель святилища вознёсшегося Арсения. – произнёс высший жрец, гордо выпрямляясь.

Рейнер с сомнением смотрел на высшего жреца одетого в богато украшенный, но всё же светский костюм. Высший жрец, понявший что Рейнер не верит ему, поднял руку благословляя присутствующих знаком трёх колец. Все находящиеся в столовой, за исключением Рейнера осенили себя знаком трёх колец и склонили головы.

– Слава богиням, что я смог к вам попасть. – с облегчением сказал Рейнер, опустив меч и отпуская жреца первого круга.

– Вы находитесь в доме высшего жреца, отдайте оружие слугам. Даю вам слово духовного лица, у вас будет возможность сказать всё, что вы хотели. – уверенно сказал высший жрец, поверивший что грязный оборванец перед ним не планирует его убивать.

– Ваше премудрейшество, слуги преисподней уже здесь. Вы должны объявить сбор всех способных держать оружие ради спасения душ вашей паствы. – выпалил Рейнер.

– Успокойтесь, меры будут приняты. – попытался отвлечь явно сумасшедшего высший жрец.

Видя что перед ними сумасшедший и высший жрец просто отвлекает его, обещая принятие мер, Берг стал обходить по кругу Рейнера, пытаясь зайти тому за спину. К удивлению Берга, Рейнер оказался очень разумным для сумасшедшего, и подняв меч развернулся лицом к Бергу.

– Вы мне не верите. Жрецы первого круга мне тоже не поверили. – злобно улыбаясь сказал Рейнер.

– Уважаемый, ну сами послушайте что вы говорите. – сказал высший жрец, убедившись что отвлечь обещаниями Рейнера не удалось.

– Послушайте. Я командовал отрядом из десятка мечников и десятка арбалетчиков. Все мои люди были опытными войнами. Признаю, мы собрались вместе не для богиниугодных дел. Но в данном случае это не имеет значения. Все мы были истинно верующими сторонниками нашего культа трёх богинь. Многие участвовали в войнах в долине трёх богинь. Да, удача в этот день была не на нашей стороне. Да, я признаю. После некоторых обстоятельств, которые я пересказывать не буду, мы оказались в лесу, принадлежащем барону Рейнсту. Мы пошли туда, на место падения звезды. Дорогу нам преградили трое очень странных людей. Они были одеты как очень состоятельные рыцари, но были одни посреди леса без лошадей. Один из моих мечников, Берт, вызвал одного из них на поединок. И тот согласился. Берт сразил его первым же выпадом, распоров ему живот, после чего отсёк мечом голову. Ну почти отсёк, она держалась на обрывках кожи. И в этот момент я услышал, как они обсуждают возможность оживить мертвеца. Потом один из них достал странный предмет из сумки, после чего раздался страшный скрежет, и люди начали падать разорванные на куски. Я спасся только благодаря моему коню, который испугавшись понёс меня в лес. – с жаром рассказывал произошедшее с ним Рейнер.

Управляющий дворцом высшего жреца, воспользовавшись тем, что говорящий Рейнер перестал следить за окружающими его людьми, подкрался к нему со спины, и с размаху ударил Ренейра по голове палкой. Рейнер упал как подкошенный.

– Какая интересная история. Я даже начал ему соболезновать. – сказал высший жрец, глядя на лежащего на полу Рейнера.

– Что прикажете с ним делать? – спросил управляющий.

– Свяжите, и отвезите его к барону Грейфорварду. Он любит безумцев, и обещал хорошо платить за каждого. – ответил высший жрец трёх кругов Еразм.

Проведя почти половину жизни на войне за установление истинной веры в долине трёх богинь, бывший стражник из замка барона Рейнста, получивший с лёгкой руки барона прозвище Фока, никак не гармонировавшее с именем данным ему пред ликом трёх богинь, сумел накопить только долги. Обещания щедро раздаваемые культом трёх богинь, красочно описывающие неминуемое для всех участников праведной войны сказочное богатство в этой жизни и гарантированное попадание в рай в жизни загробной, обратились в прах. Вернувшись из долины трёх богинь, Фока не верил даже в то, что попадёт в рай после смерти. Хуже того, Фока был уверен что впереди его ждёт долгая и тяжёлая жизнь. Он был слишком стар для того, что бы получить службу стражником, не достаточно хорошо разбирался в священных таблицах, что бы претендовать на место жреца первого круга, и слишком беден для того, что бы не волноваться о первых двух своих недостатках.

Казалось, что сама судьба предназначила для Фоки только один путь – стать разбойником и надеяться на то, что он погибнет при очередном налёте на проезжающий по королевскому тракту купеческий караван, и не попадёт раньше в руки местного барона, который казнит его за разбой. И вот, когда Фока смирился со своей участью закончить жизнь в качестве разбойника, ему в последний возможно раз улыбнулась удача. Договорившись с двумя такими же как он нищими, которым так же было некуда податься, Фока вышел на королевский тракт для восстановления попранной справедливости. Пропустив пару больших караванов, охраняемых многочисленными стражниками, Фока преградил дорогу одинокому фургону, запряжённому парой слишком хороших для простой телеги лошадей. Коллеги Фоки, не дожидаясь переговоров, которые тот собирался вести с хозяевами фургона, быстро и нагло полезли под тент, после чего так же быстро вывалились обратно, громко крича и пытаясь удержать вываливающиеся из распоротых животов кишки. Из фургона не торопясь вылезли два рыцаря в кольчугах и шлемах, с окровавленными мечами. Фока решил умереть прямо здесь, и достав из протёртых ножен старый покрытый зазубринами меч, встал в стойку. Возница фургона ухмылялся, глядя на приготовившегося к своей последней схватке Фоку.

– Фока, старая шельма, ты что решил стать разбойником? – обратился к Фоке один из рыцарей, снимая шлем.

– Очень хотелось есть, милорд. – ответил Фока, пытаясь вспомнить где уже видел этого рыцаря.

– Да ты никак не узнаёшь меня, Фока. Ну что ж, к счастью для тебя, у меня память получше, и я помню как ты спас мою жизнь в долине трёх богинь. Я был ранен в ногу, моя лошадь пала, мы отступали, и ты уступил мне свою лошадь. Клянусь честью, если бы не это, я бы не смог дойти и навсегда остался бы в тех песках. – напомнил рыцарь.

– Барон Грейфорвард. Милорд, мне жаль что мы встретились при таких обстоятельствах. – ответил Фока.

– Вот что, ты спас мою жизнь, а я спасу твою. Долго в качестве разбойника ты не протянешь. Ты сейчас же отправишься вместе с нами. Я дам тебе денег. Открой на эти деньги таверну, и ты всегда будешь сыт. – сказал барон Грейфорвард.

Пятнадцать лет спустя, конюх барона Грейфорварда Михаэль угрожал стоящему за стойкой собственной таверны Фоке, требуя рассказать о каких-то таинственных благородных людях, желавших смерти барона и искавших в его таверне наёмников. Фока был оскорблён до глубины души таким отношением, но принимая в оправдание глупость Михаэля, в которой Фока не сомневался, и помня как много для него сделал барон Грейфорвард, являющийся господином этого глупца, он решил сделать всё, что было в его силах, для того что бы узнать кто же эти таинственные люди желающие зла барону.

Не успел Фока убедить Михаэля, что никакого отряда в его таверне не нанимали, как получил подтверждение, что отряд наёмников, готовивших убийство барона Грейфорварда не был пьяным бредом Михаэля. Двое рыцарей, одетых в явно дорогую, но странную одежду, зашли в таверну и сразу же направились к стойке. Один из них с явной агрессией поинтересовался у Михаэля, про какой отряд тот говорил. Михаэль побледнел и начал пятиться.

– Уважаемые, про какой отряд я говорил, касается только меня и того с кем я говорил. Но никак не вас. – ответил Михаэль, пытаясь придать себе наиболее грозный вид на который он был способен.