Чтение онлайн

Её затрясло.

А потом она затихла.

И, когда взгляд прояснился, произнесла:

— Слушай моё последнее предсказание.

Я напрягся.

— Ледяной клан потеряет нечто ценное. А я приобрету. Твой лучший генерал Вересковых Долин станет калекой. Место ему в Гиблом Лесу.

Я подался вперёд.

— Но главное… — прошептала она. — Твоя истинная погибнет.

— Что? — резко спросил я.

— Утонет. Утонет. Утонет.

Я схватил её за плечи.

— Что ты несёшь?!

— Ей нужно погибнуть. Такова судьба, — зашептала старуха. — Змея рядом с тобой стягивает свои кольца. Клевера на полях слишком много.

Она хрипло рассмеялась.

— А твоя ящерка… тонет… тонет…

— Не смей умирать! Это Ассоль?! — вырвалось у меня.

— Ахаха… сам ищи.

— Кому перейдёт твой дар?! Я еще не нашел тебе преемницу!

Хормель посмотрела на меня в последний раз. Ещё раз рассмеялась и повторила:

— Ты исполнил мою волю. Мой дар нашел преемницу. Не ищи… сама…

А потом Хормель испустила последний дух. Я тряс её, но она не отвечала.

Я резко встал. В голове бились её последние слова…

Утонет. Утонет. Утонет.

Моя истинная умрет!

Ассоль

— Я невеста императора. Будущая императрица. Я имею право. Казнить!

Слова упали, как лезвие гильотины. Возражений больше не последовало.

Воины переглянулись, почти незаметно, и этого оказалось достаточно. Меня снова дёрнули, заставляя подняться, хотя ноги подкашивались. Камни под коленями обжигали кожу, дыхание сбилось, сердце билось так, будто вот-вот вырвется из груди.

Я подняла голову. Невеста императора посторонилась.

— Только не при мне. Отойдите подальше. Я не терплю вида крови и трупов, — тонкие губы сжались в брезгливую линию. Болотно-зелёные глаза сверкнули пренебрежением, и она отвернулась.

А меня уже выволокли из временного лагеря. Потянули куда-то в сторону. Деревья сменялись другими деревьями, магические светильники остались за спиной, в лесу была кромешная тьма, по земле низко стелился белесый промозглый туман.

Меня тащили всё дальше, всё глубже — в тёмный, непроходимый лес.

Я отчаянно сопротивлялась, но была слишком слабой по сравнению с двумя бугаями, что волокли меня. Они не обращали ни малейшего внимания на мои попытки вырваться. Для них всё было решено.

Я снова попыталась закричать, но голос уже был сорван, звук застрял в горле, а потом вырвался хрипом. В ушах шумело от страха.

Мир сузился до грубых рук, тяжёлых шагов, ломающихся веток под ногами и одного-единственного ужасающего осознания: меня приговорили.

А потом я услышала шум воды. Прислушалась еще раз. Перестала сопротивляться, просто переставляла ноги за палачами.

И да, мне не показалось!

Где-то тут протекала река, и, судя по гулу, течение у неё было быстрым. О том, что она может быть горной старалась не думать. У меня просто не других вариантов.

Чем дальше мы шли, тем сильнее был шум. Тянуло холодом и сыростью.

Вдруг меня толкнули вперёд. Я рухнула на колени и выставила ладони, проехалась по влажной земле, сосновые иголки въелись в нежную кожу.

Но прежде, чем воины обнажили клинки, я рванула со всех ног вперед. Не думая, немедля, только вперед на шум.

Выскочила из-за деревьев, прямо к обрыву. Я почти видела её темную бушующую и пенящуюся поверхность в свете Луны.

— Стоять! Тварь!

Как в плечо прилетел удар, но я оттолкнулась и прыгнула дальше, не оглянувшись ни разу.

— Разобьётся всё равно, дура. Да и ранена она. Пошли. Сделали дело.

Обрыв был высоким, я слышала слова палачей, а потом меня поглотил шум реки. Я вошла в воду, рухнула туда всем телом и задохнулась от холода. Выбило весь дух. Не сразу, сообразила закрыть рот, чуть не захлебнулась. Течение и правда несло вперёд.

Река была горной, быстрой, ослепляюще ледяной и опасной. Меня закрутило, замотало, вверх перепутался с низом. Вода ворвалась в рот, нос, заливала глаза и уши. Мне редко удавалось выплыть на поверхность и жадно хватануть воздуха. Силы были на исходе.

Тело мотало и мотало, плечо прострелило болью, рука почти не работала.

А меня все несло с бешеной скоростью вперед.

Но жить… Я так хотела жить.

Из последних сил я вытащила из глубины себя драконицу. Только она могла помочь. Сделать хоть что-то. Дать шанс. Иначе мы утонем.

Воздуха не хватало. Я выплёвывала воду, захлёбывалась снова. Течение било о камни и пороги, швыряло, ломало. Холод пробирал до костей, тело немело от ударов.

Я больше не могла.

И тогда, теряя контроль, теряя сознание и связь с реальностью, я вытолкнула ящерку вперёд. Надеялась на ее инстинкт. Чистое, звериное желание выжить, сохранить наши жизни.

Тело начало меняться.

Меня било о камни, накрывало волнами с головой. Я задыхалась, а внутри всё рвалось и ломалось — кости, плоть, сама я. Сопротивляться не было сил. Меня уже, как бесчувственную куклу, несло вниз по течению.

А потом… Словно сквозь плотный туман, который окутал сознание, я поняла, что дышу. Как будто это я и не я одновременно.

Удары о каменные пороги стали не такими сильными.

Холод отступил.

Стало тепло, как будто вода превратилась в парное молоко.

Я тихо рычала. Потом скулила. Спину пронзала боль — иная, жгучая, но уже не смертельная. Что-то появилось позади. А потом я начала загребать воду… кажется, лапами.

Я была хозяйкой в этом теле и будто не была. И всё же поняла: я смогла. Я всё-таки обернулась.

Моя драконица отчаянно пыталась выжить. Вытащить нас обеих. Зверь, рождённый летать, пытался не утонуть.

Но ментальная связь была слишком слабой. В какой-то момент, от удара об очередной валун, я окончательно потеряла сознание.

Последняя мысль была одна: хоть бы моя ящерка смогла выплыть…

Всё происходило так, будто и со мной, и не со мной одновременно. Моё человеческое сознание по-прежнему было накрыто плотной пеленой тумана, но я чувствовала тело.