Чтение онлайн

— Это самоубийство, — прошептала я. — Если он там…

— Если он там, я должен смотреть ему в глаза, когда отдам приказ, — Дамиан рывком сел. Лицо его перекосило, он побелел, хватая ртом воздух, но удержался. — Дай мне пиджак. И очки.

Я поняла, что спорить бесполезно. Он скорее умрет стоя, чем позволит врагам увидеть свою слабость.

Я достала из шкафа его вещи (запасной комплект, который всегда был на борту). Помогла надеть рубашку. Он не мог продеть правую руку в рукав из-за повязки и шины, поэтому я просто накинула пиджак ему на плечи, как плащ.

Темные очки скрыли лихорадочный блеск глаз и тени под ними.

Теперь он выглядел не как пациент реанимации, а как эксцентричный миллиардер после бурной вечеринки. Бледный, но опасный.

— Миша? — спросил он.

— С няней и группой «Омега» в хвостовом отсеке. Они выйдут через грузовой люк, сразу в броневик. Я договорилась с командиром спецназа.

— Хорошо. Ты учишься, — он криво усмехнулся. — А теперь… подставь плечо, жена. Нам нужно пройти пятьдесят метров до машины.

Трап подали. Дверь открылась, впуская холод и шум турбин.

Я встала с левой стороны, позволяя ему опереться на меня всем весом. Он был тяжелым. Горячим. Его тело дрожало от напряжения, но он держал спину прямой.

Мы шагнули наружу.

Внизу, у трапа, стоял кортеж. Три черных джипа и «Майбах».

И люди.

Десяток охранников в черных пальто.

И во главе их — Тимур.

Он стоял, широко расставив ноги, руки сцеплены в замок внизу живота. Лицо непроницаемое.

Увидев нас, он сделал шаг вперед.

— Дамиан Александрович! — его голос перекрыл шум ветра. — Машина подана. Вам нужна помощь?

Он смотрел на бледность Дамиана. На то, как он висит на мне. Он оценивал ущерб.

«Добил я тебя или нет?» — читалось в его взгляде.

— Я справлюсь, — процедил Дамиан.

Мы спускались по трапу. Ступенька за ступенькой. Это была пытка. Я чувствовала, как футболка прилипает к спине от пота, хотя на улице был мороз.

Тимур ждал внизу. Он открыл заднюю дверь «Майбаха».

Когда мы поравнялись с ним, Дамиан остановился.

Он отпустил мое плечо и, собрав последние крохи сил, выпрямился во весь рост. Теперь он смотрел на своего начальника охраны сверху вниз.

— Как обстановка в городе, Тимур?

— Спокойно, босс. Ждем ваших указаний.

— Указания будут, — Дамиан снял очки.

Он посмотрел Тимуру прямо в глаза.

— Код «Бета-Прайм».

Лицо Тимура дрогнуло. Едва заметно. Зрачки сузились.

Это был тот самый код, которым он отключил систему безопасности на острове. Он понял, что мы знаем.

В эту секунду время остановилось.

Тимур стоял в полуметре от нас. У него под пальто был пистолет. Вокруг — его люди. Верные ему люди? Или верные деньгам?

Если он дернется…

Но Дамиан не дал ему шанса.

— Взять его, — сказал он тихо.

Никто не шелохнулся. Охрана переглядывалась. Они привыкли подчиняться Тимуру.

Дамиан усмехнулся. Страшной, кровавой улыбкой.

Он поднял здоровую левую руку и щелкнул пальцами.

Из тени ангара, из-за машин, из открывшегося грузового люка самолета вышли люди в сером камуфляже без опознавательных знаков.

«Чистильщики». Группа «Омега», которая прилетела с нами.

Они не подчинялись Тимуру. Они подчинялись контракту.

Красные точки лазерных прицелов заплясали на груди Тимура. Три, пять, десять точек.

— Руки! — рявкнул командир «Омеги».

Тимур замер. Он понял, что проиграл.

Он медленно поднял руки.

— Ошибка, босс, — сказал он, глядя на Дамиана с ненавистью. — Вы делаете ошибку. Без меня «Система» сожрет вас.

— Я уже подавился «Системой», — ответил Дамиан. — А теперь я выплюну кости. В машину его. В багажник.

Бойцы «Омеги» скрутили бывшего начальника охраны, ударом приклада сбили с ног и поволокли к одному из джипов.

Остальные охранники — те, кто работал на Тимура — замерли, положив руки на затылок. Их разоружали быстро и жестко.

Дамиан покачнулся. Силы кончились.

Я подхватила его, практически втаскивая в салон «Майбаха».

Он рухнул на сиденье, тяжело дыша. На лбу выступили крупные капли пота.

— В офис, — прохрипел он водителю (новому, из «Омеги»).

— В больницу! — крикнула я. — Дамиан, ты истекаешь кровью! Швы разошлись!

— В офис! — рявкнул он, хватая меня за руку. Его хватка была слабой, но болезненной. — Сейчас не время лежать под капельницей, Лена. Тимур — это ключ. Мне нужно выпотрошить его, пока он теплый. Мне нужно знать имена всех, кто был в цепочке. Прямо сейчас.

— Ты умрешь по дороге!

— Значит, я умру в своем кресле, а не в палате!

Машина рванула с места.

Я смотрела на него и видела безумие. Он был одержим местью. Одержим контролем.

Он только что вернулся с того света, но вместо того, чтобы обнять сына и радоваться жизни, он ехал пытать человека.

Я нащупала в кармане флешку.

Компромат.

«Устранить мать».

Он чудовище. Он всегда им был. И ранение ничего не изменило.

— Дай мне телефон, — потребовал он, протягивая руку. — Мой разбит.

Я достала свой мобильный. Протянула ему.

Он набрал номер.

— Алло? Финансовый отдел. Блокировать все счета службы безопасности. Да. Всех. Инициировать аудит. Код «Ноль». Кто дернется — сдавать в полицию.

Он сбросил вызов. Откинул голову, закрыв глаза.

— Теперь мы одни, — прошептал он. — Старая гвардия предала. Новая — наемники. Никому нельзя верить.

Он открыл глаза и посмотрел на меня.

— Только тебе. Ты одна меня не предала.

У меня перехватило горло.

«Не предала».

Пока нет.

Но у меня в кармане лежит бомба, которая может уничтожить его веру в меня за секунду.

И я молчала.

Я сидела рядом с ним, держала его за руку, вытирала пот с его лба.

И чувствовала себя Иудой, который еще не получил свои сребреники, но уже поцеловал Христа.

— Мы едем в Башню, — сказал он. — Там есть медблок. Вызовешь врачей туда. И… Лена.

— Да?

— Когда мы приедем… ты будешь присутствовать на допросе.

— Что?! — я отшатнулась. — Нет! Я не хочу!