Чтение онлайн

Я положил руку на её локоть. Слишком поздно.

— Но графство Адвес уже давно подв… — начала она.

— И они разорвали вас на части. Сожгли единственный порт. Загнали в холмы, — хмыкнул Вернер.

Я уже был на ногах, сжимал Коготь.

Но Адель встала вместе со мной.

— Если вы сомневаетесь в доблести рыцарей Адвеса, то покажите мне, как следует сражаться. Я лишь одену доспехи…

Оруженосец Вирак склонился.

— Вы неправильно поняли слова моего отца, — поднял он взгляд. Фамильное сходство — минимальное. Наверное, племянник. Или двоюродный. Говорят, у Вирак выбор наследника связан с жестоким ритуалом. — Он хотел сказать, что даже доблесть рыцарей графства Адвес не уберегла их от досадных потерь. И нам следует…

— Вот как? — прервала Адель. — В таком случае пусть сэр Вернер скажет это лично. Так, чтобы даже я, глупая женщина, поняла, что он не имел в виду ничего плохого.

— Я скрестил копья с одним из королевских рыцарей. С серебряным лебедем на щите, — пророкотал Вернер. — Его череп теперь в зале предков.

— Там нет места, — уточнил наследник. — Приходится убирать прежние трофеи. Поэтому мы придирчивы в выборе.

— И я не думаю, что рыцари Адвеса сражаются хуже, — Вернер поднял на меня взгляд.

Треве запрокинул голову и расхохотался. Слишком театрально, но заразительно.

— Полагаю, — сказал он сквозь смех, — это самое близкое к извинениям, что мы слышали от Вирак за последние шестьдесят лет.

Я смотрел в глаза Вернеру.

Он силён. Как лед, как пламя. Вирак убивают тех, кто слабее. А я — подорожник. По его мнению.

Значит, придётся его убить.

Сперат отбросил приличия, шагнул вперёд, вытащив топор, и щитом закрыл Адель.

Треве изобразил удивление всей позой. Но молчал.

В шатёр вошли новые люди. Скрип кожи. Металл. Но я не обернулся. Смотрел в глаза Вираку.

Он отвёл взгляд. И слегка склонил голову.

И только тогда я позволил себе отвести свой. Но не ко входу. На Вокулу.

Почему?

Я думал, что Великие Семьи — вроде Эскера. Или Канта.

Но теперь я видел копии своего отца. Надменные. Жестокие. Уверенные в своём превосходстве.

Так почему Вирак признаёт мою власть?

Ответ я искал в лице Вокулы.

Разумеется, не нашёл.

В шатре появились Алнез и Лесан. Дождавшись моего приветствия, они прошли на свои места. Роннель, конечно же, устроили из своего прибытия маленький ритуал, но перетерпеть это было несложно. Я надеялся, что хотя бы он окажется предсказуем — но нет. Вместо этого он появился в сопровождении юной красотки в строгом платье, сшитом по моде Королевства Фрей. Пока Роннель церемониально объявляли себя и приветствовали присутствующих, я успел шепнуть Адель:

— Позвольте мне самому решать, как и когда отстоять вашу честь.

И продолжил натянуто улыбаться дорогим гостям. Формально равные, они сели напротив меня, через стол. Места там хватит на пятерых, не страшно.

Последним прибыл Дйев. Вернее, его внесли на кресле. Я поприветствовал его, указав на место справа от себя и Адель.

— Сеньоры, — сказал Дйев.

К моему удивлению, на лицах присутствующих отразилась доброжелательность. Равнодушие — в случае Вирак, тень улыбки — у Лесан, поза добродушной радости — у Треве. Гарвин Алнез не постеснялся даже кивнуть Дйеву.

Подождите. Мой план был в том, что они будут его ненавидеть.

— Сеньоры! — повторил Дйев. — Как вы все знаете, согласно традиции, я должен вести наши войска в битву как глава Собрания. Однако я сразу же, до начала совета, заявляю, что отказываюсь от этой привилегии в пользу Магна, главы дома Итвис, ибо он опытен в вождении войск и не раз уже побеждал в больших битвах с самыми разными противниками. Если есть у кого слова против — пусть скажет сейчас или хранит их при себе навсегда!

— Вирак не имеет причин отказать и желания оспорить, — тут же отозвался Вернер, не глядя на меня. Вслед за ним ритуальную формулу повторили остальные. Только после этого по приказу Дйева кресло с ним осторожно опустили на землю.

— Итак, — снова заговорил Треве. — Сеньор Магн, расскажите же, что вы задумали?

Я некоторое время смотрел на его бесстрастную маску и один внимательный глаз за ней. Перевёл взгляд на почти такие же бесстрастные лица остальных. Сейчас мы все могли бы сойти за родственников — все были в масках. Показное равнодушие, чтобы скрыть свои чувства.

— Мой сеньор, — начал было Вокула, видимо, желая помочь с трудной паузой. — Если вы позволите, я…

Я не позволил. Нервное напряжение прорвалось низким рыком.

— Мне надоело. Мне надоело жрать говно. Меня бесят тупые, наглые, говноэлементали вокруг. Бесит, что я не могу спокойно заниматься своими делами, потому что каждый год, Император их всех отсношай в задницу, кто-то лезет к Караэну. И я намерен положить этому конец.

В наступившей тишине раздался голос Дуката:

— Записывай, подорожник, записывай!

Скорее всего, это он одному из писарей. Вот нутром чуял — взять его во внутреннюю стражу шатра была плохая идея.

— Мы весьма заинтересованы, сеньор Магн. Разверните вашу мысль, — этот сухой голос принадлежал Этвиану Роннелю.

Я выхватил из ножен Коготь и вонзил его в толстую полированную столешницу. Неглубоко. И начертал квадрат.

— Это Караэн, — под моими взмахами появились горы, канал, Тельтау. — Он велик, богат — и беспечен.

— Тут Отвин. Он мечтает сожрать нас столетиями. Нас бережёт только Великая Топь. Но он легко пропустил войско нежити, что шло на нас, даже не потрудившись не то что воспрепятствовать, а хотя бы послать гонца. Примерно здесь — Башня. Они уже вторглись в Долину, построив мосты на Башенной реке почти до самой реки Во. Они поддержали Вириин в его попытке оспорить первенство Караэна — именно Караэна, не моё. Прислали людей, купили Джелала… И я не думаю, что остановились на этом.

На пол летели стружки.

— Железная Империя спит и видит, как взять Большой Забер и ворваться в Долину. Они уже пытались, используя Гонората как оправдание.

Я на секунду остановился, переводя дыхание.

— Я слышал, что серебро для этого нашлось в Золотой Империи, — ехидно сказал Треве, намекая на некую свою осведомленность.

— Срать, — отрезал я. — Дальше. Таэн жаждет вернуть нас в Культ. Я уже дважды отказал новому Регенту Брухо в его просьбе прислать нам проповедников. Тут у нас Варра. И они, пожалуй, единственные, кто ещё не попытались на нас напасть. И я думаю, это лишь потому, что они ещё не объединились.