Чтение онлайн

Сперат за спиной нетерпеливо переминался, как медведь перед медом, зазвенел кольчугой. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Я проследил за тем, как Леон, несмотря на броню, умудрился тихо, как тень, скользнуть в сторону, самоустраняясь из беседы.

— Сеньор Сперат, вам есть что добавить? — дал я слово своему оруженосцу.

— Мой сеньор. Уж мне ли не знать подлость Аста Инобала. Но всё же, не кажется ли вам, что вы его переоцениваете? — Сперат кивнул на стол. — Разве всё это не было очевидно раньше? Что изменилось? Почему островитяне пошли в набег именно сейчас? Зачем Аст встречался с ними в Селларе?

Вокула хмыкнул:

— Чаще всего людей побуждает на опасное дело либо отчаяние, либо сундук, доверху набитый дукатами. И первое, и второе заразительно.

— Не обязательно, — возразил дядька Гирен. — Островитяне ценят удачу выше всех добродетелей, ибо море непредсказуемо, как и бог, которому они молятся. Морские бароны верят в свою Звезду — как и те, кто идёт за ними. Серебро лишь скрашивает путь. Я думаю, он дал им осадную технику.

— Они строят лучшие корабли в трёх морях, — холодно сказала Адель. — Они способны соорудить крытый таран, штурмовую лестницу, а то и осадную башню — при наличии дерева и времени. И всё же, их ведёт только жадность. Просто пришёл момент, когда алчность перевесила страх. Возможно, Аст Инобал отправил с ними своих вассалов — или даже сам плывёт с ними, чтобы придать их грабежам ореол мести.

Каждый говорил в рамках своей логики: Гирен — как воин, Вокула — как администратор, Адель — как благородная, уверенная в роли необходимости наличия лидеров из её сословия. Один только Фанго молчал. Я отыскал его глазами сквозь дым курительниц.

— А вы, сеньор Фанго, что скажете?

— Мой сеньор, — Фанго поклонился и мягко выступил вперёд. — На самой границе с Тельтау есть… Я не назову это городом. Его зовут то «Устье», то «Город бурлаков». Там товары с кнорров перегружают на плоскодонные баржи, ведь Канал в том месте мелок. Это место — словно вытянутое в длину пристань, будто десять портов Караэна, но ни одного настоящего города. Формально власть там у местных семейств, но по факту — у гильдии бурлаков. И есть слух, что Селларе давно связан с Сорскими островами. Что, если Аст стал посредником между пиратами и бурлаками, обеспечив им проход через Устье без преград, без верёвок на воде, без засады на берегу и без потопленных барж?

Я хмыкнул. Ну да, Фанго везде видит заговоры. Адель покачала головой, Гирен распушил усы — значит, не согласен. Вокула фыркнул:

— И уничтожить то, что кормит их? Их мастеров выбирают за ум, а не за запах, и вряд ли они добровольно позволят пиратам угробить их дело.

— Не вы ли, сеньор Вокула, говорили, что люди чаще всего теряют настоящее ради иллюзий будущего? — неожиданно резко отозвался Фанго.

Интересно. Все вдруг против Фанго. Фарид как-то сказал мне: если все в комнате не согласны с кем-то — возможно, он прав.

— Допустим. Но встанут ли бурлаки плечом к плечу с пиратами?

— Нет, — сказал Гирен. — Даже изгнанники с островов стараются держаться особняком. Один может стать другом. Десять — это звери. Кровавые и злобные.

— Их верования чужды и омерзительны, — подхватила Адель. — Они поклоняются Звезде, но что это значит — неведомо. Это делает их замкнутыми и враждебными.

— Бурлаки могут выставить людей для защиты своего здесь и сейчас. Но у них нет бойцов, как у караэнских гильдий, — вставил Вокула. — Им некого выставить в поле. Они не пойдут на открытую войну. Оттого и проглотили обиду в Караэне.

— Или не проглотили, — отозвался Фанго. — Но если бы начали действовать сами, собирать и вооружать своих, я бы знал. Пока всё тихо.

Я кивнул. Мысленно отметил: Сперат оказался мудрее, чем я думал. Надо бы к его мнению прислушиваться чаще.

Разговор продолжался ещё, но уже без особого смысла. Адель и Гирен обсуждали вооружение пиратов. Полезно, но не срочно. Последний урок Волоку я решил не объяснять, а показать.

— Сеньор Вокула. Пошлите гонцов к Великим Семьям. Опишите ситуацию, выясните, кто из них готов выставить всадников нам в помощь. То же с гильдиями. Серебряных пока не трогайте. Сеньор Фанго, нужны все возможные пути вдоль канала. Где идти, где сплавляться, где ночевать. Всё, что может понадобиться. Сеньор Гирен — займитесь войском. Пусть Сеньор Леон помогает.

И всё в таком духе. Я принимаю решение над столом, а работу делают другие. На Гирене — готовность людей, их лошади, снаряжение. На Вокуле — еда, логистика, овёс, сено. На Фанго — маршруты, условия, ночлеги.

Вся эта масса людей и коней тянет за собой проблемы, как локомотив вагоны. И каждый из них будет решать по своему участку. И даже в бою — когда всадник ударит копьём в щит врага — он будет делать это сам. Но если мы победим — скажут, что это я. А если проиграем — укажут на кого-то из них.

Пока Горящий Пик бурлил, как разворошённый муравейник, а вассалы Итвис пили и веселились — почти без убийств, спасибо Гирену — я проводил время с Адель и сыном. Порой выезжал кого-то наградить. Чисто для прогулки.

Запасы вина таяли. Быстрее, чем ожидалось. Как будто это не вино, а пиво, и пьют его долгобороды. Уверен, благородные всадники перестали разбавлять его водой, раз уж бесплатное. Но я терпел убытки с королевским спокойствием — вино можно купить. А эти люди вскоре прольют кровь за меня. Возможно — чужую. Возможно — свою. Но своя кровь дороже чужого вина.

Вечером Адель сказала:

— У меня плохое предчувствие. Мой отец, два его дяди и мой старший брат — все погибли. Брат в Поиске, в Лихолесье. Один дядя на турнире. Но отец и его младший брат — от рук сорских пиратов. Мы почти всегда побеждали. Но эти… эти твари… Они опасны.

Она посмотрела на меня испуганно. И вдруг попросила то, чего я не ожидал:

— Обещай, что не пойдёшь в бой в первых рядах.

На следующее утро события понеслись вскачь.

Когда я только начал завтракать, на внутренний двор Горящего Пика ворвался гонец. Вся его лошадь была покрыта потом и пылью — и по тому, как он спешился, я понял: новости не просто срочные, они скверные. Через четверть часа мы уже стояли в главном зале. Фанго читал записанное слово в слово донесение от его людей, что поднялись вверх по каналу. Я не стал разгонять слуг — просто слушал Фанго, пока меня одевали в доспехи.

Устье пало.

Они пришли ночью, с огнем и в тишине. Несколько шнекков — сорских быстроходных кораблей — прошли мимо Тельтау и пристали к берегу под покровом темноты. Гонец уверял, что батраки подняли тревогу и пытались сопротивляться. И даже один из шнеков был потоплен, два сели на мель — но остальные, по-видимому, добрались.

Авангард морских баронов. Разведка боем. Или ловкий удар в сердце караэнской логистики.

Порт сгорел. Укрепления захвачены. Баржи, что были на приколе у пирсов, уведены вниз по течению. Город бурлаков — мёртв.

— Это не грабеж. Это вторжение, —шепнул кто-то из прислуги.

И похоже, именно так Караэн это и понял.

Через два часа рог Сперата возвестил сбор. Рыцари и их люди — кто еще не проспался, кто только закончил с ночной попойкой — начали подтягиваться на плац, ведя оседланных коней. Расшитые кафтаны сменились на кольчуги, яркая ткань дорогой одежды на серость стеганной брони. Под ярким солнцем, на знамени Итвис пылал красный змей.

— Мы идём под Караэн. — сказал я. И ни один голос не возразил.