Чтение онлайн

— Приедет Сагрия Кицвилан! — добавила Атанаис. — Вы так неразлучны.

— Да, скорей бы, — натянуто улыбнулась Ишмерай и бросила грустный непонимающий взгляд на мрачного Марка, который глядел на нее так, словно она предала его.

— Чем вы намерены заниматься, Марк, когда окончите военную академию? — спросила Акме. –

— Буду помогать отцу и старшему брату, — последовал ответ. — Отец не раз говорил, что я необходим ему на службе. Хотя, признаться, политика не слишком прельщает меня. И я бы с удовольствием обосновался в своём доме в Миларе, обзавёлся бы семьёй. Отец постоянно повторяет, что долг превыше наших желаний.

— Принцы тоже должны быть счастливы, — улыбнулась Акме. — Вы так молоды, даже юны, а вы уже мечтаете о семье.

— Не могу сказать, что мечтаю о ней. Однако хотел бы прожить жизнь с той женщиной, которую полюблю.

— Почти всегда принцам, особенно наследным, жены подбираются их отцами и политиками, — сказала Атанаис.

— К счастью, я не наследный принц, — сказал Марк. — У меня есть шанс взять в жены любимую девушку, а не ту, которую пожелают советники.

Ишмерай была заворожена той серьезностью, с которой Марк рассуждал о своём будущем. Еще ни один из её знакомых подобного же возраста и не думал о семье. Марк говорил о своей будущей супруге, словно уже встретил её и уже был в неё влюблен. Подобная мысль сжала сердце Ишмерай незнакомым, но таким горьким и болезненным чувством. Кем была эта девушка? Из какой она была семьи? И если он повстречал такую, зачем он её прижимал к дереву менее часа назад? Она должна была непременно расспросить у него об этой девице. Он её близкий друг, он обязательно ей обо всём расскажет.

— Позволь спросить, Марк, — лукаво заулыбавшись, подала голос прелестница Атанаис, странно поглядывая на Ишмерай. — Имеете ли вы уже на примете такую девушку?

— Может быть, — уклончиво ответил принц, заинтриговав непременно всю герцогскую семью, кроме тринадцатилетнего Гаспара, который высокомерно заявил:

— Я никогда не женюсь!

— Вот же новость! — воскликнула Акме. — С чего бы?

— Все самые красивые и чудесные девушки уже заняты, — ответил мальчик. — Это ты, матушка, и ты, Атанаис. Лучше девушек мне не сыскать.

Все засмеялись.

— Еще как женишься, — ответила Атанаис. — Когда ты станешь герцогом, тебе будет необходим наследник.

— Меня же ты, братец, решил не упоминать, — фыркнула Ишмерай.

— Ты сущий кошмар, сестра, — высокомерно заявил Гаспар. — Не представляю, кто захочет жениться на тебе. Такой сложный характер!

— Гаспар! — строгим хором воскликнули Атанаис, Акме и Гаральд.

— Ах ты, паршивец! — рявкнула та, у которой и без того в груди скребли кошки.

— Гаспар… — грозно, но негромко сказала герцогиня. — Поднимись и иди в свою комнату. Не выйдешь оттуда до вечера.

— Но что я такого сказал?! — обиженно воскликнул мальчик. — Я сказал правду!

— Ты сказал глупость, — отчеканил герцог. — Марш!

И мальчик поплёлся вон, понурив голову и упрямо сдвинув брови к переносице.

Впервые в жизни Ишмерай восприняла слова брата близко к сердцу, и ей стало горько. Но она не могла понять, что более всего разволновало её — слова брата или заявление Марка о том, что он, быть может, возьмёт в жену какую-то незнакомую девицу.

Девушка извинилась, поднялась из-за стола, взяла из комнаты тёплый плащ и вышла в парк, чтобы вдохнуть свежего воздуха и в безмятежности этого тихого декабрьского дня унять свои волнения и слезы.

«Так странно… — думала она, загребая руками снег, лепя снежки и досадливо их отбрасывая. — Я буду два года корпеть над книгами в Сильване, читать лекции, а Марк, тем временем, будет представлять всему карнеоласскому двору свою невесту. Не понимаю, где он успел её отыскать? Как где?! Разумеется, в Кеосе! Или в Тире. Неужто в Тире мало богатых семей с красивыми дочерями?..»

Внезапно Ишмерай представила Марка, такого статного, темноволосого, в светлом праздничном колете, а рядом с ним незнакомую девицу в пышном белом наряде с вуалью, расшитой жемчугом и драгоценностями. Они вдвоём стоят у алтаря и произносят священные клятвы. От этих мыслей у Ишмерай жалобно ухнуло сердце.

Она долго бродила по заснеженному парку, пока не замёрзла окончательно. Вернувшись в дом, девушка услышала сильный низкий голос Атанаис, исполнявшей одну из атийских баллад и аккомпанировавшей себе на клавесине. Герцогиня позволила себе немного отдохнуть от предпраздничной суеты, присесть на кушетку и послушать пение старшей дочери в ожидании прибытия первых гостей.

Ишмерай присела рядом с матерью, и та обняла младшую дочь, прижав к себе. Пригретая теплом матери, сказочным пением сестры и своей грустью, девушка задремала.

Когда ослепительно красное морозное солнце нежно коснулось огненного горизонта, хозяева Атии вышли навстречу первым и самым долгожданным гостям. Из большой светлой кареты с синими знамёнами ловко выпрыгнул высокий молодой человек девятнадцати лет с густыми темными волосами и большими карими глазами. Он не был худощав, как его отец в молодости, он был весьма крепок, в коричневом куртке с меховым воротником.

— Акил! — радостно позвала Ишмерай, размахивая руками. — Погляди, Атанаис, до чего похорошел наш кузен!

— Есть в кого, — пожала плечами герцогиня, любуясь племянниками. — Да и у парня всё ещё впереди.

Следом за Акилом из кареты вышел Советник Его Нодримского Величества короля Густаво Акра, градоначальник Брока, Главный Целитель Нодрима, легенда и история, Лорен Рин или Рианор, как чаще его называли. Некогда роскошные чёрные, будто смоль, волосы его были посеребрены годами. На всё ещё красивом лице появились морщины.

Лорен подставил руку, и на неё легла другая рука, маленькая и изящная, в белой рукавичке, а следом появилась и её обладательница. Плио Рин, в девичестве Акра, принцесса Нодрима, сестра нодримского короля, осторожно ступила на заснеженную землю. Она была немногим моложе Акме. Золотые кудри стали светлее, лицо изменилось мало, но уже поддалось натиску редких морщинок в уголках глаз. Она стала немного пышнее, родив двоих детей.

А за матерью из кареты выпрыгнула златокудрая девочка двенадцати лет с глазами цвета апрельского неба, такого радостного благословенного и светлого цвета после долгих месяцев зимы.

— Как Адиль выросла! — восхищённо охнула Атанаис, хлопнув в ладоши.

— Посмотри, герой, какова твоя кузина! — шутливо прошелестела Ишмерай, залихватски пихнув покрасневшего Гаспара.

Адиль была в тёплом голубом платьице с белыми узорами. Выпорхнув из кареты, она взяла старшего брата за руку, и юные Рины пошли навстречу девицам Алистер. Гаспар смущённо плелся следом, не ведая, как поздороваться со златокудрой кузиной и что ей сказать.

Ишмерай вскоре вырвалась из объятий Акила, чмокнула Адиль в щеку, сделала глубокий реверанс перед целителем и принцессой и бросилась дяде на шею, заверещав:

— Как я рада! Как я соскучилась!

— Да ты красавица, Ишмерай, — удивлённо улыбнулся Лорен, поглаживая племянницу по голове. — И так похожа на мать!

— Неужто я была также упряма и непослушна? — усмехнулась герцогиня Атии, направляясь к брату и без формальностей заключая его в объятия, делая реверанс перед принцессой Плио, после обнимая её.