Чтение онлайн

Нина словно проверяла его на выдержку, терпение и силу духа. Но еще через мгновение призналась:

— Ты знаешь, я сама не понимаю, что со мной происходит. Мне было бы легче, если б ты меня бросил прямо сейчас. Я бы погоревала, погоревала и смирилась. А тут не знаешь, на что решиться. И хочется влюбиться безоглядно, да так, чтобы обо всем на свете забыть, но и в пропасть не улететь. Меня точно раздирает на части, я понять не могу, что это за силы?.. Я ведь раньше никого не ревновала. И даже не знала, что это такое. А Жуковская всегда всех ревновала. Она и за мужем моим ухлестывала. Может быть, они и любовниками даже были, меня это тогда не очень занимало, я знала про его романы с другими, и мне хотелось лишь одного: умереть. Я только и думала об этом… Теперь сама удивляюсь, как ничего не сделала над собой… Ангел остановил. — Она вдруг улыбнулась, помолчала, глядя в сторону. — Но заехать к Таньке придется. У нас давняя традиция: вечером первого января всегда собираться у нее.

Они уже пили ароматный брусничный чай с крепким бальзамом из сорока трав, обед заканчивался, и Нина недовольно посматривала на часы: без двадцати пять.

— Я так устала, что мне, честно говоря, не хочется заезжать к Таньке. Как ты? — прошептала она.

— Да, пожалуй. Я бы тоже посидел в тишине без суеты.

— Я ей позвоню, скажу, что Сашка зачихал.

Сан Саныч кивнул. Нина взяла телефон, ушла в другую комнату, оставив его наедине с матерью.

— Ниночка по телефону, просила меня не задавать вам никаких компрометирующих вопросов, но вы уж простите старуху за невоздержанность, — наклонившись к Смирнову, зашептала Наталья Михайловна, и лицо ее покрылось красными пятнами, — но в мои лета люди становятся любопытными и снова превращаются в детей. Удивительно, правда?

Он кивнул. Она несколько секунд, улыбаясь, молча смотрела на него, то ли позабыв, о чем хотела спросить, то ли так и не решившись. Скорее всего, второе.

Нина с хмурым лицом вышла из соседней комнаты.

— Танька сказала: дружба — понятие круглосуточное, и если мы сейчас к ним не заедем, то она соберет детей, возьмет за шкирку мужа с приятелем, который у них уже гостит, и все они цыганским табором припрутся к нам. И она это сделает, с нее станется, а у меня дома шаром покати для такой компании! — сообщила Асеева. — Так что уж лучше мы к ним!

У Таньки гремела музыка, а сама она была пьяна. Увидев Сан Саныча, Жуковская кинулась ему на шею и поцеловала прямо в губы, оставив яркий след помады.

— Сегодня Новый год, сегодня все можно! — заметив оторопелое выражение лица подруги, объяснила она и кинулась целовать Нину. — Все, быстро раздеваться, мыть руки и за стол! Что, вы думаете, мы пожираем? Жареного кальмара и пьем текилу с солью и лимоном! Я знаю, ты любишь текилу. — Хозяйка снова чмокнула Нину. — Юрочка принес!

Сан Саныч вручил Жуковской бутылку любимого виски «Белая лошадь», Татьяна обрадовалась, но целоваться больше не полезла, почувствовав, сколь болезненно восприняла ее подруга первый поцелуй с Сан Санычем.

— Быстро все за стол!

Они прошли в гостиную, где сидело двое мужчин. Они оба поднялись, заулыбались, один из них, рыжекудрый, круглолицый, с солидным животом и еврейскими печальными глазами, обнял и расцеловал Нину, а она познакомила его с Сан Санычем.

— Гриша, и больше ничего! — радостно прогудел хозяин дома, крепко пожимая руку, а потом и прижимая худенького Смирнова к себе и целуя его, как ребенка, в лоб. — А теперь, Сан Саныч, познакомься с нашим новогодним другом!

— Юра!

Фотограф обернулся и взглянул на гостя: приятное, с крупными чертами лицо и с синеватым отливом на выбритых щеках, черные, чуть вьющиеся и блестящие, как будто набриолиненные волосы, с четким беловатым пробором, с ямочкой на подбородке. Золотая печатка на безымянном пальце с черным камнем. Темно-синий дорогой костюм и яркий галстук. Сан Саныч даже вздрогнул от неожиданности: он не ожидал столь явного сходства, как и не мог вообще вообразить себе, что встретит похитителя сына в первый же день Нового года. Еще утром он сетовал на судьбу, готов был принести ей священные жертвы, и вот она откликнулась на его мольбы.

— Мы где-то встречались? — заметив это явное удивление, спросил гость.

— Вроде бы… — пробормотал Сан Саныч.

Они пожали друг другу руки, сели на свои места.

— Юра у нас большой бизнесмен! — пояснил Гриша.

— Очень приятно, — с трудом выдавив улыбку, кивнул фотограф.

— Так, надо быстро выпить за знакомство! — прибежав, скомандовала Татьяна. — Гриша, налей опоздавшим текилы! А мне Юрочка нальет виски!

— Так вы любите виски? — удивился гость.

— Да, очень!

— Где Сашка? — обеспокоилась Нина.

— Я отвела его к дочерям, Юра принес кассету с новыми мультиками, есть твой сын не хочет, выпьет пока пепси, я поставила чайник и дам им всем чаю с тортом! Не дергайся, расслабься, выпей текилы! Гриша, отрежь им кальмарчика! Его надо есть с соусом! — Жуковская схватила стакан с виски, поднялась. — Братцы! С Новым годом! Я вас всех люблю!

Они дружно выпили. Смирнов старался чаще улыбаться, чтобы похититель ничего не заподозрил. Первой мыслью было схватить его за горло и душить до тех пор, пока тот не запросил бы пощады и не раскаялся во всем. Однако драка и признание испортили бы всем праздник, но самое главное — преступник мог бы не расколоться, заявить, что его приняли не за того, мало ли брюнетов с ямочками на подбородке и с черным камнем на золотой печатке и тех, кого зовут Юра. Сан Саныча тоже приняли за маньяка, так что такие вещи на свете случаются. А напуганный Юра завтра так упрячет Сашку, что его никто не найдет. Или даже убьет. Потому надо действовать осторожно, нежной хваткой.

— Ну как кальмарчик? — заулыбалась Татьяна.

— Немного пахнет морскими водорослями, — смущенно ответила Нина.

— А ты хотела, чтобы океанский кальмар благоухал фиалками?! Гриша, тебе нравится?

— Да! — прорычал Гриша, запихивая в рот большие куски кальмара, что хозяйке совсем не понравилось.

— Гришуня, по-моему, ты готов! А не пойти ли нам бай-бай? — Жуковская поднялась, подошла к мужу. — Пойдем, милый, надо поспать! У тебя завтра репетиция и концерт, а ты лыка не вяжешь! Пошли, я уложу тебя!

Хозяин не сопротивлялся. Татьяна подняла мужа, увела его в спальню. Юра, увидев, что Сан Саныч выпил до конца, наполнил его рюмку текилой.

— Не возражаете?

— Нет, спасибо.

— Вы солью посыпьте ободок рюмки и возьмите дольку лимона, — посоветовал бизнесмен.

Сан Саныч последовал его совету.

— Текилу очень хорошо закусывать кальмаром, — стал пояснять дальше Юра. — Вкус у него, как говорится, на любителя, но с текилой хорошо сочетается…

— А у вас собственный кулинарный бизнес? — поинтересовался Сан Саныч.

— Нечто в этом роде, — заулыбался знаток мексиканской водки.

Из спальни в цыганской разноцветной накидке, в блузке с большим вырезом и с розой в волосах появилась Татьяна.

— А вот и я!

Все дружно зааплодировали ее необычному наряду.

— Наконец-то я его угомонила, и муженек шумно захрапел! Гришаня у меня вообще не пьет, Нина знает, а тут ему понравилась текила с солью, и он дорвался. И вот результат!

— В этой текиле сорок пять градусов, — напомнил бизнесмен.