Чтение онлайн

Паскаль в свое время предложил следующее: если бог есть, и ты веришь в него, то тебе будет хорошо, если не веришь — то будет плохо. Если же бога нет, то веришь или не веришь — одинаково не будет хорошо и не будет плохо. Тогда получается, что на всякий случай лучше верить, т. к. будет гарантировано «не плохо» (в противном случае будет гарантировано «не хорошо»).

Возражения очень просты. Если бог и существует, то какой именно? В частности, зачем посещать наркопритоны РПЦ, если богом окажется совсем не Саваоф, а, допустим, Ктулху. И покарает тех, кто посещал эти богопротивные заведения Сатаны. Удовлетворять всем требованиям всех богов невозможны. Хотя бы потому, что они противоречат друг другу. И что выполнять наказы миллионов богов одновременно невозможно. А если это бог, которого человечество еще не придумало? А если это вообще не Он, а Она?

Кроме того, Паскаль считает само собой разумеющимся утверждение, что бог добр. А если это не так? А что, если богом является Демон Гирина?

Но это не самое принципиальное возражение. Вообще, прислуживать якобы богу и выполнять его бессовестные указания лишь из-за того, что в противном случае он может тебя наказать, — это низко. Так прислуживали власовцы боговдохновленным фашистам, расправляясь с гражданским населением в Югославии.

Принимая, в частности, христианского бога, мы все-таки теряем. Например, достоинство, с которым надлежит расстаться, если ты стал рабом божьим. У рабов, как известно, человеческого достоинства нет, также как нет его у другой собственности — недвижимости, автомобиля, акций.

Настоящий атеист должен руководствоваться совестью, а не наказами бога. И ему должно быть без разницы, совпадают они с «догмами» или нет. Если вдруг совпадают — получим небольшой бонус, но это не главное, главное для атеиста — быть человечным с человеком. Если не совпадают — то какая низость прислуживать богу, догмы которого бессовестны? Тем более тому многократному убийце и садисту, как Саваоф. Лучше уж гореть в аду.

60 лет назад у наших сверстников была похожая ситуация. Фашисты с божьей помощью пытали попавших плен, но многие атеисты вытерпели все (даже сжигание живьем), но не стали с ними сотрудничать. Глядя на все мерзости, насилие и геноцид, которые творил Саваоф (Яхве, Аллах) согласно вдохновенной им книге, стоит ли ему прислуживать? Гитлер по сравнению с авраамитским богом выглядит просто невинным младенцем.

(А — А. Барнетт, перевод из английского с разрешения автора — Е. К. Дулуман): Казалось, что полоска пространства, заполненного людьми, тянется из бесконечности: в очереди перед Престолом Бога сотни миллионов душ ожидают для себя окончательного приговора на вечность. Наступила дата, которой заканчиваются все календари. Для находящихся в очереди календарного времени вообще уже нет. Это время Судного Дня для каждого человека.

Преодолевая огромную вогнутую ложбину, полоска очереди людских душ плавно переходит на выпуклый подъем — к пребывающему на вершине горы Всевышнему. Сотни миллионов человеческих душ терпеливо ждут в очереди наступления своего часа перед Престолом Всевышнего. После завершения Суда над очередным человеком вся очередь одновременно пододвигается к Богу на пару шагов. К Богу: ответить на вопросы о содеянном, возразить, оправдаться, услышать и принять Вечный Приговор. С расстояния сотен миль каждый в очереди совершенно ясно видит и очень четко слышит все происходящее между Богом и душой человека в процессе Окончательного Суда.

… Вот, с выражением благоговейного страха и неподдельной радости впереди всей очереди оказался молодой христианин. За ним — с видом некоторого удивления атеистка, рассматривающая листочек, сорванной ею из рядом растущего куста. Она пытается определить: является ли этот лист действительно листом или это только кажущийся лист, фантасмагория, какая-то несусветная мистика? «Небеса, — размышляет она, — должны бы быть более светлыми, с достаточным количеством сухого льда для охлаждения воздуха; обстановка не должна бы напоминать склоны Уэльских гор в жаркий полдень…»

Христианин выступает вперед, готовый к покорному принятию определения Суда Божьего, и слышит:

— Привет, Мартин! — Бог говорит спокойным и нежным голосом.

— Э-э-э… Привет, Господь и Бог мой! — Голос Мартина возбужден, В его душе забурлил комок словами невыразимых чувств

— Успокойся. Ведь сейчас происходит то, что и должно произойти; к чему ты готовился всей свою жизнью. Вот я и определяю то, чего ты заслужил, Мартин. Ты — христианин! — Это был не вопрос, а констатация действительного положения вещей.

— Да, я был христианином… Я и сейчас — христианин. Я всего себя посвятил служению Тебе (служению Богу).

— Скажи мне, Мартин, почему ты служил Мне? Почему ты верил в Меня? Почему ты верил в Господа Бога?

— Почему?.. Как это «Почему»?.. Потому, что Ты Бог! Я всегда верил в Тебя, Боже.

— Мартин. Это вовсе не то, что я хочу узнать от тебя. Послушай внимательно и скажи мне: «Почему ты верил в Бога?»

— Я верил потому, что это было святой правдой. Ты, Боже, всегда был со мной в земной жизни. Ты помогал мне пережить тяжелые времена. Ты откликался на мои молитвы. Ты посылал мне силы и мужество, что бы пройти через все испытания жизни. Я чувствовал, Боже, что ты всегда находился рядом со мной.

— Нет. Ничего из сказанного тобой не было.

— Извини, Боже, — не понял?

— Мартин, я повторяю: ничего из сказанного тобой обо Мне не было. Я никогда не был с тобою рядом. Я никогда не помогал тебе. Все твои правильные поступки и все твои добрые дела совершались только тобой самим. Как Бог, я всегда слышал твои молитвы, но на твои молитвы, как и на молитвы всех других верующих, я ни разу не откликнулся. Твоя вера в Меня, как и вера других верующих, в тех или иных конкретных случаях определенно помогала тебе. Было бы несправедливо отрицать это. Но лично я никогда и ни при каких условиях в вашу жизнь не вмешивался: не препятствовал делать зло, не помогал делать добро. Конечно, вы, христиане, заслуги в своих добрых делах относили на мой счет, но, повторяю, я никогда своими действиями не вмешивался в вашу жизни. Вы при этом выполняли свои предначертания, а не мои. Вы заблуждаетесь в отношении того, что Вы якобы чувствовали мое присутствие. Мое присутствие нельзя чувствовать. Как ты мог чувствовать мое присутствие, если я определенно при этом не присутствую? Единственное фактическое доказательство моего существования заключается в том, что я вообще существую здесь и теперь. Если ты понял сказанное, то скажи мне: почему ты верил в Меня, в Господа Бога?

— Я. Я. Я всю жизнь был глубоко верующим человеком. С самого детства я постоянно ходил в церковь; молился и воздавал хвалу Тебе, Боже. В своей вере я ни разу и ни в чем не сомневался. Даже когда умерла моя мать, я верил, что это была Твоя воля, что это Ты благословил ее на мирное упокоение. Моя вера в Тебя возрастала и мужала по мере чтения Библии. Мою веру согревали твои библейские чудеса, подвиги святых и мучеников, добрые дела во имя Твое. Я читал книги выдающихся богословов и верующих философов, произведения которых усиливали мою веру. Я знаю, что моя вера — это Истина.

— Нет, Мартин, ты совершенно не то говоришь. Твоя мать умерла не по моей воле, а по причине естественной смерти. А от тяжелых предсмертных мук избавил ее не Я, а врачи. Тебе следовало бы помнить, что твоя мать умирала в больнице. Все это Я наблюдал со стороны и видел, а больше никакого Моего участия в смерти твоей матери не было. Что же касается всего остального: святых, мучеников и почитаемых тобою философов, то они имели столько же оснований верить в меня, сколько этих оснований имеется у диктаторов, мучителей и совершенно неграмотных людей. Люди совершали много величественных дел и мрачных преступлений во имя своей веры в Меня, как и во имя веры в тысячи мнимых богов. А Библия написана не Мною, а только обо Мне, и она была написана людьми, которые имели же столько же оснований верить в меня, сколько этих оснований у тебя, — то есть у них не было никаких реальных оснований писать обо Мне. Библия и богословские сочинения обо мне пишутся на тех же основаниях, на основании которых написаны Священные Книги о ложных богах всех других религий. И для постороннего человека Библия ничем не лучше и ничем не хуже буддийской Трипитаки, мусульманского Корана, зороастрийской Зенд-Авесты и так далее… Я в последний раз спрашиваю тебя: «Почему ты в своей земной жизни верил в Меня?»