Чтение онлайн

Стискиваю своих подружек вместе, одновременно приподнимая их. Хм-м, совсем неплохо. Другим так даже нравится. Вон, Женя… Ой, Женя! Совсем забыла.

Быстро натягиваю бельё, легкий сарафан и выхожу из ванной, на ходу заплетая косу.

Пока я занималась своими чисто женскими делами, Женя успел сварить нам кофе и уже хлопотал на патио, сервируя столик. Отчаливать к себе, похоже, он не собирался.

— Мы теперь что, под круглосуточным наблюдением? — спрашиваю, ставя тарелочку с нарезанными фруктами между чашками, предварительно стибрив оттуда кусочек банана.

— Собственно, вы и были под ним.

Я хлопаю глазами на Смирнова, медленно пережёвывая сладкую мякоть.

— Что, и ночью?

— Разумеется. Но сейчас мой сменщик спит.

Если честно, я просто пыталась съязвить, поэтому откровенный ответ Жени застал меня врасплох. Да я окружена мужчинами и днём и ночью, оказывается. И ещё смею жаловаться на невнимание? Окстись, Линара!

Сажусь в плетёное кресло. Смирнов по-хозяйски разливает ароматный напиток в чашки и протягивает мне мою.

— Почему это тебя удивляет? Тураев заботится о вашей с Асей безопасности, только и всего.

— Скорее, мы для него приманка. Хотя об Асе, он, разумеется, думает в первую очередь.

— Это его право и обязанность, как отца.

Затыкаюсь от такой отповеди. В принципе, всё правильно. Только вот обида моя никуда не девается, так и клокочет во мне, хотя шок, можно сказать, прошёл. Зато пришли вопросы.

Пью кофе, наблюдая, как солнце скрывается за облаком, покрывая всё вокруг какой-то белёсой пыльцой, и краски словно приглушаются.

— Тебе понравилось в клубе? — меняет тему Женя, и я отвлекаюсь от облаков.

— Как ни странно, да.

— Сходим еще?

— Это как хозяин прикажет.

Женя фыркает.

— Ты обижена, это нормально. Но и Заира пойми.

— Да я понимаю, правда. Но все эти события просто выбивают почву из-под ног. Никак в себя не приду.

Серые глаза Жени становятся цепкими — это в нём профи просыпается.

— Хочешь поговорить об этом?

— А можно? В смысле, я не знаю, можно ли тебе со мной откровенничать. Я ведь для вас… как это? Подозреваемая.

Женя не отрицает и не соглашается, лишь загадочно поглядывает на меня, потягивая свой кофе. Понятно. Он не собирается облегчать мне жизнь. Что ж. Если я действительно хочу что-то выяснить, придётся и самой быть откровенной. Вздыхаю смиренно.

— Я в полном раздрае, если честно. Как Алиса в Зазеркалье. Не знаю где верх, где низ, где право, где лево, в какую сторону идти. Столько вопросов…

— Спрашивай.

— И ты ответишь?

— Зависит от вопросов.

Ветер начинает шевелить листву — похоже, погода всё же испортится. Как бы шторма не было. Это будет первый ненастный день за всё время нашего пребывания здесь.

— Скажи, почему Нисар обвиняют в похищении? Она же мать. Разве такое возможно?

Прежде чем начать, Женя делает паузу, обдумывая, видимо, в какой степени он может открыть мне подробности личной жизни босса. Наконец, говорит:

— Тураев разводится, ты знаешь. Он хочет получить полную опеку над дочерью из-за неспособности Нисар заботиться о ребёнке. В каком-то смысле она даже представляет угрозу для дочери.

Не могу не согласиться, если вспомнить, что рассказала мне вчера Ася.

— Процесс идёт со скрипом: Нисар сопротивляется, ставит палки в колёса. В конце концов, суд обязал её пройти полный курс лечения, а до этого вынес решение о запрете её общения с дочерью без присутствия третьих лиц. В тот день она сбежала из больницы, не пробыв там и суток. С помощью матери выкрала Асю из детского садика, и скрылась с ней в неизвестном направлении, фактически, совершив противоправные действия.

— А Заир где был в это время?

— В командировке. То есть, момент был выбран довольно тщательно.

И Женя рассказал мне, каких трудов им стоило найти Асю.

Интересно то, как Нисар преподнесла мне полуправду — подробно, в деталях, очень достоверно. Только вот преследователем был не Мансуров, а её собственный муж. Но кто тогда для неё Мансуров? Оппонент или союзник? Шантажист и вымогатель, или сообщник? Спрашивать напрямую у Смирнова мне не хотелось, потому, что пришлось бы выложить наш разговор с Нисар, а это такая тема… нехорошая, в общем, тема.

— А какова роль Роксаны?

— Роль пособника Нисар. Она обвиняет зятя во всех бедах своей дочери и поливает грязью на каждом шагу, что не мешает ей жить за его счёт.

— За его счёт? — мне захотелось расхохотаться над этим заявлением. — Да у Загитовых денег куры не клюют!

— Когда-то так и было. Но времена изменились. После смерти мужа, Роксана, практически, осталась ни с чем. А пристрастие госпожи Тураевой требует огромных средств.

Всё это ужасно, на самом деле. А ведь я жила все эти годы, ни о чём не догадываясь. И тётя Роксана, в наших редких с ней разговорах по телефону, даже не намекнула о проблемах сестры. Почему?

— Скажи, когда Нисар опять начала принимать наркотики?

— Примерно через год после рождения дочери. Заир пытался с этим бороться, но всё впустую.

Да. Нисар не из тех, кого можно приручить, или подстроить под себя. Она кошка, гуляющая сама по себе и живущая по своим законам. Но на кошку, похоже, накинули поводок. И у кого в руках этот поводок? Не у Стиха ли снова?

Ведь когда-то он уже привязывал к себе Нисар наркотиками. Примерная девочка в школе и дома, она отрывалась с Мансуровым по полной, с какой-то отчаянной безрассудностью, и только я была свидетелем её отрыва. Меня эти двое не стеснялись. Я была для них неодушевлённым предметом, бессловесным рабом, стоящим на страже под дверью заброшенного строительного вагончика. Чем они там занимались, я могла догадываться по звериным звукам, издаваемым ими, и дыму столбом, в прямом смысле этого слова.

Из вагончика Стих обычно вываливался первым: раскрасневшийся, весь нараспашку, растрёпанный, взвинченный. Закинув свои клешни мне на плечи, и, придавив всей тяжестью, дышал в лицо таким амбре, что меня с ног сшибало.

— Линарррраа… моя девочка, моя рыжая мышка. Пик-пик… — придуривался он.

— Убери от меня свою морду, Стих, — грубо отпихивала я его, пытаясь увернуться. А он только ржал, скаля крупные зубы.

— Да, ладно, не ломайся. Я же нравлюсь тебе, я знаю, — продолжал теснить меня Рамиль, похабно ухмыляясь. — Ну, скажи, хотела бы со мной поиграть, как твоя сестрица, а? Ты, конечно, не айс, но кое-чему я бы и тебя научил.