Чтение онлайн

Павел с изумлением обнаружил, что сразу понял оба слова. Мужчина говорил на языке жителей Лесной Страны!

– Издалека.
– Павел неопределенно махнул рукой в сторону реки.
– Там у нас селение, совсем маленькое, никого уже почти не осталось.

– Ага, за рекой, значит?
– мужчина покивал, поворошил бороду, поглядел на заляпанные грязью босые ноги Джудит. Павел ощущал его недоверие.
– То-то говор у тебя чудной. В город, значит?
– Он говорил медленно, чуть растягивая слова.

– В город, - ответил Павел.
– У нас важное дело к Стражу. Где там его искать?

Мужчина подозрительно глянул на него из-под кустистых бровей, поддернул штаны.

– Вы там что, без ангела Господня живете?

"Это он о Страже", - сообразил Павел.

– Я же говорю, нас совсем мало осталось. А что, Стражи действительно ангелы Господни?

Мужчина старательно троекратно перекрестился, задрав бороду к небу, и задребезжал нараспев:

– Господь послал к нам своих ангелов, чтобы жили они среди нас, чтобы было нам с кем делиться обидами своими, бедами своими и желаниями своими. Все выслушает ангел, а потом направится к Иордану, - ("Ого-о!
– изумился Павел.
– И тут тоже Иордан!") - взойдет на свой плот и поплывет к Господу, и передаст ему все, с чем мы шли к ангелу. И будет Господь судить, и воздаст каждому по вере его. А коли не исполнилось твое желание - значит, сам виноват, значит, слаб в вере своей. А нет у тебя детей - значит, плохо любишь бога, значит, грешишь в мыслях своих. Трудись в поте лица своего и укрепляйся в вере своей - и воздастся тебе. А вы крепки в вере своей? Мужчина опять подозрительно посмотрел на них.

– Стараемся, - уклончиво ответил Павел. Джудит молча переводила взгляд с одного на другого, пытаясь по лицам угадать содержание разговора.
– Где же можно найти ангела Господня? Очень важное дело.

– Ищите его в храме Господнем. Как войдете в город, так все прямо и прямо, его миновать никак не получится. Крест издалека виден.

– Спасибо.
– Павел взял за руку Джудит.
– Поспешим к ангелу Господню.

– Куда же вы на ночь-то?
– вдруг встревожился мужчина и распахнул калитку.
– Переночевали бы здесь, а уж поутру, отдохнув, да выспавшись... Небось, долго шли-то? А через Иордан-то как же?

– Долго шли, - скрывая нетерпение, ответил Павел.
– А через Иордан вплавь, а то как же еще? Селение наше у озера, так что плаваем хорошо. Ему хотелось избавиться от докучливого бородача, просто-таки переполненного недоверием.
– Спасибо за приглашение, но мы пойдем. Дело-то не терпит.

– Ага, ага, - покивал мужчина.
– Ну, Господь с вами.

Павел легонько потянул Джудит за собой, и она, улыбнувшись и приветливо кивнув недоверчивому бородачу, пошла, не выпуская ладони из руки Павла. Павел чувствовал, что бородач стоит и смотрит им вслед, но не оборачивался. Лишь пройдя селение и вновь очутившись на равнине под темнеющим небом, он пересказал девушке содержание разговора.

Неожиданно быстро начали сгущаться сумерки, и Павел уже подумывал о том, что придется ночевать под деревьями, но в это время сквозь наконец-то расползшийся в стороны серый занавес неба прорвался мягкий свет вечернего солнца, задержав исчезающий день. И в этом робком свете, выйдя из очередной прохладной низины с притаившимися в кустах клочьями тумана, они увидели вдалеке покатые крыши домов, обративших к равнине слепые темные стены без окон, и высокую белую башню, увенчанную крестом.

Солнечный свет быстро угас, испугавшись подступающей ночи, небо померкло и пропиталось беззвездной темнотой, неслышно хлынувшей вниз, но Павел и Джудит уже пробирались по безлюдной грязной улице мимо тихих домов с закрытыми ставнями, прямо, прямо, к храму Господнему, следуя указаниям недоверчивого бородача.

Храм громоздким высоким утесом белел посреди заполненной темнотой чаши площади. Вокруг было тихо. Они приблизились к двустворчатым дверям, и Павел попытался их открыть. Двери не поддавались.

– Надо попробовать с другой стороны, - понизив голос, чтобы не расплескать эту темную тишину, посоветовала Джудит.

Они направились вдоль стены и вскоре обнаружили еще одну дверь, к которой вели каменные ступени. Павел осторожно толкнул ее, и она с легким скрипом приоткрылась. Над их головами послышался шум, словно захлопало белье на ветру, раздалось отрывистое гортанное урчанье - и вновь все стихло.

"Какие-нибудь голуби Господни", - подумал Павел и тихо произнес, наклонившись к стоящей у ступеней девушке:

– Ну все, Джуди. Жди меня здесь, только отойди к домам, не стой у двери.

– Нет, я с тобой!

Джудит легко вскочила на ступени, но Павел остановил ее, положив руки ей на плечи.

– Я пойду один.
– Он помолчал, ему захотелось вдруг прижаться щекой к волосам девушки, от которых едва уловимо пахло чем-то незнакомым, приятным, оставшимся там, в ее доме в Новой Земле.
– Я не знаю, на что способны Стражи. Мне будет проще одному, понимаешь?

– А если ты не вернешься?
– яростно прошептала Джудит.
– Что я буду делать, если ты не вернешься?

– Я должен вернуться.
– Он на мгновение сжал ее удивительно нежные плечи, вдруг явственно увидел безмятежную гладь Геннисаретского озера, услышал легкий шум деревьев - и легонько оттолкнул девушку.
– Я пошел.

Он подождал, пока белое платье растворилось в молчаливой темноте, и осторожно вошел в храм, выставив перед собой руки, пошарил во мраке и нащупал узкую гладкую деревянную поверхность, косо уходящую вверх. "Перила", - догадался Павел, поставил ногу на невидимую ступеньку и начал медленно и бесшумно подниматься по лестнице.

Очутившись наверху, он опять расставил руки, двинулся вперед и, пройдя несколько шагов, нашарил пальцами ручку двери. Постоял, прислушиваясь, - из-за двери не доносилось ни звука - и медленно-медленно, затаив дыхание, начал открывать ее.

В темноте за дверью смутно белели стены. Никакого фона не ощущалось, хотя Страж все-таки мог быть здесь, надежно укрытый плащом с капюшоном от восприятия Павла. Павел успел сделать несколько шагов по комнате - и замер, потому что в темноте раздался бесстрастный негромкий голос:

– Не ожидал увидеть тебя так скоро, Павел Корнилов.

В голосе не чувствовалось ни удивления, ни радости, ни злости, и по манере говорить Павел сразу понял, что это Страж. Мышцы его мгновенно напряглись, в глубине сознания поспешно раздвигались невидимые стены, за которыми скрывалось маленькое жалящее солнце. Он сдержался, подавил желание незамедлительно действовать, прыгнуть в темноту, вцепиться в Стража - и когда ответил, голос его звучал почти спокойно.

– Неприятно разговаривать, когда не видишь собеседника.

– Возможно, - согласился из темноты Страж.
– Вытри пока ботинки, они все в грязи, а я позабочусь о том, чтобы тебе стало светло. Поговорить действительно необходимо.

Павел отступил к порогу, повозил подошвами по чему-то мягкому, напряженно вслушиваясь в знакомый шорох. Так мог шуршать только плащ Стража. Судя по началу разговора, Страж видел в темноте.

Загорелась свеча - и возникла привычная фигура в зеленом плаще с накинутым на голову капюшоном. Павел молча наблюдал, как Страж медленно движется вдоль стены и, подняв руку, зажигает свечи. Комната оказалась узкой и длинной, напротив двери находилось небольшое окно, закрытое ставнями, сбоку стоял сбитый из досок стол, рядом - кресло с изогнутыми подлокотниками и высокой спинкой. На столе аккуратными стопками лежали книги в потрепанных переплетах. У другой стены, возле второй двери, притулился трехногий табурет.