Чтение онлайн

– Обещаю, я исполню твою просьбу, когда мы будем наедине, девочка.

Он отпил из бутылки, не отрывая от меня глаз, и ушёл. Я же осталась стоять одна, пытаясь успокоить дыхание. Мне было бесконечно стыдно за своё развратное поведение.

– Что, милая? Понравилась тебе сказка, подаренная нашим принцем?
– я услышала смех от тех самых девушек и закусила губу.

Не поддаваться, не поддаваться. Надежда умирает последней. У меня всё ещё она живёт. Мы будем вместе, я знаю.

Тут как тут появилась рыжеволосая Лена. Она пока ещё твёрдо стояла на своих огромных берцах. Я невольно залюбовалась ею. Она не была высокой, чуть выше меня - и каблуки носила, очевидно, чтобы казаться выше. И ноги в короткой клетчатой юбке действительно были словно от ушей. В зубах сигарета. Макияж у неё сегодня был не такой яркий, как тогда, и я смогла рассмотреть черты её лица - просто огромные синие глаза выделяются на слишком худом лице с острыми скулами и не замазанными веснушками.

Я вспомнила, что она мне говорила, но разозлиться отчего-то не смогла. Сейчас я понимала, насколько она права. Корова среди тигриц. К тому же, она действительно не хотела меня обидеть. В ней не было видно этой неприязненной враждебности, как в других девушках. Ей было абсолютно всё равно на меня, может, чуть-чуть жалко.

– Да уж у неё сказка точно получше двух сотен на простыне после бурной ночки, - усмехнулась Лена, и те девушки сразу замолчали. А потом повернулась ко мне: - Чего ты молчишь, как сопливая школьница? Надо отвечать провокацией на провокацию, дорогуша, иначе заклюют. Плохо тебе будет такой бесхарактерной клушей жить на свете.

И не успела я ничего ответить, как она ушла веселиться дальше. И в этот раз я тоже не чувствовала гнева. Только какую-то обиду на правду. А в остальном же... это не было как со Светкой. Я почему-то восхищалась той девушкой, которую Даня охарактеризовал как лёгкого поведения. Но мне так не казалось. Она слишком независимая.

Я снова стала искать Игната, только теперь не явно, тихо сидя на диване. Лена снова что-то доказывала Дане, а тот и слушать её не хотел. Я усмехнулась - у них точно что-то было.

Тут диван прогнулся под чьим-то весом, и, повернув голову, я увидела Игната. Тот был ещё пьянее, чем тогда. Его рука легла мне на плечи, а я и пошевелиться не могла, не веря своему счастью. Он сам сел со мной, сам обнял. Сам!

– Что-то ты грустная, малышка. Хочешь выпить?

Я с широко раскрытыми глазами помотала головой. Мама говорила, что напиваться в малознакомой компании нельзя. Я и сама знала, какими последствиями это чревато.

– Да ладно тебе, милая...
– прошептал он и заглянул мне в глаза, приблизив моё лицо к своему за подбородок.
– Я не дам тебя в обиду. Не бойся.

Я слушала, открыв рот. Всё внутри пело. Наконец-то! Но я ничего ответить не успела, как он нагнул мою голову назад и поднёс горлышко к губам. Потом наклонил бутылку, и в мой рот полилась сладковато-горькая жидкость. Терпкая. Я не успела закашляться, как по венам разлилось тепло, и голове полегчало. Я захотела ещё, но Игнат убрал бутылку, шутливо погрозив мне пальцем. Моё тело меня не слушалось, но разум был в порядке.

– Слабенькая ты, малышка, - услышала голос Игната, как в тумане.
– От двух глотков улетела...

– Потому что кто-то её напоил, - вмешался голос Лены. Я же хотела что-то сказать, только язык не слушался, словно прилив к нёбу, я могла только смотреть. Лена глядела на меня с жалостью.
– Не, клуш, ты, конечно, совсем! Кто так делает, прости? От двух льстивых словечек готова преподнести ему свою девственность на блюдечке с каёмочкой!

Я молчу. Мне поразительно всё равно - только что-то тупо ноет внутри, тихо так, наперекор всей этой лёгкости.

– Хватит раздавать свои долбоёбские советы, - бурчит Игнат у меня под ухом. Я словно в тумане - слышу только усталость в его голосе. А ещё какое-то лукавство, как будто для него это только шутки. Не удивлюсь, если это действительно так.
– Она сама решит, как ей быть.

– Да уж не сомневаюсь, - язвит Лена. Я прикрываю глаза - в ушах у меня гул, и сквозь него прорывается звонкий голос девушки.
– Игнат же алкогольная шлюха - дашь ему бутылку вискаря, и он весь твой. Так что же не обольщайся, «принцесса».

А я ведь и не обольщалась. Пыталась убедить себя в этом, пока прижималась к тёплому боку Игната, млея от счастья. Я едва не мурлыкала - он подпустил меня к себе так близко! Всё равно на слова Лены, всё равно на Свету, всё равно на весь мир. В груди у меня что-то расцвело, и оно только росло, когда Игнат вот так вот перебирал мои волосы.

– Так, народ, перебираемся на улицу, фейерверки будем пускать!
– неожиданно орёт Игнат под ухом, и сказка разрушается.

Я мало что успеваю понять - вот я сидела и едва ли не спала, а теперь все так резко собираются куда-то. Я тоже иду за всеми в прихожую - только куртки у меня нет, и я довольствуюсь лёгкой кофточкой.

На улице я трезвею слишком резко - алкоголь быстро выветривается из крови, и я снова могу ясно мыслить. Мне холодно - я нелепо перепрыгиваю с ноги на ногу. Темнота колет глаза, я только слышу бесконечные голоса, пьяные крики. Вскоре я немного адаптируюсь в темноте и замечаю, что несколько парней ушли подальше отсюда, взрывать петарды и пускать фейерверки.

Я ощущаю противный запах сигарет - не тот, не у Игната. И чёрт знает вообще, почему, но мне кажется, что у него всё особенное. Меня мутит от холода, от голосов, от пустоты после алкоголя, от нехватки Игната. Где же он?

Вскоре на небе появляется первый залп, и тут же слышится девчачий визг. На несколько секунд становится видно всё - и то, как девушки фотографируются, и то, как Даня ест мои пирожные. И то, как Игнат обнимает какую-то девицу за талию. Я не смотрю на красоту в небе, не ощущаю всего этого предвкушения, возбуждения, какое бывает только от фейерверков. Я лишь снова и снова окунаюсь в этот омут - и думаю, когда это закончится.

И не надоело мне?

Я больше не ощущаю холода.

– Игнатушка, ты нам кое-что обещал, - слышится сладкий голосок сзади меня.

Я вздрагиваю. А потом Игнат со своей фирменной усмешкой становится на лавочку у подъезда. Я сначала не понимаю ничего - что это он собирается делать? А когда включается приятная латиноамериканская мелодия у кого-то на телефоне, и Игнат снимает куртку, плавно двигая тазом, я всё понимаю.

И всё внутри наполняется ужасом. Мне становится нечем дышать, когда девушки орут и визжат, подбадривая его, а парни улюлюкают. Я случайно натыкаюсь в толпе на взгляд Дани - и вижу в его лице признаки того же веселья, что и у всех. Только взгляд у него более жёсткий - мол, получила, чего хотела?