Не-единственная в Академии
Шрифт:
— Пфф, реджи! — возмутился Суземский. — Она же простолюдинка, успокойся!
— Да какая разница! — заметно повысил голос и яростно засверкал на него глазами Дамиан. — Она — беззащитная! Женщина!
Зорий только поцокал языком — таким он Дамиана уже давно не видел. Молодой маг спокойно кивнул:
— Да, мой реджи, найдём. Здесь поблизости единственное поселение, то, что на пути к Большому Северному тракту. Остальные слишком далеко. Но мы и их проверим, если не найдём женщину в ближайшем. Вы можете её описать?
— Темные длинные волосы, небольшой рост, — реджи задумался. Что он ещё может вспомнить? Ярко голубой, очень светлый на фоне темных волос, глаз, покрасневший, очень испуганный, да ссадина на скуле — вот и всё, что он успел заметить за короткий миг до выстрела. Ему снова стало нехорошо от ярости, поднявшейся в душе, что он поспешил заговорить, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься. — Глаза светлые. Скорее всего голубые, яркие.
— И всё?
Дамиан упёрся недовольным взглядом в молодого мага, процедил:
— И всё!
Парень спокойно кивнул:
— Вас понял, мой реджи! — и вернулся к медленно плывущему по воздуху трупу.
Гнев, возмущение, недовольство в душе Дамиана требовало каких-то действий, возмездия, раздачи наказаний виновным. И реджи громко произнёс вслед отошедшему магу:
— И передайте моё распоряжение — все допросные листы бандитов сразу же ко мне на стол! А не то я сам пойду в допросную!
Маг повернулся, по-военному козырнул и продолжил заниматься своими делами.
Принц вернулся во дворец порталом, построенным впопыхах магом. Хмурый и раздраженный, он изливал всё своё недовольство несколько дней на военных чинов различного ранга. Да так, что даже замковая челядь притихла. Все слуги ходили, казалось, крадучись и, вжимая голову в плечи, перешептывались: «Реджи бушует! Это что-то страшное!»
Почему страшное, было не понятно: на самом деле принц вёл себя ни на йоту суровее, чем обычно. Да, ещё не отойдя от впечатлений лесного события, он шагал по кабинету туда и сюда и ероша волосы возмущенно бормотал:
— У нас дыра! В безопасности дыра!
Зорий, опершись бедром о стол принца, следил за ним глазами, но молчал.
— Где министры? Где генералы? — восклицал принц, приглаживая волосы, и посмотрел на советника так требовательно, что тот не выдержал:
— Что, друг мой?
— Ты понимаешь, Зорий, какая у нас дыра в безопасноти?
Суземский вздохнул в ответ и тихо пробормотал:
— Ну хоть что-то у нас в безопасности!
— Зорий! — воскликнул даже не грозно, а как-то беспомощно Дамиан. — Не время для шуток!
Суземский виновато опустил глаза.
— Да, мой реджи!
— Нам нужно быстро найти эту девчонку! Она не могла далеко спрятаться в чужом городе, где никого не знала, в чужой стране! Боюсь теперь опоздать…
Суземский сокрушенно покачал головой.
— Друг мой, да не нервничай ты! Сейчас наведешь порядок в безопасности, — подавил улыбку, потому что время действительно было не подходящим для шуток, — и примемся за нашу магическую толстуху. Обещаю, мы её хоть на какую-то информацию, хоть на намёк, да разговорим. Друг мой, всё наладится, верь мне!
Дамиан тяжело выдохнул, положил руку на плечо советника и устало скривился.
— Спасибо, Зорий.
— По вашему приказанию явились!.. — в дверях толпились все вызванные чины.
Дамиан перетряхнул всю безопасность, а верхушку внутренних вооруженных сил и вовсе разжаловал. Кого просто понизил, а с кем и распрощался. Дня через полтора Суземский зашел к реджи в кабинет.
— Дамиан, ты помнишь — нам в Акдемию нужно, мы договаривались. У нас масса поводов побывать там. А уж причина…
Принц согласно кивнул.
Они решительно шли коридорами дворца к конюшням, по пути обрастая отрядом охраны, магом и «бандой» Суземского. Сегодня что-то должно определиться!
На этот раз Дамиан заходил на занятия всех первокурсников. Они выстраивались перед ним, каждая группа в своей аудитории. Кого-то застали в лаборатории алхимии, кого-то — в тренировочных залах или на полигонах, кого-то в лекционном амфитеатре или в маленьких классах на полгруппы.
Принц задавал вопросы, вглядывался в каждое лицо. Слушал. Смотрел ауры. Снова спрашивал, вглядывался в лица и в ауры. Ему удалось побывать почти в каждом корпусе, пройтись по маленькому полигону вдоль и поперёк, заглянуть в Зелёное крыло, к лекарям, когда наконец его настигла ректор.
— Мой реджи, ты с инспекцией? — тяжело дыша, спросила Яцумира, когда догнав, вцепилась тонкими пальцами ему в локоть.
— Да нет, мы тут с Зорием проездом, по переезду в основном обсуждаем… — Дамиан обернулся, выискивая советника глазами. Тот шел где-то далеко позади и что-то бурно, судя по размашистым жестам, обсуждал со своими мастерами преобразований.
Тэкэра Тошайовна приподняла тонкую бровь, что на её широком лице смотрелось бы комично, не знай принц, что подобные мимические движения мага такой силы, как ректор, могли сокрушать армии и горы. Поэтому Дамиан остановился, вежливо поклонился и объяснил:
— Возникли вопросы, профессор. Нам кое-что надо уточнить.
Яцумира бровь опустила, но задрала подбородок, словно подросток, пытающийся бросить вызов.
— А почему ко мне не зашли? Сразу по территории стали гулять?
Дамиан медленно, нарочито медленно моргнул, намекая, что если его приподнятая бровь и не может сокрушать горные хребты, это ещё не значит, что стоит задавать ему неудобные вопросы.
— Все заняты, любезная Тэкэра Тошайовна. Вы тоже заняты. Как и всегда. А уж сейчас — особенно. И поэтому я стараюсь причинять как можно меньше беспокойства. Разве я бы не отвлёк вас от ваших занятий, профессор, не украл бы драгоценные минуты, если бы заявился первым делом к вам. Вот так, без предупреждения?
— Реджи, я всегда рада тебя видеть, ты же знаешь, — ослабила напор ректор. — Могу я принять участие в решении ваших вопросов?
— Можете, конечно, профессор, — и Дамиан вежливо кивнул. — Меня интересует безопасность Академии. Недавняя неприятность в окрестностях Старого замка заставляет меня тревожиться, Тэкэра Тошайовна.
— О да, мой реджи! Ты навёл ужаса, — улыбка на малоподвижном лице ректора смотрелась не очень естественно, но Дамиан знал, что она искренняя. Именно вот эта, раздвигающая щеки, напоминающие набитые щёки хомяка, и закладывающая морщину между бровей — эта улыбка была искренней. Значит, действительно ей весело. — Столица дрожит мелкой дрожью, реджи, мальчик мой. Даже до нас докатываются волны страха.