Чтение онлайн

И только перед сном, когда вновь очутилась в душе, в тот самом, памятном душе, вновь глянула на руку — цепочка, эта гвели, снова была там! Ну что ж, само место подсказало мне, что нужно делать. Я вышла в коридор, и пока никого не было, нарисовала маленькую дверцу у самого пола, пробормотав считалочку.

Вот открыть её не решалась, пока не поняла, что ещё миг, и дверца исчезнет, поэтому быстро приоткрыла, и убедившись, что это комната Зиада (его запах буквально ударил меня в лицо воспоминаниями), забросила туда непослушную цепь.

Сердце билось как сумасшедшее, и я ринулась в душ, опрокинула на себя бочку холодной воды, потом долго отмокала под тонкой, но очень струей горячей, пытаясь привести себя в чувство. А когда одевалась, цепочка снова была на моей руке…

И тогда утром я попросила Аришу. Ничего не стала ей объяснять, но она и не обиделась, потому что моя просьба сказала ей больше, чем я бы хотела. Я попросила отнести кое-то Зиаду, вручив ей завернутую в бумагу злосчастную гвели. Она так внимательно смотрела мне в лицо, с таким детским любопытством, что пришлось скорчить злую гримасу, чтобы, наконец, подруга убежала.

А я стояла в коридоре общежития, смотрела на свою руку и считала удары сердца. На пятьдесят седьмом на руке стала проявляться тонкая золотая цепочка. сначала она была похожа на размытую туманную тень, а затем уплотнилась и снова подмигнула мне блеснувшим камнем. Я поняла, что Ариша уже может возвращаться, вот только сообщить ей об этом я ещё не могла.

И быстро сообразив, что сейчас может произойти, стала судорожно соображать — куда Зиад не пойдёт меня искать? Покусав нервно губу, я бросилась в женскую уборную и затаилась, стараясь не отсвечивать аурой на случай, если парень окажется настолько настойчивым, как я и подозреваю. И я не ошиблась.

Ариша вернулась не одна. Его шагов не было слышно, но вот грохот его кулака по всем по очереди дверям и женские возмущенные крики я слышала отлично. Это продолжалось довольно долго, а потом я услышала громогласное:

— Рада! Ты меня слышишь?

Я промолчала, прижимаясь спиной к стене. Не отвечать же ему, в самом деле?

— Ты слышишь, я это чувствую. Знай же, Рада, я тебя всё равно найду! И гвели ты снять не сможешь! Запомни это! Вы обе — мои!

Я только закатила глаза к потолку и закусила губу. «Мои»! Ка же! Готова поспорить с этим! И поспорю. А ещё, подумалось мне, хорошо, что Зиад — не Хараевский. А то было бы мне житьё — с одной стороны он, а с другой — его поклонницы. У Зиада, наверное, тоже были, просто я о них не знала, его не обожали так массово, как декана боевиков. Надеюсь, если и есть поклонницы у Зиада, они не живут на нашем этаже и не слышали, что он тут только что кричал…

А я ещё несколько деньков побегаю от него, слава немилосердным богам, в Академии есть где спрятаться. Потом его отправят в Новую Академию, потом он закончит свою учёбу, и всё, я смогу забыть это всё, как сон. Как страшный сон… Хотя кого я пытаюсь обмануть? Как приятный, как самый сказочный и волшебный сон… Я всхлипнула, но осталась стоять под стенкой в уборной. Я забуду, я всё забуду…

Пока мы шли к общежитию, Ариша рассказала, что на первом круге учений было почему-то Зелёное крыло. Всех адепток-первокурсниц прогнали через небольшую комнатку. Там в кресле в углу молча сидел принц Дамиан, а каждой девушке задавал пару-другую вопросов улыбчивый Суземский, некоторых просил показать руки и каждую — создать небольшое заклинание. И всё. Далее ничего не понимающих девушек просили выйти через другую дверь.

Многие выходили с таинственным видом, молчали, скромно улыбались. Некоторые были недовольны и возмущались, что это никакие ни ученья, а большинство были растеряны и оставались ждать под лекарским корпусом продолжения или каких-то сообщений о результатах. Те, кто ещё не прошел, пытались выспросить у тех, кто уже побывал перед глазами его высочия принца, что же за учения и как можно предстать в лучшем виде.

Поэтому шум стоял знатный, и профессору Вадийской, декану медицинского факультета, которая только-только вернулась из Новой Академии и была уставшая и озадаченная своей частью работу по переезду, пришлось даже выйти и на повышенных тонах разбираться в ситуации. Только после этого уже прошедшие эти странные учения, выглядевшие больше как проверка силы магического дара, стали расходиться. Хотя разговоры не утихали ещё несколько дней, и версии строились одна невероятнее другой — от справедливости оценок преподавателей до отчисления всех адептов женского пола.

Спустя ещё несколько дней, в течение которых ничего не происходило — никого не увольняли и не отчисляли, волна возмущения пошла на нет, и разговоры стали стихать.

— В чем суть первого круга учений, так никто и не понял. Сейчас хоть ясно — нужно избегать ловушек и быстро прийти в себя, — коротко обрисовала предыдущие события Ариша.

— И быстро прийти в себя… — задумчиво повторила я.

Вот только избегать ли ловушек было основным заданием в этом круге? Я так четко представила себе, как раскрылось бы моё инкогнито в этих чудных учениях, переоденься я парнем и учись я на первом курсе… А ведь была такая идея — найти мужскую одежду и переодеться. Всё упёрлось в то, что мне просто негде было взять мужскую одежду. Не в длинных же, затканных парчовыми нитками балахонах наших послов разгуливать по Академии? Да и второй курс, куда я попала каким-то чудом, совершенно был неожиданным.

И если главное умение, которое проверяли на этом круге учений — избегать ловушек и быстро приходить в себя, то вопрос почему именно реджи, а не кто-нибудь другой, не такой занятой и высокопоставленный, занимается такой ерундой, стал особенно остро. В животе опять похолодело от нехорошего предчувствия, и теория о том, что именно он, живот мой, основной орган чувств подтверждается, то всё же не в избежании ловушек дело, и присутствие реджи на учениях очень даже становится понятным…

Я сглотнула — мысли нервно метались в голове выискивая возможности спрятаться от участия в этих учениях, которые кто знает когда могут распространиться и на второкурсников. Можно было бы сходить к Тэкэре Тошайовне и попроситься в Новую Академию. Но тогда я попаду снова под внимание Зиада. Что же делать? Как быть?!

Я осмотрелась вокруг. Едальня гудела от голосов адептов — все что-то обсуждали, многие даже очень живо и громко. Ну что ж. Пока высовываться как можно реже из аудиторий и из комнаты общежития, а если ходить по Академии, то в самой гуще адептов, выбирая группы побольше. И осторожность, осторожность и ещё раз осторожность.

* * *

— Зорий, мне кажется, я уже всех адепток первого курса знаю в лицо. Даже с парнями всё удалось — они все парни, без малейших сомнений, и среди них нет спрятавшейся девицы. Я лично в этом убедился, и этот вариант можно отбросить. А что никто из парней не спрятался случайно, это мы с тобой сами проконтролировали.

Реджи и Суземский неторопливо шли по территории к ближайшему корпусу — корпус Чи. Советник щурился задумчиво.

— Ты знаешь, друг мой, — сказал он, — а мне кажется, мы что-то не учли.

В распахнутую дверь корпуса был слышен разговор на повышенных тонах, и принц с советником переглянулись и согласно кивнули — мало ли какую интересную картину можно увидеть в коридорах Академии в таких интересных ситуациях.

Прямо в небольшом фойе старого тесного корпуса двое друзей застали интересную картину: преподаватель отчитывал адептку, которая вовсе не выглядела послушной исполнительной девочкой, даже наоборот — явно злилась и не скрывала этого.

Даже её поза — наклонённый вперёд корпус, руки в боки, и выражение лица — сощуренные злые глаза, трепещущие крылья носа, а главное звенящий голос — выдавали раздражение и решительность.

— …не буду! И всё! Не отвлекайте меня, у меня занятия!

— Адептка Канпе! Я требую!.. — строго упирался в неё взглядом декан боевого факультета.

— Нет! Я всё сказала!

Девушка резко развернулась, так, что длинный плащ крутанулся и приподнялся вокруг её ног, и решительно зашагала к ближайшей аудитории. И уже открыв дверь, чтобы войти, снова глянула на преподавателя. Казалось, из глаз её сейчас посыплются искры и прожгут визави, но дверь за собой она всё же прикрыла тихо.