Чтение онлайн

— И что же ты можешь мне сказать?!

Ремень близко.

— Они хотели меня с самого начала!

— Что?! — папенька начинает на меня надвигаться.

— Пап, ну что поделать, такая я замечательная, что все меня хотят… — Отпрыгиваю. — Ты, наоборот, должен гордиться тем, какой ты способный, с первого раза такой бриллиант получился!..

— Не заговаривай мне зубы!!

Еще раз отпрыгиваю.

— Ну пап, ну понятно же, что я им не просто так нужна. — Примирительно вскидываю руки. — Уж не знаю, мозги они мне промоют или клан мной будут шантажировать (хотя это скорее клан их будет шантажировать, чтобы меня забрали обратно), но явно же не будут змеи просто мстить на территории Андриана!

— Змеи то?!

— Пап, змеи мстительные, но не больные! Не стали бы они ради этого ко мне так рьяно соваться, выждали бы, нашли удобный случай! Но не пошли бы на верную смерть.

Папа шумно выдыхает и запускает руку в волосы.

— Нужно сообщать императору и твоей бабушке. Немедленно.

— Но ты же понимаешь, как именно будет решаться эта проблема? — осторожно уточняю.

— И как же? — папа, похоже, в самом деле плохо понимал.

— Кровью. — Холодно поясняю. — Они нанесли оскорбление нашей семье, а эти проблемы решаются только одним путём — объявлением войны от нашего клана. Тут тебе не империя и не независимые королевства с их армиями. В нашем роду подобные вопросы решаются лично нами.

— Что ты хочешь сказать?.. — до папы, кажется, начало доходить.

— Нападение. Всем нашим родом. На Храм.

— Что значит всем?..

— И мама, и я, и даже сестра обязаны будем туда пойти и лично убить тех, кто посмел не повиноваться и ставить под угрозу существование всей нашей расы.

Столь заковыристых ругательств от папы я ещё никогда не слышала.

— А можно как-то исключить из этого списка маму и сестру? — стонет папенька.

— Я тебя тоже люблю, пап, — тяну с сарказмом.

— Астра, ну я же… я бы посмотрел на змею, которая рискнёт тебя сожрать.

— Ну да, меня разве что поднадкусывают, — соглашаюсь с обидой.

Нет, в общем-то, папу понять можно.

Женщины бывают двух типов: те, которые открывают банку огурцов сами, и те, которые делают вид, что у них лапки (читай: красивый маникюрчик). Первые предпочитают спасать себя сами, а вторые верно и преданно ждут, когда страшный и ужасный дракон превратится в прекрасного принца, осознает все свои прегрешения и унесет спасенную за неимением других врагов героиню в закат на размножение.

Вот мама, очень похожая на своего папу-эльфа, больше ко второму типу относится. Ну а сестра у нас тот ещё чайник — в голове у неё ветер свистит так, что рефлекторно хочется пойти на поиски заварки.

Я же получилась какой-то дикой смесью папеньки и бабушки — убиваю наповал и словом, и делом, и вообще та ещё тварь ядовитая.

— Астёныш, решать тебе, — папа устало опирается рукой на стол, — в конце концов, ты у нас бабушкина наследница, я не могу тебе приказывать.

— Ты как-то очень избирательно об этом вспоминаешь.

Папа тяжело опускается обратно на стул.

— Я реалист и не хочу играть в героя, который положит всю команду только потому, что решил справиться со всем сам. — Говорит жестко и глухо. — Факт: это дело не решить без вмешательства змей. И выбирая между вами всеми под предводительством Миледи и тобой… я бы выбрал тебя.

— Да я тоже как-то всегда себя выбираю, — натянуто улыбаюсь. — Так что предлагаю следующее: убивать змеи меня явно не хотят, так что моей жизни, по крайней мере сразу, ничего угрожать не будет. Позволим им думать, что я упряма, избалована, безответственна, и у меня напрочь отсутствует чувство самосохранения. — Подвисла. — В общем, врать не будем. Останусь жить как жила — рано или поздно они появятся, и вот тогда мы поговорим. Либо на моих условиях, либо на их, но разговор состоится точно. А дальше… мы, змеи, друг с другом всегда умели находить общий язык.

— В общем, ты хочешь стать приманкой. — Папа, кажется, с трудом удерживает во главе разумную часть себя, изо всех сил не поддаваясь навязчивому желанию спрятать меня где-то в подземельях, откуда я смогу выбраться только в качестве росточков.

Осторожно делаю пару шажков назад.

Если папа таки не выдержит, я лучше выберу вариант Андриана с башней, откуда я смогу выбраться только в качестве осадков. Мне всегда говорили, что надо больше дышать свежим воздухом.

— Пап, ну сам посуди, убивать меня вряд ли будут. А если и будут, то подавятся.

— С Андрианом сама будешь разговаривать. — Звучит немного угрожающее.

— Па-а-а-ап, — тяну хитро, и опытный родитель тут же настораживается, — а давай скажем Андриану, что проблема была донесена до императорского рода, и я действую в соответствии с их приказами? Но эти приказы, разумеется, большая тайна, и мы ни в коем случае не должны их разглашать. Напустим тайны, мистики, спецэффектов добавим… ну вот это вот всё.

— Нет, — звучит категоричное. — Мои ребята должны знать, что никакой помощи на самом деле нет!

— А кто говорит про помощь? — шепчу сладко-сладко. — Мы лишь скажем, что императорский род занялся этой проблемой, и даже не соврём, папа. Ни единым словом, — моё шипение становится по-настоящему гипнотизирующим. — Никакой лжи, исключительно правда с неуточненными деталями…

— Астра, не смей применять ко мне эти свои штучки! — папа взвивается.

— Не буду, — покаянно произношу. Зачем их еще раз применять, если они уже сработали.

— Ладно. Но разговаривать ты будешь с ним сама.

Победно улыбаюсь.

* * *

— Что значит тайна?! — бесится Андриан, комкая в руках официальное письмо от императорского рода Шарш, заверенного по всем правилам магической почты с подтвержденным оттиском крови её законного представителя. — Какого черта даже такое важное дело они не готовы решать совместно с нами?!

— Шаршы те ещё интересные личности, — сочувствующе поддакиваю, стараясь не морщиться. Исковерканное драконами столетия назад имя моего рода адски режет слух. Впрочем, драконов винить не в чем: собственную транскрипцию своей фамилии мы так и не сподобились предоставить, посчитав, что когда-нибудь нам это будет выгодно. А не змеиному слуху разобрать, что мы там шебуршим, сложно. При небольшом усилии мы вообще можем разговаривать так, что другие существа и не поймут, это ветер шелестит или мы новые туфельки обсуждаем. — Никто никогда до конца не знает, что там у Шаршов на уме в конкретный момент времени. — Задумываюсь на секунду. — Впрочем, что до, что после конкретного момента времени картина того, что у них на уме, обычно не проясняется. Возможно, потому что никто ещё не смог обнаружить их ум, и тут сразу напрашивается логичный вывод…

— Я понял! — Андриан трескает рукой по столу, пока я с трудом удерживаюсь от того, чтобы не заржать. Ну не могу я долго быть серьёзной. — Ты уверена, что они не заодно с заговорщицами?

На миг задумываюсь, не могло ли нашему императору стать настолько скучно, чтобы он принял участие в заговоре против самого себя. Вообще, мог бы, но он недавно с огорода моей демонической бабушки вернулся… уверена, на данный момент ему не скучно просто от того, что он выжил.

— Уверена, — озвучиваю вслух.