(не)любимая
Шрифт:
Я повидала на своем веку много неблагополучных семей, где родители пьют не просыхая, и Влада сейчас очень сильно похожа именно на такого запойного человека.
– Я могу довезти инвалидное кресло до машины, - все же предлагаю помощь, переживая как бы Влада свекровь не опрокинула.
– Я же сказа сама разберусь!
Ну, сама так сама.
Мое дело предложить.
Коротко прощаюсь и почти бегу вверх по ступенькам на третий этаж, где расположена кардиология.
Останавливаюсь только перед дверями ординаторской и с шумом выталкиваю из легких воздух.
А перед глазами так и стоит едва ли протрезвевшая Влада и Антонина Михайловна.
Какая мерзкая сцена.
Моргаю, стараясь отогнать это видение, и тут дверь ординаторской распахивается и оттуда выходит молодой врач.
– Здравствуйте, - машинально здороваясь я, - Я по поводу Прохоренко.
– Значит, ко мне, - кивает доктор.
Оказывается, я удачно его поймала.
Мужчина быстро рассказывает, как обстоят дела у Ирины Станиславовны, надиктовывает список недостающих лекарств и рекомендации.
– А в остальном - будет ваша Ирина Станиславовна вполне бодра и трудоспособна, но после соответствующего лечения, конечно. Вы, молодец, быстро сориентировались и оказали первую помощь.
– Это радует. Спасибо.
Доктор уходит на операцию, а я заглядываю в палату к бывшей коллеге, чтобы проверить, как она разместилась.
– Это вы, Ольга?
– спрашивает слабым голосом женщина с кровати.
– Да, я, - присаживаюсь на краешек, подмечая, что Станиславовна уже выглядит лучше, - Водички хотите?
Женщина аккуратно, чтобы не потревожить капельницу, поднимается и с благодарностью принимает воду.
– Спасибо тебе, Оля, - говорит она и в голосе ее слышатся слезы, - Только ты, добрая душа, обо мне позаботилась.
– Меня Пал Петрович с вами на скорой отправил, - мягко говорю я.
– А? Он тоже мужик толковый. Жаль, что мы с ним не так начали. Все могло бы по-другому сложится, - она горестно качает головой каким-то своим мыслям и продолжает, - Дура я старая.
– Зачем вы так о себе, Ирина Станиславовна.
– Да, правда это…правда. А хочешь знать, за что меня Петрович уволил?
Молчу.
Опасная скользкая тема.
Думается мне что просто так Паша не стал бы увольнять ее. Была серьезная причина.
– Гордиться тут нечем, - вздыхает женщина, - Проворовалась я. И ведь деньги-то там смешные, ей Богу. И разбогатеть не разбогатела, и уважение потеряла. Вот так-то… А после и наказание меня само нашло.
– Ирин….
– Нашло-нашло. Это, Олечка, закон сохранения энергии. Что легко достается, с той же легкостью уходит и с собой еще прихватывает. А все от глупости и жадности.
Мне от этих откровений становится крайне неловко.
Не зная, что ответить, проверяю уровень капельницы, поправляю одеяло и выхожу в коридор, а там уже на всех парах точно локомотив мчит нагруженная сумками Нина Сергеевна.
Вот кто не бросит свою боевую подругу так это она.
Они хоть и не особо общались, но столько лет работали вместе.
А это дорогого стоит.
Оставив Ирину Станиславовну на попечение нашей сердобольной технички, я решаю, что миссия моя на сегодня выполнена.
Выхожу на улицу и, поплотнее запахнув пальто, жмурюсь на прохладное мартовское солнце.
Красота какая! Неописуемая.
В кармане вибрирует телефон.
Губы невольно трогает улыбка, потому что это Максим.
– Привет, Оля. Что делаешь?
– Привет. Воздухом дышу.
– Очень хорошо. Есть предложение поужинать и выпить в приятной компании. Ты как?
– Я не против. А что за компания?
– Самойловы зовут нас в гости.
Я помню импозантного начальника Максима и его интеллигентную жену.
Хорошие, приятные в общении люди.
Почему бы и нет?
Тем более, что Максим просит.
– Хорошо. Во сколько ты приедешь.
– Часикам к семи.
До семи не так уж много времени, как может показаться. Особенно, когда ты много работаешь и дома появляешься лишь набегами.
На работу я приезжаю лишь только в обед. На маршрутке это не так быстро. Кое-как перекусив бутербродом из запасов Марго, вливаюсь в работу с детьми и заканчиваю только лишь к пяти вечера.
– Рит, доделаешь за меня?
– прошу девушку я, кивая на монитор компьютера.
– Конечно, - легко соглашается та, - Ты сегодня ночевать-то придешь?
– Не уверена.
– Фифи скоро тебя проклянет.
– Она не умеет, она просто пушистая кошка.
Рита слабо улыбается и сообщает:
– Оль, я в эти выходные поеду смотреть квартиру.
– Тебя никто не гонит, - напоминаю я.
– Не гонит, - соглашается она, - Но мне хочется уже свое личное жилье. У тебя хорошо, но все равно в гостях. Понимаешь?
Понимаю.
Я бы на ее месте поступила так же.
– Хорошо, но ты только дай ФИО хозяина. Мы пробьем через Нину Сергеевну, чтобы человек порядочный был.
– А она может пробить? По базе?
– недоверчиво косится девушка, - Родственники в полиции?
– Да нет же!
– посмеиваюсь я, - Сергеевна сама точно база. Она каждую собаку в нашем городе знает и предков ее до седьмого колена. Вот такая память у человека. Ну, все я побежала.
Опрометью несусь домой. Быстро принимаю контрастный душ и вытягиваю феном волосы, ибо на что-то более симпатичное у меня банально нет времени.
Легкий макияж в нюдовых тонах, и я замираю перед распахнутым шкафом, полным старого и бесполезного тряпья.
У меня на самом деле не так уж много одежды, в которой можно выйти в люди. Я на себе не экономлю, просто оно мне до недавнего времени было без надобности.
Скучная Ольга Николаевна, никогда раньше так часто не выходила «в люди»
У меня и есть лишь то короткое платье и джинсы с новым мягким свитером.
И поскольку мы идем не на вечеринку, а просто в гости, то я со вздохом выбираю джинсы. Надеюсь, у Самойловых дома не очень жарко. Свитер довольно плотный.