Чтение онлайн

Время уже переваливает за восемь вечера, когда мы уставшие и голодные подъезжаем к дому. В нем тихо, нигде не горит свет, никто, кроме вездесущего Бурана, не встречает - Маргарита на днях съехала.

Они с Максимом за моей спиной провернули тайную рокировку: Марго теперь снимает у Лидии Георгиевны ту самую часть дома, а Макс…переехал ко мне.

– Ты же меня не выгонишь?
– нагло скалится этот невозможный мужчина.

– Не выгоню, - вздыхаю и прижимаюсь к его плечу, - Просто за Ритку переживаю.

– Она девочка взрослая и самостоятельная, - резонно замечает Макс.

– А вдруг ее кто-то обидит?

– Не обидит. Так знаешь как Георгиевна бдит?! Это ей со мной не о чем было поговорить, а с Риткой они теперь заживут душа в душу. А ты перестань переживать. Лучше давай думать, что будем готовить на ужин и чем кормить твою капризную принцессу.

Перевожу взгляд на хмурую Даринку, что с недовольной миной следит за нашим перешептыванием.

Принцессу…да…ревнивую.

Тому, что Максим будет теперь жить с нами, Дарина не обрадовалась и вот уже пару дней молчаливо протестовала, отказываясь есть, что-либо кроме магазинных пельменей.

Такая себе еда для ребенка, которому прежде всего нужны натуральные витамины и кальций.

Но что поделать, если от всего остального отказывается.

Раньше можно было уговорить хоть на кашу и творог, а теперь принцесса обижается и дуется, волком смотрит на Макса и постоянно бурчит о том, что ее папа лучше.

С одной стороны, можно понять желание ребенка жить в полной семье.

А с другой, не все в этой жизни будет по ее указке. И чем быстрее маленькая манипуляторша это поймет, тем лучше же для нее.

Сегодня на кухне колдует Максим.

Он хорошо готовит.

С неясным щемящим чувством глядя на то, как он ловко чистит картошку и маринует куриные ножки, чтобы потом выложить в форму и поставить в духовку, я сажусь за стол и говорю:

– Знаешь, мне сегодня звонила Антонина Михайловна.

– М-м-м…и что она хотела?

– Ей пока еще тяжело говорить после инсульта, но насколько я поняла - она хочет увидеть Дарину.

Мужчина, отложив нож и картошку, поворачивается ко мне и, вопросительно изогнув брови, тянет:

– И-и-и-и?

– Отвезешь нас завтра к одиннадцати?
– мне под его взглядом отчего-то становится неловко.

– Ты забыла, что завтра нас Самойловы позвали на плов к часу?
– в голосе его сквозят раздраженные ноки.

– Нет, конечно. Мы там побудем совсем немного, а после поедем к Самойловым.

– А мне что это время делать? Ждать точно холоп вас в машине?

Поднимаюсь, подхожу к нему, обвиваю руками со спины и прижимаюсь щекой к теплому свитеру.

– Ну, пожалуйста, - прошу тихо и заискивающе, - Мы постараемся очень быстро.

Максим какое-то время недовольно сопит, а после все же сдается:

– Хорошо. Пока вы будете у бабки я в строительный магазин смотаюсь. Хотел к утеплителю присмотреться.

Дальше разговор сворачивает в тему стройки.

Вот о чем Макс может говорить воистину бесконечно!

В духовке печется курочка, на плите варится картошка, на коленях у меня довольно урчит Фифи, рядом за столом Дарина лепит из розового пластилина пони, а мы с Максом живо обсуждаем ход строительства его дома.

Все это так живо, по-домашнему.

Словно мы самая обычная семья.

Такого в этом доме давно не было.

С тех самых пор, как умерли мои папа и мама.

И дом ожил и я, вместе с ним ожила.

– Летом ударно потружусь, а к зиме, думаю, переедем, - говорит Максим с довольным видом.

– Хм, - сдвигаю брови я, - А как же мой дом? Он опустеет?

– Ты так говоришь, будто он живой и будет страдать от недостатка внимания, - со смешком замечает Макс.

– Быть может….

– Ты неисправима, Оля. Что за фантазии?

Молчу, думая о том, что Максим, возможно, прав и в новом доме нам будет удобнее, но сердце при этом болезненно ноет. Незаметно тру левую сторону груди и ласково глажу Фифи по мягкой шерсти.

Что толку думать о том, что еще не произошло?

Столько времени еще впереди…

На следующий день в наш единственный выходной, мы все встаем пораньше.

Я готовлю вкусный и полезный завтрак. Дарине овсяную кашу с фруктами, а нам с Максим яичницу с тостами.

Сегодня наша принцесса странно себя ведет.

Не просит пельмени.

Не вредничает.

С загадочным видом, лопает свою кашу, а потом заявляет мне:

– Не хочу туда ехать!

Последние недели у нее произошел резкий скачок по части развития речи. Это радует и немного пугает одновременно, потому что Дарина говорит все, что взбредет в голову. А мысли у нее не всегда радужные.

– Почему? Ты не хочешь увидеть бабушку?

– Он злой!
– ей еще трудно даются окончания слов, и она постоянно путает их.

– Не он, а она, - мягко поправляю я и добавляю, - А бабушка по тебе соскучилась. Она тебя очень любит.

Девочка дарит мне взгляд из серии «что-то я сомневаюсь»

– А давай мы оденем то красивое розовае платье. Ты в нем, как принцесса. Бабушке точно понравится. Вот увидишь!

Дарина какое-то время думает, а после соглашается.

Я подозреваю, что согласие ее связано не сколько с желанием увидеть бабушку, а покрасоваться в новом платье. В этом, конечно, нет ничего плохого. Платье и вправду очень красивое, а на улице сегодня очень теплая и солнечная погода.

После завтрака мы долго наряжаемся.

Я одеваю привычные джинсы с толстовкой, а вот Дарина долго крутится перед зеркалом, модничает. Я заплетаю ей красивые косы, прицепляю бантики.

– Я Пинки, - заключает Дарина и трогает на груди эмблему со своим любимым пони.

– Девочки, вы так еще долго?
– заглядывает в комнату, уставший нас ждать Макс.

– Одну минуточку!
– кричит ему Дарина, копируя любимую интонацию Марго.

У девочки сейчас новое развлечение. Она любит готовить фразами из мультиков, или копировать других людей. Необычно. Но у Дарины вообще ничего обычного не бывает.