Не магией единой
Шрифт:
– Бывал. Ладно, что это был за звон?
– Может, звенело у тебя в ушах?
– предположила я, мне меньше всего хотелось, чтобы он водрузил свой меч на прежнее место.
– Ложись, мы и так мало спали.
Шепча вполголоса какие-то странные слова, которых я никогда в жизни не слышала, Ник залез обратно под одеяло и повернулся ко мне спиной. Я поняла, что если прямо сейчас ничего не сделаю, он заснёт и проспит до утра.
– Ник, расскажи мне, почему ты считаешь, что убийца - магистр?
– Утром, - отказался он.
– Я заглядывала в будущее. Конечно, оно уже не будет таким, как я его увидела, но...
– Почему не будет?
Просто великолепно! Я втянула его в разговор. Теперь он никуда не денется.
– Как оно может остаться прежним, если я его увидела? Нужно ещё раз посмотреть, потом ещё раз...
– Пока не перестанет меняться, - догадался Ник, и почему-то обрадовался своей догадке.
– Метод итераций.
– Точно! А говорил, что в магии совсем не разбираешься.
– Это не магия, а математика.
– Математику используют везде, и в магии - тоже. Но я не всегда могу повторять транс. Сейчас - не смогла. Сил маловато. Я даже первую картинку не досмотрела. А там мы оба были пьяными...
– Глупости, Алиса. Я никогда не напиваюсь.
– А ты не очень-то и напился. Я - гораздо сильнее. Хотя выпила всего полбокала. Это оказалось не вино, а бренди, и я его не распознала, потому что никогда раньше не пробовала.
– И что?
– Теперь я предупреждена. Если и выпью там бренди, то уже не по ошибке.
– Там - это где?
– В королевском Дворце. Не знаю, зачем нас с тобой туда позвали.
– Это всё?
– нетерпеливо уточнил Ник, он явно очень хотел спать, но я не собиралась ему этого позволить.
– Нет. Самое главное - ты мне сказал... или скажешь, не знаю, как правильно выразиться. В общем, по твоим словам, мы уже сейчас знаем всё, чтобы раскрыть убийство.
– Сейчас - это во Дворце, где ты нас видела?
– Нет, сейчас - это сейчас. Эта самая ночь.
– Мы знаем, кто убийца?
– удивился Ник.
– Хотя нет, постой. Мы знаем достаточно, чтобы логически определить, кто убил. Верно?
– Да.
– Интересно. Если верить твоему видению, мы сейчас знаем, но всё равно не определим. Значит, можем со спокойной совестью спать до утра.
– Давай, всё-таки, попробуем. Почему убийца - магистр?
– Ну, давай, - смирился Ник, наверно, понял, что спать я ему всё равно не дам.
– Как, по-твоему, её убили?
– Кто-то влез к ней через окно, когда она спала. Сторожевого демона она не поставила, считала, что бояться ей нечего. Убийца всадил ей кинжал в спину, и ушёл так же, через окно. Всё.
– Алиса, в твоей версии нет ни начала, ни конца. Эльза убита школьным кинжалом, который лежал в кабинете вооружения. Убийца сначала как-то его раздобыл, а потом уже воспользовался.
– Сыщики допросили всех, снова под заклятием правдивости. Никто кинжала не брал.
– Глупости! Кинжал был там, а потом оказался в спине Эльзы. Кто-то его, да взял!
– Зачем? Кинжалы есть у всех. Да и убить её можно было и без кинжала. Думаешь, она была сильнее меня? А что я сделаю, если такой, как ты, схватит меня за горло?
– Ударишь своей мерзкой магией. Как тогда, когда сказал тебе правду. Что ты ещё ребёнок.
Я едва сдержалась, чтобы не ударить снова. После этого мы бы вряд ли продолжили разговор.
– Эльза спала. Её можно было сначала оглушить.
– Алиса, я согласен, что можно было. А можно было просто забить до смерти кулаками, раньше, чем она проснётся. Или не кулаками, а табуреткой. Но убили-то её кинжалом, и как же он попал в спину Эльзы, если его никто не брал из кабинета? Это ваше заклятие правдивости кто-то научился обходить, и теперь врёт сыщикам, сколько пожелает.
– В спину Эльзе его всадил убийца. А вот в её комнату принёс не он.
– Сама Эльза!
– догадался Ник.
– Молодец! Соображаешь. А я не допёр.
– Она, больше некому, - я даже удивилась, что мне настолько приятна похвала простолюдина.
– Он влез в окно, видит - кинжал. Вот им и воспользовался. А у него неплохое ночное зрение, он же не мог зажечь факел.
– А вот в этом ты ошиблась. Не мог он залезть в окно к спящей Эльзе. Ты своё окно открывала?
– Да.
– Ничего не заметила?
– Что я должна была заметить?
– Оно так скрипит, что мёртвого разбудит. Кстати, как Эльзы было с ночным зрением, не знаешь?
– Не знаю. Уж не хуже, чем у меня, это точно.
– Ты что, совсем не видишь в темноте? У тебя же глаза светятся, как у кошки.
– Светятся. Это я от папы унаследовала. А ночное зрение - нет. О силах Эльзы нужно спрашивать не у меня, а у Его Высочества. Только нам это знать необязательно.
– Почему?
– Ник, всё, что надо, мы уже знаем.
– Логично, если верить твоему видению будущего. В таком случае объясни, зачем Эльзе понадобилось приносить к себе в комнату школьный кинжал. У неё что, своего не было? Или это тоже знать необязательно?
Я честно попыталась что-то ответить. Даже несколько раз пыталась. Но глаза предательски слипались, и я ничего не смогла с ними поделать. Последнее, что я запомнила - Ник, заметив, что я засыпаю, уснул даже раньше меня.
***
Снилась мне кромешная тьма, но во сне я обладала ночным зрением, хоть и не очень сильным. Видела, что пол устлан шкурами, а на шкурах лежат некрасивый юноша и симпатичная, но уж очень молоденькая девушка, почти девочка. На вид - лет двенадцати от роду, но явная иностранка, а с чужаками всегда можно ошибиться.
Она смуглая, это я разглядела даже ночным зрением. У нас так не загорают даже крестьянки южных провинций, хоть они и проводят на солнце всю жизнь. А ещё у этой девушки была очень странная причёска. Я, как и мама, иногда увязываю волосы в хвост, знаю женщин, которые делают два хвоста, а у этой - никак не меньше десяти. Никогда такого не видела. Слова она произносила с ужасным акцентом, а в конце вообще перешла на чужой язык. Юноша говорил почти по-нашему, но вся его речь казалась какой-то древней, давно устаревшей. Да и у неё тоже, просто из-за акцента я поначалу не обратила внимания.