Чтение онлайн

– Так хочется угостить меня огнём?

– У меня больше нет магической энергии, - сделав честные глаза, соврала я.
– Всю потратила.

Глаза Ника затуманились, он протянул руку ко мне и взял за локоть. От его прикосновения меня будто электронами ударило. Кровь прилила куда надо и куда не надо, мышцы напряглись, грудь расправилась, и я повернулась в его сторону, готовая по первому знаку спрыгнуть с коня прямо в эту речную грязь, мне было безразлично, куда, лишь бы с ним.

Увы, повернулась я неловко, наверно, коленом слегка придавила бок коня. А коню уже давно надоело топтаться в этой грязи, так что он с удовольствием послушался этого ошибочного приказа, и бросился обратно в реку. Недоумевающий Ник послал свою лошадь следом, а что ему ещё оставалось делать?

***

Примерно через час мы добрались до брода. Или до моста, они рядом, всего в десяти шагах друг от друга. В нашем королевстве так издавна делают, ещё со времён до Весёлого Короля. Кто не хочет мокнуть - платит и проезжает по мосту, кому жалко денег - едет через брод. Очень удобно - и казна пополняется, и недовольство подданных не растёт, ведь платить никого не заставляют.

Долго думать об экономике и налоговой политике мне не дали. Едва мы выехали на берег, к нам тут же подбежало множество людей. Здесь нас ждали моя мама с отрядом королевской стражи, и родители Ника, тоже с охраной из посольских стражников. Его маму я узнала сразу, хотя никогда раньше её не видела, да и по рассказам Ника представляла её иначе. Это была красивая зрелая женщина с волевым лицом и ухоженными руками, мне трудно было представить, что этими руками она пекла пирожки сыну в дорогу.

Спешившись, Ник с трудом дошёл до какого-то наёмного самолёта, очень уж хромал, ему даже помогал один из посольских стражников. На самолёте он даже не лёг, а рухнул. Я тоже спешилась и подбежала к нему. Поздоровалась с торговым атташе Иного мира, представилась его жене, матери Ника, если правильно запомнила, атташе по науке. Ник пообещал, что при первой возможности со мной свяжется, на прощание я поцеловала его в губы, и самолёт тут же улетел. Скомканным получилось прощание, я так много хотела ему сказать, но не успела.

Мама потребовала, чтобы я немедленно переоделась в сухое, запасное платье она привезла. Вряд ли она боялась, что я в такую жару после купания в тёплой воде слягу с простудой - мы, владеющие энергией огненной стихии, если и мёрзнем, то уж точно не жарким летом. Думаю, ей было стыдно за мой неприличный вид. Спорить я не стала, отошла в лес и сменила одежду. Запасную обувь она, к сожалению, не прихватила.

Пока переодевалась, моя лошадка и конь Ника куда-то исчезли. Мама сказала, что специальные люди отведут их по конюшням. Я не стала спрашивать, откуда эти специальные люди здесь взялись, тем более, у неё на лице было ясно написано нежелание отвечать ни на какие вопросы.

Мы уселись на самолёт с символикой стражи, и лётчица, бесцветная и ко всему безразличная женщина лет сорока, взяла курс на наш родовой замок. Мама задумчиво смотрела куда-то вдаль, причём наверняка думала о чём-то плохом. А я толком ни о чём думать не могла - на самолётах меня укачивает, какие уж тут размышления? Может, когда-нибудь привыкну, но пока мне в полёте очень плохо.

Приземлились мы во внутреннем дворе замка, возле самой входной двери. Папа и братья нас встретили, но никто ни о чём не спросил. Только самый младший тихо сказал "Алиса совсем зелёная", да я и без него знала, что выгляжу ужасно. Конечно же, от ужина я категорически отказалась, и сразу пошла спать. Правда, перед сном всё же заставила себя принять душ. После всего, что произошло за день, ожидала ночных кошмаров, но уснула мгновенно и спала крепко, совсем без сновидений.

***

Проснулась я из-за диких воплей сторожевого демона. Я даже не помнила, как его заклинала, да и трудно понять, зачем я это сделала, ведь в родном замке мне бояться нечего. Но от воплей всё равно вскочила с уже горящим шаром в правой руке. И тут же его погасила - демон поднял тревогу из-за мамы. Что ж, она зашла меня разбудить, и ей это прекрасно удалось. Демон, увидев, что я проснулась, сразу же замолчал.

Часы показывали четыре, за окнами уже рассвело, но я не понимала, зачем вставать в такую рань. Конечно же, спросила об этом у мамы, и не очень вежливо. Я на неё обиделась ещё вчера, и обида не угасла.

– Мы едем во Дворец, - пояснила она.
– Собирайся, и побыстрее.

– Но почему так рано?

– У тебя будет возможность высказать все претензии лично Его Величеству. Твой дружок, лорд Николас, тоже там будет.

– Почему ты называешь его лордом?

– Может, потому, что он лорд?

– Но он же простолюдин!

– Повторяю: он тоже будет на аудиенции. Спросишь у него. Собирайся, не теряй времени. Вот одежда и обувь, я принесла.

Я глянула на туфли. Самые обычные летние, с открытой пяткой, как у сандалий. Вспомнила своё видение - я и Ник перед аудиенцией. Тогда на мне были совсем другие туфли. Не обратила внимания, какие, в памяти отложилось только, что очень неудобные. Рассказала об этом маме, и она, к удивлению, отлично меня поняла. Она вышла на пару минут, и вернулась с парой туфель, точь-в-точь таких, какие были на секретарше посольства Иного мира.

– Купила себе, но носить не смогла, - сказала она.
– У тебя почти тот же размер, примерь.

Туфли оказались как раз по ноге, но стоило мне сделать шаг, как я тотчас же споткнулась и упала бы, если бы не успела применить левитацию.

– Что это такое?
– беспомощно спросила я.

– Каблуки, - пояснила мама.
– В Ином мире такое многие носят. Даже мужчины.

– Но зачем?

– Насколько я поняла, мужчины ими давят змей. Или раньше давили, змей больше нет, а каблуки остались. А у женщин это считается красивым.

– Неестественное красивым быть не может!

– Почему? Мы носим перстни и серьги, это неестественно, но... В конце концов, Алиса, ты собираешься одеваться?

Я быстро приняла душ, надела платье и туфли, которые принесла мама, и отыскала запасной пояс с оружием - мечом и кинжалом. Тот, что я носила раньше, остался на дне реки, а по многовековой традиции благородные подданные всегда приходят к королю вооружёнными, даже дети и женщины.

Моя лошадка уже стояла в замковой конюшне, но она, по словам конюха, здорово устала, и её день-два лучше не трогать. Другую лошадь я взять не решилась, в мужском седле могу ездить на какой угодно, в женском - только на своей, а в таком платье о мужском седле нечего и думать. Так что мы с мамой поехали каретой.

– Зачем Его Величество нас позвал?
– спросила я, едва мы устроились на задней скамье.
– Неужели хочет выслушать наш доклад о расследовании?

– И это тоже. Только не доклад, а доклады. Он хочет, чтобы каждый отчитался отдельно.

– Ты и я? Но зачем?

– Ты, я, твой папа, лорд Николас и тот человек из Тайной канцелярии, который не пожелал назвать мне своего имени. Может, будет ещё кто-то. Если что, тех, кого не пригласили, можно спросить через электронный шар. А зачем - это обращайся к Его Величеству.

– Папа тоже? Он же не государственный служащий!

– Все вопросы задашь королю.

– А почему папа не поехал с нами? Я знаю, что он не любит карет, но случай-то необычный.

– Ещё какой необычный. Ты даже не представляешь, насколько. Но твой отец после кареты чувствует себя ещё хуже, чем ты после самолёта. Так что поехал верхом.

– Мама, ты не врёшь, но всё время что-то не договариваешь.

– Не договариваю, - мама отвела глаза.
– Очень уж неприятная вещь.

– Я вижу, что ты расстроена.