(Не)нужный ребёнок для мага
Шрифт:
Опускаю взгляд. На костяшках алела пара глубоких царапин.
— Простите, — виновато опускает ресницы Марсэль, нервно перебирая складки своего платья.
Делаю тяжёлый выдох, поворачиваюсь к шкафу, быстро нахожу нужное средство. Беру антисептик и присаживаюсь на край стола. Марсэль молча наблюдает за мной, кажется, перестав дышать, но по-прежнему не решается приблизиться. Отрываю бинт, смачиваю и протираю раны. Совсем незначительные, но как врач обязан это сделать.
— Давайте я помогу, — делает было шаг.
— Не думаю, что это хорошая затея. Иначе нам придётся продолжить.
Марсэль застывает на месте, понимая вполне красноречивый намёк.
— Простите, я не хотела…
— Не извиняйтесь. Вы напуганы, магия действует на вас жёстко. К тому же вы не готовы к этому. Отсюда излишняя тревожность, — даже не буду говорить всю правду, что для её срока магия не должна так бурно проявляться, и это ещё один повод, по которому стоит волноваться всерьёз. — Вы принимаете те лекарства, которые я вам прописал?
— Да, — кивает, всё ещё чувствуя неловкость, смотря на мою руку.
Обработав рану, закрываю пузырёк.
— От излишек магии вы избавились, но до поры. И сейчас послушайте, что я скажу, мисс Линкарн, — называть её так было гораздо приятнее. — Если вы решите всё оставить как есть, то рано или поздно ваш муж догадается обо всём, — я морщусь, в груди распирает рёбра от одной мысли, что он будет крутиться возле неё и, хуже всего — ложиться в одну постель. — Это первый момент, — пытаюсь не отвлекаться на раздражающие мысли. — Второе, вам всё равно придется обратится к доктору.
Марсэль опускает взгляд и хмурится, обдумывая мои слова.
— Я понимаю, о чём вы говорите… Но как я могу это сделать? Я стану мишенью для порицания и презрения! Моя репутация будет растоптана.
— Вам не стоит об этом беспокоиться.
— Как? — вскидывает затравленный взгляд.
Я поднимаюсь со своего места, приближаюсь к ней.
— О вас никто ничего дурного не скажет, обещаю. Позвольте принять этот удар на себя, — потираю подбородок и держу себя в руках. — Я уведу вас из-под носа вашего мужа. Вы всего лишь будете жертвой обстоятельств.
Синие глаза округляются, а губы раскрываются в ошеломлении, глубокое сомнение выплескивается во всё ещё немного затуманенном взгляде.
— Но зачем вам идти на такой риск?
— А вы не поняли разве? — усмехаюсь с долей горечи. — Вы меня зацепили.
Марсэль несколько секунд осмысливает сказанное, а потом резко отворачивается, обнимает себя за плечи. Но я даю ей время решиться, хотя всё уже решено, и пусть она пока не знает, что будет моей в любом случае.
Марсэль
Я разворачиваюсь, прижав ладонь к своей груди, унимая бешеное сердцебиение. Взгляд Кадана остро сосредоточен на мне, а скулы окаменели. Всё, что он говорил, было важно для него, эмоции свидетельствовали об этом.
— Но если Деслер потребует с меня компенсацию и… захочет забрать… ребёнка. Он уже угрожал мне… — произношу и осекаюсь.
Мужчина удивленно приподнимает бровь.
— Расскажите подробнее, — просит.
Говорить об этом трудно — это позор для любой женщины, когда собственный муж принимает тебя за вещь, относится как к предмету в доме и держит для собственной потребности.
— В ту ночь, когда мы встретились с вами, я застала мужа в постели с другой. Деслер изменяет мне. И уже давно. Я сказала ему, что не буду этого терпеть и уйду. Но он пригрозил, пообещав, что я пожалею об этом, — признаюсь, безумно волнуясь, что на это скажет он.
Кадан сжал челюсти, а во взгляде появилась прохлада, будто его разозлило что-то, но черты тут же смягчились.
— Если бы он не изменил, мы бы никогда не встретились, мисс.
— Здесь нечему радоваться, мистер Раннэр.
— Да, конечно, — сдерживает ухмылку. — Насчёт компенсации, о которой твердит он, не стоит беспокоиться. И на ребёнка он не сможет предъявить права, есть все доказательства, что Деслер Веньер не может иметь детей.
Беспокойно потираю шею. Внутри зародилась надежда, словно тёплый лучик света, что робко пробился через толщу туч. Может, всё действительно не так страшно, и Деслер просто решил напугать меня до белого каления, чтобы я сидела на месте и слушалась его? И, стыдно признать, у него это почти получилось! Кадан развеял мрак. Признаться, он из тех мужчин, кому хотелось довериться, несмотря на то, что наша встреча была мимолётной. Встреча, которую я до сих пор не могу забыть.
Пока я раздумывала, Кадан что-то решил.
— Что мне нужно сделать, господин Раннэр? — наверное, я сошла с ума, ощущение, что я шагаю в пропасть, в бушующее море, раз соглашаюсь на авантюру. Выходить замуж за Веньера стало моей роковой ошибкой.
— От вас мне нужно всего лишь согласие.
Мужчина приближается, смотрит свысока проницательно. Золото в глазах слегка потускнело, и я не могу не отметить, что обычный цвет радужек мужчины — серые, как грифель карандаша. И как мне отгородиться от этой сокрушающей притягательности, если сделаю шаг навстречу? Уродился же он таким безупречным на мою голову!
— Вы согласны?
Я киваю.
— Только... — не могу успокоиться. — Вы готовы пойти на большие неприятности, чем я, лишь из-за одной встречи, мистер Раннэр?
Взгляд лекаря вспыхнул, Кадан нахмурился, кажется, слегка обидевшись на мои слова. Но мне нужно прощупать почву, на которой я окажусь, буду я стоять на двух ногах или балансировать на краю пропасти. Хотя, судя по тому трепету, что вызывает во мне этот мужчина, скорее — второе.
— Перестаньте сомневаться. Такое бывает, что даже одна встреча может изменить всё. Разве я похож на человека, который гоняется за инцидентами?
Мои губы дрогнули в улыбке, прикусываю их, сдерживаясь. Да, он совсем не похож на повесу и легкомысленного молодого мужчину.
— Я предельно открыт и честен перед вами. И не скрываю того, что меня влечёт к вам с самой первой встречи… И я... хочу быть рядом. Чтобы вы были рядом со мной всегда.
Молчание затянулось на пару секунд.
— Хорошо, — выдыхает он, — раз мы нашли понимание, давайте сделаем вот как, — он неожиданно обхватывает мои плечи и поворачивает к себе, заставляя смотреть на него. — Вы вернетесь сейчас домой, — при этих словах его зубы заметно скрипнули. — Постараетесь не сближаться со своим супругом. Я сам всё решу.