Чтение онлайн

Время шло. Оливия совсем превратилась в белое полотно, но она достойно держится. Я не ошибся в ней. Кто же мог это всё устроить? Неспроста. И тут меня осеняет. Отец... Грудь обжигает злостью. Ну конечно, это он. Решил проучить меня. Заставить передумать. Нет, он не мог так со мной поступить. Или мог?

Сжимаю кулаки, чувствуя, как горечь разочарования душит.

Голдсман наконец заканчивает изучение и возвращается к столу. Кладёт бумаги на стол, но будто случайно они выскальзывают из его рук. Белые листы хаотично покрывают пол. Мужчина нарочито виновато приподнимает брови, но, конечно, он сделал это специально. Оливия тут же бросается их подбирать, не позволив запачкать их сапогами.

— Что ж, господин Раннэр, сейчас вы подпишете документ о невыезде из Ондернора до результатов проверки.

Прячу руки в карманы брюк, понимая, что ладони зудят размять их.

Голдсман отступает…

Пришлось ждать ещё полчаса, пока документ был составлен и я смог поставить подпись. Законоправники ещё несколько минут крутятся в лаборатории, рассматривают стеллажи с мензурками и наконец покидают помещение.

— Что теперь будет? — задаёт вопрос Оливия, прижимая папку к груди, провожая взглядом форменный конвой.

Я напряжённо щурю взгляд.

— Ничего. Кто-то просто решил пощекотать мои нервы. И, кажется, я догадываюсь кто…

Марсэль

Время тянулось бесконечно медленно. Ожидать не было сил. Я то и дело поглядывала на входную дверь — желая увидеть законников. Удерживаю себя на месте, чтобы не усложнять и так накалившуюся обстановку.

Наблюдаю, как снежинки кружатся в воздухе за стеклом. Ещё утром сияло солнце, а сейчас небо затянулось плотным полотном облаков.

Я встрепенулась. Наконец на пороге показался первый законоправник, за ним другой. Всей гурьбой они вышли на улицу, топча снег сапогами. Мужские голоса доносились сквозь стёкла едва слышным гулом. Они что-то обсуждали, задирали головы, рассматривая здание, а потом направились к машинам, погружаясь в салоны. И как только они покинули территорию лаборатории, я взялась за ручку двери, торопясь выйти.

В помещение оказалось тепло, стойко пахло лекарствами и разными веществами. Прохожу пустой коридор, цокая каблуками по паркету, одна из двустворчатых дверей открыта. Оттуда слышались голоса.

— На сегодня для тебя рабочий день закончился, Оливия, — слышу голос Кадана и задерживаюсь на полушаге.

Оливия? Кто такая Оливия?

Женский нежный смешок отдаётся эхом, заставляя всё моё тело насторожиться.

— Вы уверены, мистер Раннэр? Здесь такой бардак…

— Мне нужно самому всё проверить, но уже завтра.

Я выдыхаю, в голосе Кадана слышится твёрдый будничный тон, и ни нотки на флирт. Боже, неужели теперь я буду ревновать к каждой женщине, которая заговорит с ним?

Шагаю в двери, привлекая к себе внимание. Та самая Оливия стояла напротив Кадана с какой-то зелёной папкой в руках. Совсем молоденькая, худенькая, с ярко-зелёными глазами, с пучком светлых волос на затылке и в белом халате, который придавал ей долю солидности. Она разглядывала меня пару секунд и изумлённо приподняла брови, но тут же опомнилась.

— Хорошо, мистер Кадан, я тогда пойду, — тихо бормочет девушка и покидает своё место, проскальзывает мимо меня ласточкой, вылетая в дверной проём.

Я смотрю ей вслед, как развеваются полы халата на ходу под быстрой гибкой походкой.

— Ты меня опять не смогла дождаться, — вкрадчивый голос Кадана звучит рядом.

Пока я следила за Оливией, Раннэр приблизился. Он смотрит на меня насмешливым взглядом, поправляет ворот моего пальто, подхватывает локон, пропускает через пальцы..

— Это моя помощница, она давно у меня работает, — произносит он, будто читая мои мысли.

— Что они сказали? — облизываю губы, чувствуя пряный вкус его аромата на языке.

— Взяли вещества на экспертизу. Я подписал документ о невыезде, теперь ждать, когда всё уляжется.

Облегченно выдыхаю и замираю, когда Кадан склоняется ко мне. Его горячие губы легонько касаются моего виска, он жадно втягивает в себя воздух и выдыхает с шелестом.

— Потрясающе пахнешь…

Прикрываю веки, чувствуя приятную слабость в коленях. Мне так хочется его обнять, прильнуть к сильному телу, прижаться к груди и слушать биение его сердца, я едва этого не делаю, но из коридора слышится быстрый стук каблучков.

— Мистер Раннэр! — громко роняет Оливия, шаг девушки сбивается, когда она видит нас в деликатной близости. — Простите, — извиняется и краснеет девушка.

Я чуть отстраняюсь. Кадан продолжает улыбаться, кажется, ему приносит удовольствие наблюдать за мной, когда я оказываюсь в неловком положении.

— Что у тебя, Оливия? — с усилием переключается на помощницу.

— Вот, смотрите, что я нашла, — волнительно протягивает она какой-то конверт.

Кадан берёт его, настороженно смотрит.

— Где ты его нашла?

— Среди корреспонденции. Решила перебрать, чтобы не оставлять на завтра, — нетерпеливо переступает с ноги на ногу.

— Что это? — становлюсь рядом, чтобы прочесть.

В груди леденеет, когда читаю инициалы. Кадан раскрывает конверт и извлекает свернутый вдвое лист. И им оказалась… лекарская выписка, та, которую составил для меня Кадан в доме Веньера. И на ней надпись — “берегите себя”.

Он нашёл её и… — я сглатываю, — знает, что я… беременна.

Но… зачем он прислал это сюда?

— Это всё же он, — сминает лист Кадан.

Я моргаю и встряхиваю головой, ничего не понимая, но следом всё складывается. Деслер, он всё устроил!

Оливия, что стояла в ожидании, смотрела то на меня, то на Раннэра. Видимо, она не читает газет, и ей не знакомо это имя. Деслер Веньер — мой муж.

Кадан Раннэр

Поворачиваю автомобиль налево. До Бродвера оставалось недолго. Марсэль была сама не своя. Волновалась, что Деслер знает о её беременности. И вообще всё понял, что отец ребёнка вовсе не он. От этого и взбесился, решив мне таким образом насолить. Но он и тут просчитался — у меня тоже есть связи. И если думает, что может натравить на меня своих марионеток, то ошибается.