Не оглядывайся назад
Шрифт:
– Если ты сейчас же не выключишь эту песню, то будешь валяться на соседней койке с разбитым лицом и сотрясением от удара тем, что играет эту песню, что бы это не было.
– Ты ударишь меня по голове айподом? Как приятно, что ты и твоё остроумие снова с нами.
– Проворчал Ник, отойдя от моей кровати, как я надеялась, чтобы выключить эту песню. И ура, песня замолкла! Но не на долго, на её место пришла песня "Глаз тигра" группы АС/DC, но это уже не так страшно, к старому доброму року я уже привыкла за время, проведенной с Беном.
– Боже, Ник, повзрослей уже.
– Простонала я.
– Когда приходят к больному, ему приносят яблоки и цветы, а не устраивают пытку музыкой. Кстати, не откажусь от яблок.
– Ты сказала выключить эту песню, а не плеер вообще. И музыка - это компромисс.
– Довольно отозвался Ник, садясь в кресло в паре шагов от моей кровати.
Я приподнялась и села, не забыв проверить, что на мне есть одежда в виде больничной ночнушки с короткими рукавами.
– Ты о чем?
– Ну, когда ты уже была в безопасности и не умирала от яда наги, мы с Генри очень на тебя разозлились, особенно Генри. Но я быстро остыл, такой уж я славный малый.
– Он обворожительно мне улыбнулся, но я никак на это не отреагировала, что по моему его огорчило.
– В общем, когда я узнал, что ты скоро придешь в себя, я решил сделать тебе приятное, но Генри сказал, что за свои выходки ты заслуживаешь наказания. Поэтому я нашел компромисс в виде музыки! Ведь кто не любит музыку? И если она тебе понравится, то я сделаю тебе приятное, если нет, то это будет твоим наказанием. Ну, что скажешь?
– Э-э... Напомни-ка мне сколько тебе лет?
– С сарказмом спросила я.
– Не слишком стар для тебя.
– Он опять мне улыбнулся и подмигнул.
– Поправка. Ты слишком молод для меня. Так что повторюсь, повзрослей уже Ник.
– Но ведь моя гипотеза сработала!
– Обиженно возмутился Ник.
Я закатила глаза и собиралась ответить, но он меня опередил.
– Как только ты проснулась, сказала, чтобы я выключил песню, значит, это наказание.
– Он самодовольно хмыкнул и откинулся на спинку кресла, копаясь в айподе и выбирая следующую песню.
Я не стала отвечать, вместо этого, я вытащила из-за спины одну из подушек и швырнула в него. Ник не успел поймать её или увернуться, а его кресло было недалеко от кровати, поэтому прямое попадание подушкой прямо ему в лицо было гарантированно. И это было забавно. Он выпучил глаза и перевел свой взгляд от подушки на меня.
– Боже, женщина, ты не предсказуема.
Выражение его лица и тон его голоса только еще сильнее подзадорили меня, поэтому я не удержалась и рассмеялась в голос. И не заметила, как Ник вернул мне мою подушку. Ага, вернул тем же способом, что и я ему, прямо в лицо. Это было настолько неожиданно, что от удара подушкой я снова приняла лежачее положение, она была действительно тяжелая. Сбросив со своего лица подушку и опять сев, я с возмущением смотрела, на заливающегося смехом Ника.
– Хватит смеяться!
– Сердито сказала я ему.
– Это не было так смешно.
– О, ошибаешься! Это было действительно смешно! Думаю, если бы ты даже стояла, то от удара этой смертоносной подушкой тот час бы повалилась на землю.
От насмешки в его голосе я стала сердиться ещё больше, поэтому я подняла с пола подушку и опять швырнула в него. Но вот горе-то, на этот раз он её поймал.
– Ты думала это прокатит и во второй раз? И кто у нас теперь ведет себя, как обиженный ребенок?
– Все еще улыбаясь, лукаво спросил Ник.
– Я не обиделась.
– пробубнила я, но улыбка невольно растянулась на моих губах.
Ник встал с кресла и подошел ко мне, чтобы вернуть подушку на её законное место.
– Вот видишь, иногда нет ничего страшного в том, чтобы вести себя по детски, если это делает тебя счастливой.
– Прошептал он мне на ухо и задержал не на долго свой взгляд, тем самым немного смутив меня.
– Что?
– Просто до этого момента я не разу не слышал, как ты смеёшься. Проклятье, да я даже не видел твоей настоящей улыбки.
– Он покачал головой и пошел к двери.
– Почему тебя это волнует?
– Не удержалась я от вопроса.
Он остановился у двери, держась за ручку и повернулся ко мне.
– Ты мне нравишься.
– Пожал он плечами и подмигнув на последок, вышел за дверь, оставив оторопелую меня просто пялиться на закрытую дверь. Я ему нравлюсь? Какого черта?! Я покачала головой и только сейчас заметила, что он оставил свой айпод и из него лилась неизвестная мне песня о горячей девушке с пистолетом, которая застрелила своего бывшего бойфренда и его суку. Я не удивлена, что в его айподе есть подобные песни и я не удивлюсь, если он включил её специально перед уходом. Нет, все таки этому парню кто-то должен устроить небольшое сотрясение, может тогда у него все мозги встанут на место.
***
Я стояла и оглядывалась по сторонам в надежде, что моя одежда чудесным образом материализуется из ни от куда. Увы, но чудеса так просто не случаются. В это время дверь открылась и в комнату быстрым и уверенным шагом вошла Наталья, неся в руках вещи. Или случаются.
– Ты можешь лежать спокойно только под наркозом?
– Наталья с осуждением посмотрела на меня и положила вещи на кровать.
– Апокалипсис не случится, если ты немного полежишь и отдохнёшь, Кира.
– Не могу так долго лежать и ничего не делать.
– Вздохнула я.
– Можешь, просто не хочешь.
– Улыбнулась она мне.
– Во всяком случае тебе повезло, Ник во время смог нейтрализовать действие яда, иначе тебя бы уже здесь не было.
– Постой, Ник? Как Ник смог это сделать?
– Ммм... Думаю, будет лучше, если он сам это тебе расскажет. А сейчас я подожду пока ты переоденешься и проведу тебя кое-куда.
– Сказав это, она вышла из комнаты, оставив меня на едене с моими вопросами.
Как Нику удалось нейтрализовать яд?! Он не целитель, я бы это заметила. Тогда кто же черт подери? Боже, как я ненавижу вопросы, ответы на которые я не знаю.
Одевшись в те же самые джинсы, но уже в другую футболку, я вышла за дверь, где меня поджидала Наталья.
– Я вижу, ты не тратишь много времени на приведение себя в порядок.
– Заметила она, когда мы шли к тому же самому лифту, к которому в прошлый раз меня вёл Генри.
– Что сказать, я просто не вижу смысла в этом сейчас. Расскажи мне лучше о здании. Это ваше логово, да? Как у Бэтмена?
– С озорством спросила я.
– Нет, как видишь это здание не похоже на пещеру, но да, это наш главный центр. Мы сейчас на четвертом этаже, весь этаж отдан на больничное крыло.
– У вас бывает так много пострадавших? Что-то я не замечала других пациентов кроме меня.
– Раньше у нас были сложные времена, тогда нам было необходимо много больничных коек.
– Она остановилась у лифта и нажала на кнопку с номером три.
– Сейчас же всё в относительном порядке.
– То есть?
– Спросила я, заходя в лифт за Натальей.
– То есть теперь здесь не бывает больше трёх пациентов, но всё же они бывают.
– Хорошо, а что на третьем этаже?
– Наиболее желаемое для тебя сейчас место.
– Улыбнулась она и выходя из лифта, обернулась.
– Кафетерий.