Чтение онлайн

«Это не дар, моя милая, а проклятье…».

— Впрочем, не бери в голову, — махнув рукой, бросила она. — Мне всего-навсего некому высказаться. Сёстры абсолютно спокойны относятся к тому, что ничего не помнят, а мама вечно уходит от темы.

— Я, — тихо начал Стеф, осторожно касаясь её предплечья. — Всегда готов выслушать и разделить с тобой любое бремя.

Бэла пристально посмотрела ему в глаза, будто проверяя истинность его слов и отдёрнула, как если бы обожглась, свою руку.

— Пойдём, — спокойно приказала ведьма. — Тут недалеко осталось.

И стремительно направилась вперёд. Стефу опять нагнать её не составило никакого труда; и вышагивали они уже бок о бок.

— А что насчёт твоей семьи? — неожиданно начала она, почувствовав его приближение.

— Моей? — удивился брюнет её заинтересованностью.

— Твоей, — подтвердила блондинка. — Я принялась обворовать собственную мать ради людей, о которых ничего не знаю. Это ли не глупость?

— Ха, пожалуй, — прыснул он. — Но у меня не столь интересная семья, как у тебя: только я да отец. Мать умерла от пневмонии, когда мне было десять. С её смертью жизнь стала тяжелее, конечно, но чего ворошить прошлое, так ведь?

Бэла кивнула.

— Мама несомненно была самым восхитительным человеком, если ты действительно хочешь это знать. — он тяжко вздохнул. Мирела…и всё, что я помню о ней — обожала ирисы, читать иностранную литературу, восхваляла венгерскую кухню; у неё были светлые волосы и голубые глаза. А ещё чистоту её души…такая добрая, спокойная. Мой отец не заслуживал мою мать, но они прекрасно дополняли друг друга: один был неимоверно жесток и угрюм, а вторая милосердна и жизнерадостна. Кончина мамы заметно отразилась на нём. Тяжело терять человека, который смог полюбить черноту твоего сердца.

Девушка невольно вздрогнула, когда последние слова сорвались с его уст. Но не придала никакого виду.

— И единственная частичка Мирелы, которая у него осталась — тоже считается мёртвой. С месяц. Вероятно, ему сейчас чертовски нелегко, потому-то и захотел сделать с этим хоть что-то.

— А способны ли помочь деньги в такой ситуации?

— Не думаю. Но это лучше, чем ничего.

И она вновь с ним согласилась. Молодой человек не совсем понимал, какой был толк от этого разговора, но заметил, как решимость блондинки резко возросла.

Беловолосая девушка не обманула. До первых признаков некой цивилизации оставалось пройти совсем чуть-чуть; и на горизонте показался старенький одинокой домик, рядом с которым грозно возвышалась крепость замка. Где-то снизу бурлила река, а внезапно усилившийся ветер стучал в окна, завываниями разносясь по всем окрестностям, достигая Карпатских гор и возвращаясь обратно гулким эхом. Вдали, за деревьями, залаяли дикие собаки; и стало чрезмерно шумно для абсолютно безлюдного места, отчего по спине поползли мурашки.

— Мы пришли. — нежный голос Бэла тут же успокоил и страх мгновенно отступил.

— Ты уже была здесь?

— Единожды. Каким-то летом мы с Кассандрой решили покинуть пределы дома и погулять по лесу. Но дорогу запомнила настолько хорошо, что могло показаться, будто бываю здесь гораздо чаще, да?

— Угу. — Стефан глядел на большие врата в стене по левую сторону от ветхого домика. — Нам туда?

— Нет! — испуганно воскликнула ведьма и повернула голову парня вправо, взяв его за подбородок. — Во-о-т туда.

И взору предстал перекинутый через реку большой мост, каменные полуразрушенные небольшие ступени, ведущие выше, и массивные двойные двери, скрывающие за собой фамильные сокровища рода Димитреску.

— А там что? — полюбопытствовал он, пытаясь повернуть голову назад. Однако, хватка у колдуньи всё ещё оставалась цепкой.

— Ничего, — резко бросила та. — Просто старая часть замка. Не обращай внимания. — она выпустила лицо брюнета и двинулась к мосту. — Поторопись.

Он ещё какое-то время, наперекор ей, поглазел на "неинтересные" врата и направился следом. Что такого находится за ними, если его любопытство вызвало у неё такую реакцию? «Очередная загадка этого дьявольского места».

Парочка перешла старый, но, на удивление, надёжный мост из твёрдой древесины над шумной глубокой рекой и остановилась возле входа в сокровищницу. Бэла ладонями надавила на её тяжёлые двери, вследствие чего они с противным скрежетом приоткрылись. Проржавевшие петли издавали неприятный скрипящий звук, заставляя стиснуть челюсть, но колдуньи не было до этого никакого дела; она, совершенно не задерживаясь, протиснулась в приоткрытую щелку и исчезла за не до конца отворившимися массивными плитами. Стефану же идти туда не сильно-то и хотелось: почему-то возникало чувство, что за ними кто-то наблюдает, и Госпожа обязательно узнает об этом. В конце концов, кому известно, — кроме неё самой — на что ещё способна эта ведьма. Но жуткий волчий вой, раздавшийся где-то неподалёку, избавил от всяких сомнений и желание оказаться внутри за безопасными дверьми одержало победу. Перед тем как скрыться в сокровищнице, молодого человека напугал треск ветки и возвещённое карканье ворона, взлетающего с одинокой облысевшей липы. За этот месяц, прожитый в чудовищном замке, брюнет заметил, как начал пугаться абсолютно любого шороха. Проводив взглядом улетающую прочь за горы чёрную, сливающуюся с сумраком наступающего утра, большую птицу, он встряхнулся, что-то пробубнил себе под нос и не стал более задерживаться снаружи.

Зайдя в неприветливое здание, освещённое жёлтыми языками пламени, исходящих из множеств факелов на стене, парень увидел Бэлу, носящуюся из одной части помещения в другую, держа в руке горящую толстую палку. Она то показывалась его глазам, то вновь пропадал из виду; и молодой человек успел хорошенько осмотреть сокровищницу: название этого древнего хранилища было слишком громким, ведь в комнате не присутствовало ни намёка на то, что здесь находится кладезь родовых ценностей, передающихся из поколения в поколение. И это, по всей видимости, разочаровало не только его. Девушка нервно бегала туда-сюда и гневно дышала.

— Вот же отребья! — выругалась она. — Всё растащили! Для чего вообще здесь нужен сторож?!

И по новой скрылась в правой части помещения. Не успел брюнет что-либо сказать, как центральная дверь с грохотом и лязгом самостоятельно распахнулась, приглашая его зайти в новую комнату с единственным столом по середине. Он неуверенно сделал шаг вперёд, и блондинка появилась в поле зрения.

— Посмотрим, что есть там.

Она бросила почти догоревшую палку в чашу с огнём, прикованную цепями к потолку, и устремилась в открывшуюся часть сокровищницы, подзывая парня за собой. Стоило им только перейти порог, как Бэла остолбенела, бросив взгляд на стол, располагавший на себе фарфоровые вазы со свежими в них цветами, винные металлические бокалы и золотую большую статую во главе всей композиции, напоминающую женщину аристократку.

— Это… — начал Стефан, потерев затылок.

— Семейное сокровище…мама? — искренне удивилась она, подойдя ближе и совсем не услышав рядом стоящего парня.

Брюнет заметил, что столик был сильно похож на поминальный, который ставился в церкви, дабы люди приносили подношения в память о усопшем, и это озадачило ещё больше. Блондинка взяла в руки изваяние собственной матери и Стефан, внимательно оглядев его, подметил, что это тщеславие в самом чистом виде.

— Уверена? Может, это её предок? — предположил он, не выбрасывая из головы мысль, что столы подобным образом обставляли прежде всего для покойников.