Чтение онлайн

– Прошу извинить меня, шериф, но мне надо встречать гостей, - сказал мистер Роджерс, поднимаясь.

– Это я должен просить у вас извинения, что занял ваше время своими проблемами.

– Оставим пока все, а сейчас наша задача просто весело провести время.

Кстати, мистер Моулз тоже обещал быть у меня.

Мы вышли из кабинета, и мистер Роджерс прошел в холл встречать гостей.

Его жена, миссис Джейн Роджерс в темно-зеленом вечернем платье, с ниспадающими на плечи медными волосами, выглядела гораздо моложе своих лет, выступая в роли радушной хозяйки.

Я молча прохаживался по комнатам, обмениваясь приветствиями с прибывавшими гостями. Наконец, прибыл и начальник полиции лейтенант Френк Рейлан. Это был невысокий, его рост едва ли достигал и шести футов, плотный мужчина около пятидесяти лет. Он был довольно честным копом, но имел пристрастие к выпивке, хотя упорно скрывал это от окружающих. Он мог выпить много, но никто не видел его пьяным. Однако работать с ним было легко - это был мастер своего дела.

– Хелло, Сид, - сказал он, направляясь ко мне и протягивая свою крепкую руку.
– А то я уже думал, что мне придется скучать в этом светском обществе...

– О, Френк, наши мысли почти совпали, - ответил я, пожимая его твердую сильную руку, - а поэтому я думаю, что нам следует начать вечер с посещения бара мистера Роджерса.

– Неплохая мысль, Сид, - пророкотал он.

Мы направились к бару. Слуга подал нам два стакана с бурбоном, и мы отошли в сторону. Мы просто тянули виски, курили, изредка перебрасываясь словами. Когда наши стаканы опустели, я сходил и заменил их на полные. Гости развлекались каждый по-своему. Изредка я отходил от лейтенанта, подходил к группам гостей, перебрасывался несколькими фразами и вновь возвращался к Френку Рейлану. Было уже около десяти часов вечера, а мистер Моулз все еще не появлялся. После четвертого стаканчика бурбона я сказал Френку, что хочу выйти на свежий воздух.

– Ну что ж, сходи, проветрись, - ответил он, усмехаясь, - перед новой схваткой с бурбоном.

– О'кей, - ответил я.
– У меня сегодня именно такое настроение.

Я подошел к двери, достал пачку сигарет и обнаружил, что там не осталось ни одной сигареты. Я стоял в нерешительности. Ко мне подошел Джонни Лотшоу.

– Что привело в задумчивость шерифа?
– спросил он, улыбаясь.

– Да вот сигареты кончились, - ответил я.

Он полез в карман, но я сказал:

– Джонни, ты ведь знаешь, что я курю только "Лорд".

Придется сходить за сигаретами в машину.
– Я направился к выходу, а потом остановился.
– Когда обещал приехать мистер Моулз?

– К десяти часам, а сейчас уже, - он взглянул на часы, - 21.47.

– О'кей, я с ним поговорю, - ответил я.

– А может быть не стоит, Сид?
– успокаивающе спросил он.

– Возможно, - ответил я и нетвердой походкой направился в парк.

– Джонни...
– еще раз тихо позвал я стоящего на крыльце Джонни Лотшоу, вышел от машины в полосу света и махнул ему рукой. Он заметил мой знак и направился ко мне. Когда он подошел, я взял его за руку и увлек к своей машине.

– Смотри, - сказал я, указывая рукой. Недалеко от машины у зеленой изгороди в отблесках луны на скамейке сидела парочка и самозабвенно целовалась.
– Они могут поставить мировой рекорд в этом виде спорта, - с усмешкой сказал я.
– Почти десять минут не отрывали губы друг от друга.

– Конечно, Сид, это достижение, - согласился Джонни.
– Но мы с вами, надеюсь, ничего не видели. Это, кажется, Сюзи Роджерс...

– Разумеется, Джонни, - ответил я.
– Я бы и не позвал другого даже под действием бурбона, которое, кажется, уже проходит.

– Вот и отлично. Пошли в дом и продолжим, - усмехнулся Джонни.

– Пошли, - ответил я, бросая докуренную сигарету.
– А мистер Моулз еще не приехал?

– Нет, - ответил он, вновь взглянув на часы.
– Уже 22.05. Не похоже на его обычную пунктуальность.

Мы вошли в дом, и я направился к лейтенанту Рейлану, который продолжал "борьбу в одиночку". Едва я подошел к нему со стаканом в руке, как к нам быстрым шагами приблизился Джонни Лотшоу, его лицо выражало тревогу.

– Простите, лейтенант, - сказал он.
– Ограбление с покушением на убийство.

– Что-о-о?
– взревел лейтенант.

– Тише, пожалуйста, - мягко сказал Джонни.
– Не надо беспокоить гостей. Ограблен и тяжело ранен мистер Моулз... За вами вышла машина. Мистер Роджерс тоже поедет с вами, но только тихо...

Казалось, что лейтенант мгновенно протрезвел. Опьянение покинуло и меня.

Мы направились к выходу. За нами последовали мистер Роджерс и Джонни Лотшоу.

Гости продолжали веселиться, не обратив внимания на наш уход.

Две машины быстро пронеслись по Хоул-стрит, притормозив у высокого здания. Там уже была полиция. Когда мы вошли в холл, то увидели сидящего в кресле еще не пришедшего в себя охранника в окружении полиции. Мы поднялись в скоростном лифте на двенадцатый этаж. В кабинете мистера Моулза в одном кресле сидел его телохранитель Джо Науман, бывший боксерпрофессионал. На его светлом пиджаке была кровь. Он оглядывал всех бессмысленным взглядом. А вокруг мистера Моулза, сидевшего в другом кресле, суетился врач, перевязывая ему голову. Увидев нас, вошедших в кабинет, он вдруг рванулся из рук врача и закричал, брызжа слюной, указывая на меня рукой:

– Это все ты, вонючий ублюдок, пытался убить меня и похитил драгоценностей и денег почти на четыре миллиона долларов! Я убью тебя, паршивая собака!

Его с трудом удержали и водворили в кресло.

– Мистер Моулз, - сказал я ледяным тоном, - наши личные счеты не дают вам права клеветать на меня и оскорблять при исполнении служебных обязанностей.

Не забывайте, пока я еще шериф.

– Успокойтесь, господа, успокойтесь, - вмешался мистер Роджерс.
– Мистер Моулз, ваши обвинения абсолютно не обоснованы. Шериф не покидал моего дома с семи часов вечера...

– Это так, - подтвердил лейтенант.
– Поэтому, мистер Моулз, не стоит горячиться и оскорблять шерифа, хотя я и понимаю ваше теперешнее состояние...

– Господа, - обратился к нам врач, - прошу вас, не обращайте внимания...

У него травма черепа, а поэтому в больном мозгу могли возникнуть любые ассоциации.

– Какие там к черту ассоциации!
– ревел Гарри Моулз.
– Сначала я говорил с этим ублюдком по телефону, а потом он был здесь, оглушил меня и очистил сейф, в котором лежали драгоценности моей дочери, жены брата моего зятя и деньги...

– Раз это не следствие больного воображения, - еле сдерживая гнев, сказал я, - а просто голословное утверждение, клевета, то, мистер Моулз, я даю перед всеми слово, что в течении месяца я раскрою это преступление и верну вам эти поганые побрякушки и вонючие деньги, но зато привлеку вас к ответу по всем законам штата за публичное оскорбление шерифа и тогда вам никто не поможет: ни ловкие адвокаты, ни милосердные судьи. Хоть я и не имею ваших капиталов, но вы оскорбили меня при исполнении служебных обязанностей, а это уже грозит вам тем, что вы проведете лет пять вдали от привычной вам обстановки, чтобы в следующий раз подбирали выражения...