Чтение онлайн

Значит, подкрепление уже подошло. То есть, прошло больше, чем один день.

Услышав от охраны слова, прославлявшие анирана, оживились и остальные. Хегарат с соседями враз обернулись, заметили меня и торопливо зашагали навстречу.

– Слава анирану! С победой!
– незнакомый парень закричал чуть ли не в ухо.

Его поддержали множество голосов.

– Слава анирану!

– Слава!

Я всё ещё чувствовал себя неуверенно, но, кажется, начал понимать, что происходит.

– Аниран, ты очнулся!
– воскликнул Хегарат.
– Раны всё же оказались не так страшны, - он задержался на секунду-две, а затем прикоснулся рукой к своей груди и уважительно поклонился.
– Это великая победа, аниран, должен признаться. Ты не стал дожидаться и справился своими силами. Сотник Вилибальд, едва прибыв, лишь освидетельствовал победу. Мои поздравления.

Я поморщился, потому что не смел считать "великой победой" то, что я натворил. Я бы назвал это "великой резнёй". Вспомнить бы ещё, как всё происходило.

– Практически ничего не помню, - пожаловался я.
– Наверное, огрели по башке. Что произошло?

– Скромничаешь?
– засмеялся Хегарат.

Видимо услышав радостные крики, увидев, как радостные солдаты бросают свои дела и мчат к центру временного лагеря, прибежали Иберик, Сималион и Феилин. Мастер Сималион без слов заключил меня в объятия и долго не выпускал.

– Ты всё же справился... Опять, - прошептал он.

Феилин и Иберик выглядели чуть более испуганными. Но заметив, что со мной всё в порядке, тоже полезли обниматься. Только Иберик вёл себя немного странно и не выражал особой радости. Он выглядел крайне озадаченным и растерянным.

– Сотник Вилибальд сообщил мне, что когда он прибыл, всё уже закончилось, - между тем продолжил говорить Хегарат.
– Разгорячённые битвой смельчаки помогали раненным и искали выживших...

– А пленники? Что с пленниками?
– я принялся испуганно вращать головой.

– Все уже напоены, накормлены и отмыты. Отдыхают, - Хегарат махнул рукой в сторону берега, где в правильные ряды выстраивались походные шатры.
– В прошлый рассвет ещё подошли те, кто скрывался. А потом ещё два охранных десятка подтянулись. Сейчас с нами не меньше двух сотен простолюдинов.

– А сколько времени уже прошло, как я..., как я...

– Треть декады без сознания, - сочувственно произнёс Хегарат.
– Но твои люди сказали, что тебя лучше не трогать. Что аниранское тело восстановится, если дать ему покой.

Мысленно я поблагодарил Сималиона и остальных. Они видели меня таким раньше и знали, что лучше не вмешиваться.

– Прости, аниран, но я взял на себя смелость и уже подготовил указ о твоём награждении орденом имени Аскольда Первого, - торжественно произнёс Хегарат.
– Указ будет передан на рассмотрение Его Величеству и, не сомневаюсь, утверждён.

– За что?
– я окончательно растерялся.

– Снова скромничаешь?
– обер-коммандер удивился, но смотрел с неподдельным уважением.
– Противник разгромлен! Потери: сто пятьдесят три погибших против наших шестерых. Величайшая победа в истории Астризии!

– А раненые?
– от ужаса я аж побелел.

– У нас - семнадцать солдат, у противника - лишь один. Чудом уцелел во время сражения, как мне рассказали. С остальными никто не церемонился.

Я тяжко вздохнул: похоже, солдаты поняли мой приказ слишком буквально. Даже не мой. А приказ той хрени, приказавшей убивать всех без разбору. Пьяных к тому же. Испуганных, обезоруженных и обалдевших...

– Приведите пленника, - Хегарат опять совершил небрежный жест рукой.
– Только больше не бейте. Ему ещё предстоит долгий путь в Обертон.

Восторга я не испытывал. И получать орден за резню тоже как-то не хотелось. Хотелось оправдаться перед самим собой. Хотелось найти хоть одну причину, почему стоило нарушить обещание, данное горным дикарям. К тому же нарушать таким бесчеловечным способом.

Зазвенели цепи. С застёгнутыми на руках и ногах кандалами, не особо вежливые конвоиры тащили Кавохая. Тот выглядел изрядно помятым, свою статусную повязку потерял, но держался на ногах и не падал.

Но когда я увидел лицо в кровоподтёках, сожаление испарилось. Всё же это был враг. А жалость к врагам - это перебор.

Кавохая поставили передо мной. Несомненно, ему досталось. Уверен, солдаты отпинали бесчувственное тело ногами. Но хорошо хоть постеснялись заколоть лежачего.

Кавохай же смотрел на меня с безразличием. Как обречённый. Ничего осуждающего в его глазах я не заметил. Лишь спокойствие и покорность.

– Этого разбойника я прикажу доставить в столицу, - Хегарат морщился от брезгливости.
– Где его вздёрнут на площади при всём честном народе. Чернь должна знать, что армия сильна и не позволит никому безнаказанно грабить страну.

К подобным словам Кавохай остался равнодушен. Он смотрел только на меня.

Признаться, отчасти я был согласен с необходимой показушностью в виде петли на непокорившейся шее. Даже был согласен выделить эскорт. Всё же это не просто бандит. Это - лидер банды. Я это точно знаю и могу объяснить остальным.

Но посетившая меня идея, которую я успел обсосать в течение нескольких быстрых секунд, понравилась мне куда больше.

Какой смысл от ещё одного трупа? Что он даст? В масштабе происходящих событий и событий, которые должны произойти, смерть этой ничтожной фигуры на потеху озлобленной толпе бессмысленна. Но что если превратить эту фигуру из ничтожной в такую, которая, возможно, принесёт пользу? Почему не превратить глуповатого и диковатого разбойника в глашатая? Почему не дать шанс вернуться домой и рассказать о том, что он тут увидел? Пусть поделится. Пусть напугает башей. Пусть расскажет Белому Великану. Пусть сообщит всем, кому сможет сообщить, что времена гоп-наскоков, что времена безнаказанных грабежей прошли. Живой он может принести куда больше пользы, чем мёртвый.

– В шатёр его, - приказал я.
– Я хочу с ним поговорить.

Оспаривать приказ никто не осмелился. Хотя многие удивились.

Сималион стал на страже и не пустил всех желающих. Зашли только мои друзья, Хегарат, коммандер Кархарадон, Вилибальд и сам Кавохай.

– Ты нарушил клятву, анирнан, - Кавохай заговорил сразу, едва количество свидетелей значительно уменьшилось.
– Триединый тебе этого не простит.

– Или я не прощу Триединому, что он сотворил со мной и этим миром, - хмыкнул про себя я. А вслух произнёс: - Я знаю, что не простит. Я корю себя за то, что не смог сохранить все жизни, которые сохранить хотел. Пусть даже многие из тех, кто пал в бою, жить не заслуживали. Но я сохраню жизнь твою.

– Кх-м, - кашлянул Хегарат. Открыто возразить постеснялся, но намекнуть, что возражает, нет.

– Отправляйся к руинам Халтберна, - я подошёл к Кавохаю практически впритык.
– К руинам города, что разрушили те, кто пришёл с острова. Если выживешь в пути, если доберёшься до кораблей, если увидишь, что твои люди ещё там, плыви домой. Возвращайся и передай башам - иду на них! Все они, весь ваш остров, и даже Белый Великан неизбежно получат то, что заслужили... Ступай, Кавохай. Я дарую тебе жизнь... Сималион. Сималион, ключ. Сними с него кандалы.