Чтение онлайн

— Хорошо, а найти того, кто украл и заставить возместить ущерб — невозможно? — не сдавалась я.

— Кто будет этим заниматься? Конечно, заявление будет зарегистрировано, и по нему примут меры, но… — Сапфирка развела руками.

Кругом одни «но» и получалось, что выбора у нас нет. Смена Донны должна была быть через четыре дня с того момента, как начались дожди, то есть сегодня. Девчонки предлагали поменяться, но у Донны были свои факультативы по учебе, и она отказалась. Сапфира написала заявление командатше и опрометчиво пообещала пополнение коллекции, чем сильно обрадовала кирию Мискари. Но тем не менее с починкой дымохода та не спешила.

Мы пока ночевали в той, самой сухой (относительно, потому что без отопления она все равно была сырой и холодной), крайней левой комнате. Ночевали, потому что никому не хотелось проводить там времени больше, чем нужно. Остальные часы девочки проводили кто где — я в кафетерии, одна из сменщиц со мной, кто-то в библиотеке, кто-то находил другие места в академии, где можно было сидеть и заниматься в тепле и сухости.

Испаритель бытовика работал хорошо только в первые два дня, потом перестал справляться с работой. Барахлил-барахлил, и умер на четвертый день. Сам бытовик пришел в тот вечер, как и обещал.

— Я придумал великолепное плетение! — похвастался он. Глаза азартно блестели. Чувствовалось его нетерпение поскорее проверить свою задумку. — Никто не сможет пробить брешь в моих чарах!

Мы скептически переглянулись и стали наблюдать за магом. Он что-то магичил-магичил, да так намагичил, что в конце кусок потолка на месте дыры крыши засиял золотым светом, и от него в разные стороны посыпался сноп искр. Прямо на нас. Кольнуло разрядом молнии, и мы дружно взвизгнули.

Практичная Сапфира заорала:

— Минус монета!

— Нечего тут стоять было, — огрызнулся маг. — Кыш отсюда, вы мне мешаете.

Но он уже успел все сделать, и с крыши перестала литься вода.

Сапфирка отсчитала ему одиннадцать серебрушек, которыми мы скинулись. А одну так и зажала. Маг обиделся.

— Больше ко мне не обращайтесь!

— Ты и так одиннадцать серебряных получил! Когда бы ты еще такое заработал! — возмущению Сапфиры не было предела.

Но обратиться нам к нему пришлось уже утром. Потому что хваленое плетение то ли не сработало, то ли снова было разрушено. С утра из потолка в том же месте снова лила вода, и такое ощущение, что дыра стала больше.

Честно говоря, когда разъяренная Сапфирка, сверкая синими глазами, полетела за ним, проклиная мага на чем свет стоит, я думала, он не вернется. Но Дагнус — так звали мага-бытовика — воспринял происходящее как вызов. Он залатывал дыру, утяжеляя и улучшая защитные свойства своего плетения, а утром мы обнаруживали очередной дуршлаг вместо крыши.

За эти дни увеличилось количество приглашений пойти в услужении к магам. Зная, как меня приводит в бешенство слово «рабыня», мне стали предлагать защиту:

— Нея, иди под мою защиту, — ворковал поймавший на занятиях меня маг-старшециклик. — Я слышал о ваших ужасных жилищных условиях. Иди ко мне, и я тебя согрею.

Впрочем, такие предложения получала не только я. По какой-то причине наша шестерка стала пользоваться повышенным спросом. Девчонки, напуганные такой активностью, стали прятаться как тени, стараясь не давать возможности подловить.

Смена накануне была с Сапфиркой, и я пыталась отговорить ее от опрометчивого шага. Но она стояла на своем:

— В нашем положении нельзя быть такими щепетильными, Нейка. С нами никто не церемонится и нас не жалеет. И вообще, дай послушать, — отмахнулась Сапфирка.

За одним из столиков кафетерия встретились два достопочтенных кирия и обменивались новостями.

— Смерть третьего мага на императорской службе за последний год — такого не было уже несколько столетий, — качал головой импозантный высокий мужчина, запросивший горячий морс из дербени красной и клюквянки.

— А пропажа главного императорского мага несколько лет назад? — откликнулся его собеседник, маг воды — потому что в его волосах виднелись синие пряди. Такое бывает только у тех, кто отдал предпочтение одной стихии или имел скрытый дар, с ней связанный.

Большинство стихийников имели возможность работать со всеми стихиями, но к концу обучения или после могли выбрать только одну. Но на это мало кто соглашался, предпочитая работать со всеми, пусть даже с какими-то меньше, с какими-то больше.

— Как уехал на север расследовать всплеск магии в Унджине, так и пропал бесследно. А теперь эти восстания, вспыхивающие тут и там. Не верю я, что люди сами организовывают все это. Кто-то за этим стоит…

Водник отпил лимонада — ему согревающее не требовалось, вода его родная стихия, которая не могла нанести вред.

— Но ведь, хоть и не говорят об этом открыто, но… — понизил голос второй собеседник. — Это дело рук Паучихи.

Он пристально посмотрел на водника, ожидая реакции. Тот поджал губы и подумал, прежде чем сказать:

— Да, об этом говорят… Но почему тогда император медлит? Если точно знает, что это она. Зло надо растоптать в зародыше, чтоб неповадно было… А не ждать народных восстаний. Говорят, чем дальше от столицы, тем народ становится все дерзновенней… Так и до бунта недалеко, — понизив голос и оглянувшись, сказал он.

— Император… — фыркнул собеседник и тут же пугливо оглянулся. — Вот кто введет нас в междоусобицы… На празднике дня рождения юной герцогини, я принесу клятву верности герцогу. И не только я…

Маг пристально сверлил взглядом водника.

— Да, это устраивающий меня вариант.

Маги понятливо переглянулись.

— Тебе зачем это? — приглядывалась я к Сапфирке, пока ходила с кухни в зал туда-сюда, а она вертелась около клиентов, подслушивая разговоры.

— Я любопытная! — сверкнула она шаловливо глазами.

Я покачала головой:

— Вот, смотри, это лимонад «Весенний ветерок», а это «Мятный бриз», не перепутай. Они похожи, только в одном мяты больше, в другом мята спорит с дынником. Булочки и коржики разложи на витрину.

Я выставила перед Сапфирой то, что наготовила за последний час.

— Ты освободилась? Ты помнишь, я должна сходить за миллериумом? — спросила Сапфира.

— Помню, но мне надо наварить побольше «Ночного поцелуя» для завтрашнего похода к герцогу, иначе с чем мы пойдём?