Чтение онлайн

— Мой кирон, это лучший десерт нашей кухарки Жалки. Я выпросила его, чтобы преподнести в благодарность за эту ночь. Все лучшее — вам.

Я протянула ему блюдо, он взял его у меня, проведя своей ладоней по моей руке. Я закусила губу от смеха и наклонила низко голову, чтобы никто не заметил. Пусть примут за смущение.

— Только не влюбляйся в меня, — полушутя-полусерьезно сказал Берс, приподняв мое лицо за подбородок и глядя в глаза.

— Но вы можете посвятить мне все оставшиеся ночи? Я прошу… нет, я умоляю… Сколько их еще осталось? — жарко зашептала я и провела рукой по его бедру.

Между прочим, это был важный вопрос. Берс крякнул от моего прикосновения. Леон выдохнул за моей спиной:

— Ого!

И лишь Фаргус насмешливо заметил:

— Мы можем оставить его тебе на растерзание до начала нового учебного цикла. Академия не заметит такой потери, а мы как-нибудь переживем разлуку с другом ради его счастья.

Так как все мужчины находились за моей спиной, я закатила глаза, чем насмешила наблюдающего мою пантомиму Берса, и жарко прошептала:

— Оставайтесь, мой кирон.

— Я подумаю, — кивнул Берс и спрятал лицо за чашкой с тиином.

— Буду ждать вашего призыва сегодня, — пролепетала я влюбленно и встала, чтобы уйти.

Ауруг смотрел на меня с ненавистью, Леон удивленно, а вот Фаргус, как ни странно, больше не бесился, то ли взял себя в руки, то ли остыл. Проводил равнодушным взглядом и заговорил с друзьями на тему практики.

— Вернемся к делу Тревора, — донесся его спокойный голос, когда я закрывала двери столовой.

Мне удалось не встретиться с ними до следующего дня. Днем меня отправили с поручением в поселок, я отпросилась с ночевкой и спокойно переночевала у Ядвиги. Правда выспаться не удалось. Добралась я после выполнения всех поручений поздно, а вставали они с рассветом. Да и в замке уже ждали, поэтому как встала, сразу отправилась в путь.

Успела до полудня, отдала все покупки, отчиталась о выполненном. Меня отправили к животным. Покормить, подоить, натаскать свежего сена. В конюшне я должна была проверить господские седла и сумки, может, что-то требовалось почистить или подлатать.

Стоял очень жаркий день, и когда я добралась до конюшни, присев поиграть с Булькой, я почувствовала что меня разморило. Я решила забраться в рядом стоящий амбар, наверху у меня было свое укромное местечко, и подремать часик. Все равно меня никто не должен хватиться.

Так я и сделала. Распласталась на досках, подгребя под себя сено, положила голову на сложенные в локтях руки и сладко задремала.

И от жары и событий последних дней приснился мне сон непристойного характера. Во сне я чувствовала сладкие ласки, тело охватило истомой, я даже одобрительно засопела.

Ласковые руки гладили мои ноги, сначала щиколотки, потом икры, поднимаясь все выше и выше, и задирая платье. Выше и выше, пока юбка платья не была задрана до пояса. Ласковые руки наглаживали мои ягодицы, было приятно, и я застонала. Рука скользнула между бедер, требуя раздвинуть ноги. Я подчинилась.

В конце концов это сон, почему нет, все равно никто не узнает и не осудит. И только когда настырные пальцы скользнули внутрь знакомыми движениями и вызывая знакомые ощущения, я поняла, что это не сон. Я дернулась, но властная руки пригнула меня к полу.

— Тихо, а то спугнешь, — прошептал знакомый жаркий голос, принадлежащий рыжему наглецу. — Мне не надо применять на тебя магию, чтобы ты молчала?

Я быстро замотала головой. Кого я не должна спугнуть, я поняла не сразу.

Сначала услышала доносившиеся снизу звуки: тихие стоны, мужские и женские, мужское рычание, женское всхлипывание и другие звуки, сопровождающие интимный процесс между женщиной и мужчиной.

Кто там был, я разглядела сквозь щели досок позже. Ауруг с одной из служанок. Они самозабвенно занимались сексом, в этот момент она была в позе наездницы. Она прыгала на Ауруге, он помогал ей руками на бедрах, груди ее подпрыгивали в такт движениям, голова запрокинута назад. На лице застыла сладострастная улыбка. А вот Ауруг был напряжен, хмур и резок.

— Только молчи, птичка. Не заставляй меня применять к тебе силу, — довольно шептал мне Фаргус на ухо, теребя его губами.

Он заставлял меня смотреть за Ауругом, при этом лаская внутри, то энергичным ритмом, то застывая, чтобы продлить сладкое мучение. Я лежала под ним с задранной юбкой, кусала губы до крови от унижения, но при этом отчаянно хотела его прикосновений, его ласк. Ненавидя за это его и себя.

Когда Ауруг с любовницей сменили позу, и Ауруг накрыл ее сверху, ритмично вбиваясь в девушку, не заботясь о ее ощущениях, Фаргус тоже забрался на меня сверху, придавив к доскам и заставляя продолжать смотреть на своего хозяина.

Фаргус не стал меня долго мучать, потому что я чувствовала его дикое желание, он и не смог бы долго, оргазм подходил при каждом движении, и он чуть отстранялся и замирал, чтобы не кончить сразу.

Когда разрядка пришла, он продолжал лежать на мне сверху какое-то время, покусывая сзади кожу в местах в районе шеи и плеч. Для этого он легко и бесшумно порвал справа платье, чтобы оголить плечо.

Ауруг между тем тоже подошел к разрядке, он застонал и вместо с его стоном на выдохе вырвалось негромкое, но всеми услышанное:

— Нея…

Фаргус гаденько хихикнул куда-то мне в ухо. Девица же была из необидчивых. Из служанок обиды быстро выбиваются.

— Я лучше ее, — заявила она самонадеянно.

— И чем же? — лениво поинтересовался Ауруг.

Он еще приходил в себя после соития и ему не хотелось разборок. Но он уже поднимался и натягивал брюки.

— Да всем, — девица тоже приводила себя в порядок. Оправила платье, взбивала волосы. — Красивее, сочнее, опытнее, умнее…

— Скромнее, — поставил в известность любовников о своем присутствии Фаргус.

Ауруг дернулся, девица с любопытством посмотрела наверх. Я застонала и пыталась запрятаться с головой в сено. Но Фаргус не дал. Он вскочил, рывком поднял меня, и слевитировал вниз со мной, плавно и быстро, я даже не успела испугаться.

Впрочем, мне было не до этого. Я стояла перед Ауругом, пунцовая, не в силах поднять на него глаза.

Как посмотреть ему в глаза, когда он знал, что мы видели? И он знает, чем занимались мы, подглядывая за ним. Потому что платье на мне было разодрано, плечо оголено, и грудь была почти вся видна в вырезе. А на оголенной коже свежие отметки страсти Фаргуса в виде краснеющих засосов. О, боги, какой демонов стыд. Я никогда не думала, что может быть так стыдно.

А еще я запоздало вспомнила, что мы слышали.

Мое имя в момент экстаза Ауруга. Сердце сжалось, и я все же подняла глаза. Я не простила Ауруга за предательство, но это не отменяло того что я чувствовала вину за то, что происходит сейчас.

У Ауруга был такой вид, словно его долго били и пинали по самым чувствительным местам. Я надеялась увидеть ненависть, так было бы легче, для нас обоих. Но в его глазах была лишь боль. Море боли, поглощающей его в бездонный омут. Губы его скривились в неприятной усмешке. Он ничего не сказал, развернулся и медленно, качаясь, пошел к выходу.