Чтение онлайн

Я познакомился с Майей и Ричардом Су на одной из вечеринок в пентхаусе босса Акихико, человека, который тренировал меня, когда я был ребенком. Майе нравилось, как я держался. Ричарду нравилось, что я молчу, если мне нечего сказать. Их сын Тревор? Он следовал за мной повсюду, как тень.

Теперь мы были друзьями. Настолько, насколько они могли быть у такого человека, как я.

— Чем ты занимаешься? — Спросил я, любуясь его темно-золотистыми волосами и светло-карими глазами.

Он поставил пустую чашку из-под лапши на стол, вытер руки и откинулся в кресле, как дома. — Глава Мексиканского картеля.

Я приподнял бровь. — Ты далеко от Тихуаны. Напомни, сколько тебе лет? Я мог бы поклясться, что семьи Диабло существует уже несколько десятилетий.

— Двадцать.

— Немного молод для Босса.

Он ухмыльнулся. — Не сильно отличаюсь от семнадцатилетнего убийцы.

— В следующем месяце мне исполнится восемнадцать.

Он рассмеялся, как будто я был ребенком. Я нахмурился еще сильнее. — Ты очень похож на моего брата.

— Ему тоже исполняется восемнадцать?

— Нет, — пробормотал он. — Только в январе исполнилось десять. Вообще-то, я его давно не видел.

Я сделал паузу. — Он с твоими родителями?

Челюсть Маттео слегка напряглась. — Нет. Я забочусь о нем. Но он останется с Су, пока я... Разберусь с незаконченным делом нашего отца.

Он встретился со мной взглядом, и я увидел это – что-то старое и яростное, горящее в них. Что-то знакомое.

— Почему ты здесь?

— Мне нужно, чтобы ты помог мне поймать человека, который убил моих родителей.

Я откинулся назад, качая головой. — Якудза сдерут с меня шкуру заживо, если узнают, что я хотя бы разговаривал с тобой.

— Может быть, пришло время стать самостоятельным.

Я сухо рассмеялся и встал с дивана. Я закончил этот разговор. Он мог убить меня. — Я не занимаюсь похищениями людей. Я просто убиваю.

Его голос понизился, как медленно обнажаемый меч, когда он заговорил позади меня. — Этот человек сжег заживо моих родителей в доме нашего детства. Думал, что я и мой брат тоже были внутри. Он оставил нас ни с чем. Его смерть не будет безболезненной. Это будут месяцы агонии. Он сдерет с себя кожу, только чтобы попытаться избежать этого. Он почувствует мою месть в самых глубинах своей души.

Я снова повернулся к нему.

Не из-за страха, а из-за воспоминаний.

Что-то в его голосе говорило не только о боли.

В нем была ненависть определенного типа, которую я когда-либо признавал только в себе.

— Ладно, Diablo1, — сказал я наконец, садясь обратно. — Кого мы похищаем?

Он улыбнулся, спокойно и холодно. — Главу колумбийского картеля.

Настоящее

Мидтаун, Нью-Йорк

Я оперся предплечьями о канаты тренировочного ринга, наблюдая.

Мейси разминалась с Тони. Она двигалась быстро и точно, ее движения были почти беззвучными. Каждое движение ее тела было рассчитано, контролируемо. Ни одного лишнего движения. Никаких колебаний.

Но я видел сотни бойцов раньше. Большинство из них считали себя особенными. Большинство из них таковыми не были.

Тони кружил вокруг нее, нанося легкие удары, чтобы проверить ее реакцию. Она легко ускользала, пригибаясь, поворачиваясь, никогда не оставаясь на месте достаточно долго, чтобы ее поймали. Ее косы развевались за спиной, когда она двигалась, верхний свет выхватывал капли пота, начинающие проступать в ложбинке на ее спине.

Затем она взглянула на меня.

— Когда я смогу драться по-настоящему?

Ее голос был ровным, но твердым, без усилий перекрывая низкий шум спортзала. Она не просто спрашивала. Она бросала вызов.

Медленная ухмылка тронула уголок моего рта. Ненужное напряжение повисло в воздухе между нами – не враждебное, не агрессивное, просто что-то острое и необъяснимое.

— Ты хочешь бой? — Я оттолкнулся от канатов. — Докажи это.

Мейси пожала плечами. — Ты сам сразишься со мной?

Я тихо рассмеялся. — Нет. Но я решу, стоишь ли ты моего времени.

Я поднял руку, подавая сигнал в сторону. Вперед выступил боец – вдвое крупнее ее. Он поправил повязку на руках, покрутил шеей, разглядывая ее.

Тони ободряюще кивнул Мейси, но ничего не сказал.

Бой начался быстро. Никаких кружений, никаких остановок. Ее противник нанес удар первым, тяжелый хук справа должен был быстро уложить ее. Она пригнулась, проскользнув под ним, имея в запасе едва ли дюйм.

Ее поза была компактной, но плавной. Она не тратила энергию, блокируя удары, которых могла избежать. Когда она парировала, это было резко и эффективно – никаких броских, бесполезных движений. Просто точность. Мужчина снова двинулся на нее, целясь жестоким ударом в ребра. Она повернулась на полушаге, наклоняя свое тело ровно настолько, чтобы позволить ему проскользнуть мимо нее, затем рванулась вперед, ударив его локтем в бок.

Он споткнулся, совсем чуть-чуть, но этого было достаточно.

Она двинулась вперед. Быстро. Расчетливо.

Он попытался схватить ее – плохой ход. Она выскользнула из-под его досягаемости, развернулась у него за спиной и ударила коленом в заднюю поверхность бедра. Его нога подогнулась. Еще секунда, еще один удар, на этот раз в челюсть – идеально нанесенный вращающийся удар, от которого он растянулся на ковре.

Тишина.

Затем Мейси наклонилась, предлагая своему противнику руку.

Я приподнял бровь. Бойцы обычно так не поступают. Меньше всего Тони, который был ее тренером.

Мужчина поколебался, затем согласился, позволив ей поднять его.

Мейси повернулась ко мне, темные глаза смотрели твердо. — Тебе этого достаточно?

Я слегка наклонил голову, изучая ее.

— Может быть.

Потом я ушел.

Маттео уже ждал меня в приемной, когда я добрался туда, закинув ноги на край моего стола из черного стекла, с полупустым стаканом ямазаки в руке. Его фирменные часы – платиновые, потертые – поблескивали в тусклом свете. Ублюдок изрядно постарел. По-прежнему выглядел уличным принцем, у которого слишком много денег и больше нечего доказывать. Те же грязно-золотистые волосы, взъерошенные, зачесанные назад, и безжалостные карие глаза. Та же загорелая кожа без отметин, в то время как у меня почти не осталось свободного места для новых татуировок.

Он встал, когда я подошел к нему. Рукопожатие переросло в объятие с похлопыванием по спине. Мышечная память за годы крови, войн и верности.

— Как у тебя дела? — Я усмехнулся.

— Хорошо, — сказал он с ленивой улыбкой, но острым взглядом. — Как продвигается бизнес?

Я тихо усмехнулся, обходя свой стол и опускаясь в кожаное кресло. — Не так весело, как на пенсии.

Маттео усмехнулся. Ему было всего тридцать четыре, но он совершил невозможное – передал семейный бизнес младшему брату и ушел. Не многие боссы доживали до тридцати. Еще меньше уходило целыми и невредимыми.