Чтение онлайн

Та, видимо стремясь хоть как-то защититься от враждебной магии, спряталась в углу и аккурат за жёстким тюремным ложем. Смертная сидела на корточках, закрыв лицо руками, и не шевелилась. Её кожа выглядела мертвенно-бледной, а волосы серебряными, из-за того, что были покрыты тонким слоем инея. Он же покрывал и одежду Вероники, отчего у Жака возникло жуткое ощущение, что перед ним уже не живой человек.

Внутренне холодея от того, что всё может оказаться именно так, он спорхнул к ногам девушки, и в этот самый момент позади раздался щелчок отпираемого замка камеры.

– Милорд!
– обрадовался ворон, когда хозяин Лесного замка очутился рядом.

Но ответа с его стороны не последовало. Опустившись на корточки возле не реагирующей на их появления иномирянки, граф Моркант с напряжением вгляделся в её недвижимую фигуру, после чего мягко, но в то же время требовательно произнёс:

– Вероника, посмотри на меня!

Пару мгновений ничего не происходило, после чего девушка пошевелилась и, медленно отняв руки от лица, посмотрела в ответ на него. Совершенно бессмысленным взглядом, словно от её прежней личности осталась лишь оболочка. Но постепенно в глазах Ники появилось осмысленное выражение, сменившееся узнаванием, и она тихо спросила, словно сама не верила тому, что видит:

– Арлен?..

Вероника

Давненько мне не приходилось болеть. И оставаться в одиночестве я прежде не боялась, но произошедшее в подземельях Лесного замка по всей видимости не только подорвало мое физическое здоровье, но и на нервы оказало воздействие.

Двое суток, после того как удалось выбраться из запертой камеры, я провалялась в постели с высокой температурой. Почти ничего не ела и большую часть времени спала, возвращаясь в реальность лишь на краткое время. А причиной таких пробуждений почти всегда становился один и тот же кошмар, в котором я видела появление призрака принцессы Элвины в подземелье.

Та будто ждала, пока Жак улетит за помощью к своему лорду и появилась: вырвав этим меня из путины нахлынувшего отчаяния.

– Ну, вот ты и попалась, иномирянка!
– улыбаясь, прошелестела супруга графа Морканта, стоило мне вскочить с того самого тюремного ложа, на которое опустилась ранее. – Словно мышь в мышеловку. Деться тебе некуда, и на помощь никто не придёт.

Что было абсолютной правдой. Поэтому я промолчала, настороженно глядя на фигуру в белом и гадая про себя, как дух поступит. Знала, что защитный амулет, который мы собрали с Жаком, и который я носила не снимая, не даст тому приблизиться. И ломать внутри камеры было особо нечего. Разве что принцесса попытается воздействовать на меня своей магией, как сделала это с розовым кустом возле главного входа. Или с тем же ограждением на крыше замка.

И я оказалась недалека от истины. Элвина действительно не стала ничего ломать. Она просто воспарила над полом, разведя руки в стороны, вокруг её белой фигуры воздух будто уплотнился, а затем от духа в мою сторону потянуло не просто холодом – морозом. Температура в камере начала стремительно падать, и я не на шутку занервничала. Взгляд заметался в поисках укрытия от прямых потоков холода, но увы. Ничего на эту роль не годилось. И тогда я не нашла ничего лучше, как забиться в самый дальний, от призрака угол, который находился за тюремной койкой. Сжалась там в комочек, чтобы сохранить остатки тепла, и закрыла лицо руками, потому как ветер, направляемый принцессой Элвиной, усилил свой напор и стал прямо-таки обжигающе-ледяным.

Наблюдая за тем, как решётка камеры буквально на глазах обрастает ледяной коркой, а пол и всё вокруг покрывается слоем снега, я с ужасом осознала, что замерзаю. Меня начало клонить в сон, бороться с которым становилось сложнее с каждой прошедшей минутой. И даже кровожадные мысли о том, что сделаю с гадким советником, когда выберусь отсюда, и на которых сосредоточилась, чтобы отвлечься от ощущения коченеющих конечностей, перестали спасать. Я начала сдаваться, понимая, что проигрываю в этой борьбе. Жак всё не возвращался, а холод пробирался всё глубже.

И, видимо, я всё-таки уснула, потому что пропустила момент возвращения ворона, который привёл с собой своего лорда. Не видела, как последний прогнал призрака своей супруги. Однако знакомый голос, который буквально ворвался в сознание, услышала отлично. Подчинилась, различив прозвучавшую в нём силу, и с губ само собой сорвалось имя того, кого уже и не чаяла увидеть.

– Вероника, проснись! – резануло по ушам требовательное от графа Морканта, прервав этим не то очередной дурной сон, не то воспоминания.

И я, как и в тот раз, снова починилась. Распахнула глаза, замерев на месте, но уже в следующий миг облегчённо выдохнула, узнав знакомую тёмную спальню хозяина Лесного замка.

– Снова кошмар приснился?
– раздалось обеспокоенное из напольного зеркала в чёрной раме.

– Да, - мой ответ, из-за больного горла, прозвучал хрипло, а сесть, откинувшись на подушку, удалось нормально лишь со второй попытки.

Слабость в теле ощущалась такой, что шевелиться удавалось с трудом.

– Тебе нужно поесть! – уверенно произнёс граф Моркант, проявляясь в отражении, и мне стало видно его красивое лицо, на котором застыло мрачное выражение.

– Наверное. Вот только у меня совершенно нет аппетита.

– Ничего не желаю об этом слышать! Ты сама, если продолжишь так мало есть, скоро в призрака превратишься. Хочешь составить компанию принцессе Элвине?

– Нет уж! – передёрнулась я всем телом, услышав о злобном духе, из-за которого едва не умерла – Благодарю покорно!

– Значит, ешь нормально! – припечатал Арлен, сверкая на меня тёмными очами. – А в качестве дополнительного стимула я расскажу тебе одну сказку.

– Сказку? – переспросила я, вскинув брови. – Серьёзно?

– Ну да. А что тебя так удивило, Вероника?

– Да сам факт того, что вам известны подобного рода истории.

– А почему нет? – усмехнулся в ответ граф Моркант. – И не вам, а тебе. Ты, пока с температурой боролась, называла меня исключительно Леном, забыв о всяком пиетете.

– Кхм, - кашлянула я, отводя взгляд в сторону и чувствуя неловкость. – Я была не в себе и сказать могла всё, что угодно. Не обращайте внимания.

– Отнюдь, Ника, отнюдь, - улыбка на губах графа-вампира стала шире. – Мне понравилось такое вот наше свойское общение, и возвращаться ко всем этим «милордам» с «сиятельствами», нет никакого желания.

Я на эти слова мужчины только головой покачала. Не знала, что можно возразить, а стоило двери в комнату распахнуться и вплыть подносу с едой, который нёс один из невидимых слуг-теней, с радостью ухватилась за эту возможность уйти от неудобного разговора.

Сменить тему которого видимо решил и граф Моркант, потому что стоило тому самому подносу оказаться у меня на коленях, спросил:

– Ты не ответила мне насчёт легенды, Вероника. Мне её рассказывать, или тебе не интересно?

– Ну, почему же, - взявшись за ложку, я бросила на брюнета быстрый взгляд. – С удовольствием послушаю одну из сказок, что родилась в отличном от моего мире. О чём она будет?