Чтение онлайн

– О мужчине, который полюбил сразу двух представительниц своего народа и не смог выбрать какую-то одну. О женщине, что стала первой теневой женой на Лотт'Лане. И сильном чувстве, что смогло примирить обеих прекрасных леди и не воевать друг с другом ради избранника. А тот в свою очередь никогда не выделял ни одну из своих женщин. Любил каждую из них совершенно одинаково.

– Действительно, сказка! Но, как уже сказала ранее, я с интересом её послушаю.

Хозяин Лесного замка кивнул, помолчал пару мгновений, словно вспоминая подробности, после чего начал:

– Это произошло тысячу лет назад. На острове Ромм, что находится на пути между землями вампиров и людей…

Арлен, граф Моркант

Приступив к повествованию истории, которую услышал, ещё будучи ребенком, мужчина бросил незаметный взгляд на сидящую в постели светловолосую девушку. И отметил, как та тихо хмыкнула, оценив прозвучавшее вступление.

Идея, рассказать Веронике именно эту легенду пришла к Арлену, пока она температурила. Иномирянка тогда открылась ему с совершенно иной стороны. Выглядела слабой и беззащитной, вызывая желание оберегать и заботиться: чем он с удовольствием и занялся. Лечил, по мере своих скромных сил, потому как лекарство было тем разделом магии, к которому вампиры были практически не расположены.

А ещё граф Моркант немного слукавил, сказав смертной, что, пока у неё была высокая температура, она называла его Леном. Это было всего один раз и сказано в бреду, но…мужчине подобное неожиданно понравилось. Никто прежде не называл его так. Даже Деспина, что являлась любовницей на протяжении многих лет, никогда не позволяла себе сокращать имя знатного лорда, с которым была близка. А если бы позволила, то он непременно осадил бы эту вампиршу. В то время как с Никой всё получилось иначе. Её «Лен» не вызвало в душе графа Морканта протеста, а просьба не уходить, породила неожиданно тёплый отклик в душе.

И он с радостью остался. Был рядом с иномирянкой так долго, как позволяли нынешние собственные возможности. А когда те заканчивались и приходилось возвращаться обратно в зеркало, Арлена на посту сменял Жак.

Видя последствия, к которым привела его глупая шутка, он старался помочь изо всех сил. Слетал в деревню, к живущей там старой знахарке, раздобыл у той настойку от обморожений и жара. Которые, вкупе с магией Арлена, оказали своё действие и девушке стало заметно легче уже через два дня.

Тихое покашливание, раздавшееся со стороны кровати, заставило графа очнуться от собственных мыслей, на которые отвлекся. А когда посмотрел на смертную, которая, пока он думал о своём, успела доесть принесённый слугами-тенями куриный суп и теперь сидела, грея руки о чашку с травяным отваром, невольно замер. Вероника улыбалась, глядя на него: чуть снисходительно, но всё же по-доброму. И ямочки, что при этом явственно обозначились на её осунувшемся после болезни лице, показались лорду Морканту очень милыми. Никогда прежде не обращал внимания на такие детали в женской внешности, а сейчас вдруг нашло что-то.

– Проблемы, Ваше сиятельство? – первой нарушила повисшую в комнате тишину иномирянка. – Забыли сказку, которую собрались мне поведать. Понимаю: старость – не радость. Память, бывает, подводит.

– Что? – опешил Арлен, услышав насмешливое замечание своей спасительницы, а потом не выдержал и от души рассмеялся.

Эта девушка не прекращала его удивлять.

– И слух, видимо, тоже, - продолжила та рассуждать, но было видно, что смертная изо всех сил сдерживается, чтобы не последовать примеру своего собеседника.

– Вероника, ты бесподобна! – покачал головой мужчина, закончив веселиться. – А ещё неправа насчёт моего возраста. Мне всего 295 лет, что для представителя расы вампиров совсем немного, потому как живём мы очень долго, а возрастом совершеннолетия считаются 200 лет. К 250-300 создаём семьи и заводим детей. Как-то так. И я не забыл обещанной тебе сказки, Ника, просто припоминал подробности. Готов продолжить свой рассказ, если ты не передумала слушать, конечно?

– Не передумала, - уголки губ девушки дрогнули и немного приподнялись в намёке на очередную улыбку. – Удивите меня сказкой об утопичной любви на троих.

– Попробую, - усмехнулся Арлен. – И давай уже всё-таки обращаться друг к другу на «ты».

– Хорошо, хорошо. Я попробую. Так, что там с островом, название которого созвучно с алкогольным напитком, что существует в моём мире?

– О-о, это живописнейшее место, скажу я тебе. На котором стоял и продолжает стоять до сих пор красивый город. Сейчас, правда, он совершенно пуст и полуразрушен – всё-таки столько лет прошло с момента его основания. Но даже в своём нынешнем состоянии этот город, носящий одноименное с островом название, до сих пор вызывает восхищение. Я был там лично однажды, и потому знаю, о чём говорю. А в ту пору, о которой собираюсь поведать тебе, Ромм наверняка был красив вдвойне, потому как его населяли представительницы прекрасного пола.

– Что? – широко распахнула глаза Вероника, стоило Арлену на мгновение умолкнуть. – Город, о котором ты начал свой рассказ, принадлежал…

– Женщинам? Да. Ты всё верно поняла. Вся власть в этом поселении была у них, в то время как мужчины жили в другом. В том, что находился на дне океана и в непосредственной близости от самого острова.

– Город на дне океана? – поражённо переспросила сидящая в постели девушка, и этим вновь прервала рассказ. – Это как?

– А вот так, - развёл руками граф Моркант, с удовольствием отметив огонёк любопытства, что вспыхнул в глазах Вероники. Мужчины этого народа были русалами, которые могли выходить на сушу лишь дважды в год и ровно на сутки. Встречались с девушками, и если двое в паре чувствовали не просто взаимную страсть, а нечто более, они шли в стоящий в центре города храм, посвящённый морскому божеству Марану и заключали брачный союз. В случае получения благословения покровителя народа, означающее, что эти мужчина и женщина истинные друг для друга, пара делала выбор, где будет жить. Если на суше, то мужчина терял возможность вернуть себе хвост, а если происходило наоборот, то женщина обретала свой, как и возможность дышать под водой. Но таких пар было мало, а дети, рождённые после кратковременных встреч мужчин и женщин, находили свой дом либо в пучине океанских вод, либо на суше. Всё зависело от пола младенцев. Мальчиков забирали отцы, а девочки оставались жить с матерями в наземном городе.

– Несчастный народ, - хмыкнула Вероника, когда Арлен замолчал, чтобы дать ей высказаться.

По глазам видел, что девушке хочется это сделать. И та в очередной раз не преминула его озадачить своим комментарием. Который мужчина решил прояснить, спросив:

– Почему, несчастный? И те и другие прекрасно жили.

– Прекрасно? А ты в этом уверен, Арлен? Близость с противоположным полом два раза в год и судьба родителей-одиночек? Сомнительное счастье, как по мне. Скорее на наказание похоже. Ну, да не моё это дело. Рассказывай дальше. Когда уже появится заявленный тобой герой-любовник, которому одной женщины показалось мало?

– Ника, Ника, - укоризненно покачал головой хозяин Лесного замка. – Иногда ты бываешь чересчур категорична в суждениях. Эта сказка о любви.

– Прости, но пока я в это не верю, - покачала головой смертная. – Быть может позже, когда ты закончишь своё повествование что-то изменится.

– Хорошо. Тогда я продолжу, если не возражаешь. А мужчину, о котором пойдёт речь, звали Илуми. Это доподлинно известный факт. В то время как имена его женщин история умалчивает. По одной из версий их звали Анра и Зефа. С первой, Илуми встретился во время одного из своих выходов на сушу и влюбился практически с первого взгляда. Она ответила ему взаимностью, и тогда мужчина не стал медлить. Отвёл девушку в храм, чтобы сочетаться с ней узами брака и узнать, не истинные ли они друг для друга. И оказался прав. Божество водной стихии благословило их союз и радостная пара, посовещавшись, решила, что уйдёт жить на дно океана.