Чтение онлайн

Хоук лишь вздохнула и бросилась за полуэльфом, как и остальные, спеша за стремительным, летящим шагом убийцы. Прямо сейчас почему-то очень легко помнилось, что улыбчивый красавчик был убийцей из антиванской гильдии, а не просто душкой-полуэльфом. Мысли в голове Хоук лихорадочно прыгали, она помнила Траска, он всегда был более вменяем, чем это ожидалось от храмовника. И, возможно, поговорить с ним - единственный шанс уладить все без привлечения внимания иных сил к проблеме. Возможно, еще не поздно не допустить кровавой резни.

– Айнон!
– она метнулась вперед, преодолевая страх и цепляясь за его локоть.
– Прошу тебя, дай мне шанс уладить все миром, - она сжалась под неистовым огнем синих глаз, что он обратил на нее.

– Красавчик, - позади нее зашевелился Варрик.
– Она дело говорит, не руби сплеча. Мы все понимаем тебя, Мрачный и нам друг, но как бы потом не пожалеть о сделанном в горячке.

Пару секунд тевинтерец не шевелился, обдумывая их просьбу, а затем кивнул. Хоук облегченно расслабилась. Они двинулись дальше. Через пять минут блуждания по узким запутанным тропкам впереди показалась площадка, на входе которой стояла пара храмовников, впрочем, вопреки ожиданиям Хоук, постовые не атаковали их, спокойно пропуская внутрь лагеря. Похоже, их ждали. Теперь она могла рассмотреть мятежников. На площадке жались усталые маги и дисциплинированно ходили по периметру храмовники.

Хоук подавила невольный стон. Посреди каменной площадке без движения лежал Фенрис. Мариан вновь почувствовала, как шевелятся волосы на ее голове, и теперь она наконец-то поняла, от чего: ее магия встревоженно металась в ее теле, отзываясь на гнев Айнона, реагируя на его ярость собственным безумием, но додумать мысль, от чего бы это могло происходить, она не успела, к ним двинулось несколько фигур: маг и храмовник.

– Видимо, глупо было надеяться, что вы сюда не доберетесь, - в подошедшем храмовнике Хоук узнала Траска.
– Хотя я не понимаю, почему вы теперь за Мередит. Вы же сами доказали мне, что мы можем бороться с ней на равных, - он яростно взмахнул руками.
– Когда я понял, что вы солгали, рискуя собственной жизнью, чтобы защитить тех магов… Прошу вас, Защитница. К вам я не испытываю никакой вражды - одно уважение. Нам нужно только избавиться от Мередит, - это было похоже на мольбу.

– Ваше дело правое, но вот методы мне не по душе, - Хоук устало вздохнула и бросила выразительный взгляд на Фенриса.

– Я мог догадаться, что вы понимаете, как опасна Мередит, - Траск заметно расслабился и радостно улыбнулся.
– Прошу прощения за любой ущерб, который мы нанесли вам или вашим друзьям.
– он развернулся к заговорщикам.
– Отпустите заложника.

Хоук облегченно выдохнула, мысленно вознося хвалу Создателю, Андрасте и всем Древним Богам, что были способны ее слышать. Неужели все?

– Нет!
– магесса, в которой Хоук с удивлением узнала спасенную ею когда-то Грейс, развернулась к Траску.
– Ушастая тварь умрет! А сле…

Чтобы она ни желала сказать еще, в следующее мгновение магесса с широко распахнутыми от удивления глазами начала заваливаться на землю с рукоятью ножа, торчащим из ее груди. Следом с проткнутым горлом обрушился на землю закованный в тяжелые доспехи храмовника Траск. А еще через миг на землю рухнуло три мага и три храмовника, чьи лица не были закрыты шлемами, что могли бы защитить их глаза от метательных лезвий убийцы. Еще мгновение спустя Айнон крутанул в руках ножи и, упав в низкую стойку, растворился в тенях, рассеяв внимание окружающих, как умели это делать только убийцы, воры и охотники храмовников.

– Проклятье!
– Хоук тоскливо взвыла и швырнула огненный шар в бросившегося на нее храмовника.
– Проклятье!
– ее затопило отчаянье, смешанное с ужасом. Вспомнит ли безумное чудовище, что они друзья?

Кругом вспыхивала магия и лязгало оружие. Маги, храмовники, лучники, вспышки, блеск металла, она при всем своем желании не могла бы рассмотреть среди всего этого стремительного тевинтерца. Раздался рев, и на месте Грейс поднялся одержимый. Хоук уже больше не стонала, она перегорела, у нее просто не осталось сил на какие-нибудь эмоции. Прямо сейчас Мариан желала, чтобы все закончилось. Она хотела домой в свое собственное, родное отчаянье, а не в этот тяжелый, невыносимый кошмар.

Она набросила “Бурю”, дополняя ею “Огненный шторм” Андерса, глядя, как Мерриль копирует ее действия. Три сильных заклинания на площадь, и все без толку, как будто храмовники и маги прятались по всем закуткам Рваного берега, так много их было. Хоук отступила, разворачивая “Огненный шторм”, с сожалением глядя, как сгорают хорошие начинания. Как там сказал Керан? Шесть лет Траск объединял магов и храмовников, и вот все сгорело в огне ошибок и мести. Одно неосторожное слово…

Как жаль. Она испытывала только горечь. Хоук вздрогнула, когда по щеке скользнуло что-то обжигающее, Мариан дернула рукой вверх, желая коснуться следа, и в этот миг за спиной застонали, она резко обернулась, не донеся руку до лица. На землю заваливался охотник. Айнон отряхнул кинжал и шагнул назад, отступая к центру площадки. Этот храмовник был последним. Мариан потерла щеку и зашипела от боли. Ей повезло, что нож охотника оцарапал ей щеку, а не перерезал горло. Хоук моргнула, не зная, стоит ли благодарить Айнона, ведь все же он мог позволить храмовнику убить ее, а затем сказать, что не успел.

Покуда Хоук глупо моргала, разбираясь в его мотивах, Айнон склонился над Фенрисом. Он не был без сознания и не был одурманен, и все же что-то сковывало его. Айнон протянул руку, касаясь лба Фенриса. Магия крови всегда требовала крови для наложения заклятий и для их снятия, но Голос знал и другой способ рассеять эти узы…

Фенрис вздрогнул и резко сел, через миг уже вставая. Он выглядел расстроенно и растерянно, оглядывая площадку, заваленную телами храмовников и магов, и глядя в обеспокоенные лица Хоук и компании.

– Как я мог допустить, - он недоуменно моргнул, - чтобы меня похитили! Я… - договорить он не успел, Айнон шагнул вперед, без колебаний притягивая в Фенриса в объятья, не замечая, что его самого сотрясает мелкая лихорадочная дрожь.
– Айнон?
– неприкрытое волнение в голосе Фенриса, заметившего, как дрожит в его руках сдержанный полуэльф, внезапно отрезвило его. Он расплел руки и шагнул назад.

– Хорошо, что ты цел, - Айнон наскоро его оглядел и, видимо, удовлетворившись увиденным, обернулся к Хоук.
– Остальное - ваши проблемы. Нам на сегодня хватит.

Айнон сжал руку несопротивляющегося Фенриса и зашагал прочь с площадки, не замечая, как на лице Хоук возникло счастливое облегчение.

– Слава Создателю, мы уж как-нибудь сами… - Мариан закатила глаза и блаженно улыбнулась.
– Можете быть пару дней свободны… - крикнула она им вслед.

До поместья в Киркволле тевинтерцы шли молча. Ошеломленный Фенрис приходил в себя, пытаясь понять, как такое случилось, что его похитили, и пытаясь переварить понимание, что его похищение, похоже, толкнуло Айнона на грань. Он все никак не мог избавиться от воспоминания, как мелко дрожало тело обнимающего его Айнона. Понимание этого шокировало его куда больше, чем то, что кто-то посчитал его достаточно ценным, чтобы использовать для манипуляцией Хоук. Полуэльф решительно, толкнул двери поместья, терпеливо пропуская его вперед, а затем почти пинком эту дверь закрыл.

Фенрис сдавленно охнул, когда Айнон схватил его за плечо и со всей силы впечатал спиной в стену около двери, выбивая из легких воздух. В следующее мгновение твердое колено решительно раздвинуло его бедра, а руки оказались пришпилены к стене, совсем как тогда, на Сегероне, в их первую встречу.

– Ты напугал меня, - Айнон смотрел на него почти безумными глазами.

– Аи… - Фенрис был больше чем просто ошеломлен, он не мог представить, что могло настолько испугать мужчину. В голубых глазах плескались отголоски недавнего страха, беспокойства и почти невыносимой боли.