Недозволенная память. Западная Беларусь в документах и фактах. 1921-1954.
Шрифт:
Источники: Памяць: Гіст. — дакум. хроніка горада Баранавічы і Баранавіцкага раёна. Мінск, 2000. С. 516; Народная воля. 2002. 16 марта; 2002. 8 мая; Шаг (Барановичи). 2002. 10 июля; Супрун В. Жыць для Беларусі. Мінск; Слонім, 1998. С. 9–33.
К исходу 1939 г. завершилось укомплектование штатов прокуратур, судов и трибуналов. Постановлением Барановичского ОИК «О дислокации народных судов» создаются судебные участки и утверждаются члены и заседатели областного суда, суда Белорусской железной дороги, Белорусского военного округа и других различных вооруженных формирований, в том числе и НКВД{166}. Председателем областного суда утверждается И. Ф. Михневич{167}. Все назначения в силовом блоке согласовывались, конечно же, с обкомом партии.
И еще один важный момент. В апреле 1940 г. Барановичский обком КП(б)Б потребовал от облотдела юстиции «немедленно очистить адвокатуру от пролезших в ее состав бывших польских адвокатов»{168}.
Репрессивный аппарат был представлен государственными служащими, присланными из СССР. Об этом, например, сообщают постановления Барановичского ОИК, датированные 1939 г.: 1) «О предоставлении каменного дома, в котором жили чиновники воеводства, прокуратуре»{169}; 2) «О предоставлении домов и квартир работникам облсуда»{170}; 3) «О предоставлении жилья заседателям военного трибунала войск НКВД Барановичской области»{171}.
Необходимо также отметить, что наряду с судебными органами действовали и несудебные — Особое совещание при НКВД СССР, образованное постановлением ЦИК и СНК СССР «Об Особом совещании при Народном Комиссариате Внутренних Дел СССР» от 05.11.1934 г.
Текст этого постановления таков:
«1. Представить НКВД Союза ССР право применять к лицам, признанных общественно-опасными: а) ссылку на срок до 5 лет под гласный надзор в местностях, список которых утверждается НКВД Союза ССР; б) высылку сроком до 5 лет под гласный надзор с запрещением проживания в столицах, крупных городах и промышленных центрах Союза ССР; в) заключение в ИТЛ на срок 5 лет; г) высылку за пределы Союза ССР иностранных граждан, являющихся общественно-опасными.
2. Для применения мер, указанных в ст. 1, при Народном Комиссариате Внутренних дел Союза ССР под его председательством учреждается Особое совещание в составе: а) заместителя Народного Комиссара Внутренних дел Союза ССР; б) уполномоченного НКВД Союза ССР по РСФСР; в) начальника Главного управления Рабоче-Крестьянской милиции; г) Народного комиссара Внутренних дел союзной республики, на территории которой возникло дело»{172}.
Интересно, что пройдет совсем немного времени, и права Особого совещания будут значительно расширены, вплоть до применения высшей меры наказания (ВМН). Одновременно появится еще один несудебный орган — комиссия СССР и Прокуратура СССР по следственным делам («Двойка»). 1 декабря 1934 г. ЦИК СССР принял постановление «О порядке ведения дел по подготовке или совершении террористических актов». Данным документом устанавливалось:
«…дела рассматривать в течение 10 дней без участия прокурора и адвоката; обвинительное заключение представлять обвиняемому за одни сутки до суда, обжалование приговора и подача ходатайств о помиловании не допускались; приговор к ВМН должен приводиться в исполнение незамедлительно»{173}.
По имеющимся в Барановичском филиале госархива документам только в двух районах — Городищенском и Новомышском — по постановлению Особого совещания при НКВД СССР в 1939–1941 гг. были осуждены и этапированы в концлагеря более 357 «террористов» — ни в чем неповинных белорусских граждан{174}. Если исходить из того, что Барановичская область насчитывала 26 районов, то число жертв советского террора могло составлять 4641 человек.
Со слов участников и жертв тех событий, белорусов, оказавшихся в концлагерях, ждала смерть. Вот что пишет бывший узник советского лагеря смерти Г. Устиловский, чьи воспоминания были опубликованы на страницах «Беларускага гістарычнага часопіса» (1994. № 2):
«Нет, их (белорусов. — А. Т.) не убивали. Их всего-навсего не кормили… люди ели умерших людей» {175} .
Таблица № 17. СИЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ БАРАНОВИЧСКОЙ ОБЛАСТИ (1939–1941) [17] .
| № п/п | Название государственного учреждения | Пункт дислокации | Количество |
|---|---|---|---|
| 1. | Войска НКВД СССР | Барановичская область | 11-я и 15-я бригады НКВД, 226-й и 236-й полки НКВД, 134-й и 136-й батальоны НКВД |
| 2. | РО НКВД БССР | Райцентры | 6 |
| 3. | РОМ НКВД БССР | Райцентры | 27 |
| 4. | Прокуратура | Райцентры | 28 |
| 5. | Военный трибунал войск НКВД Барановичской области | Барановичи | 1 |
| 6. | Военный трибунал Белорусского военного округа | Барановичи | 1 |
| 7. | Областная школа милиции | Барановичи | 1 |
| 8. | Школа оперативного состава НКВД БССР | Слоним | 1 |
| 9. | Внутренние тюрьмы НКВД БССР | Барановичи, райцентры | 27 |
| 10. | Тюрьмы РОМ НКВД СССР | Райцентры | 17 |
| 11. | Особое совещание при НКВД СССР | Барановичи | 1 |
| 12. | Районные суды | Райцентры | 28 |
| 13. | Областной суд | Барановичи | 1 |
| 14. | Суд Белорусской железной дороги | Барановичи | 1 |
| 15. | Военный трибунал Барановичской области | Барановичи | 1 |
Источники: Зональный архив в г. Барановичи. Ф. 188. Оп. 5. Д. 1. Л. 11, 19, 21, 22; Народная воля. 2002. 16 мая; Шаг (Барановичи). 2002. 8 июля; НАРБ. Ф. 4. Оп. 21. Д. 2085. Л. 18–24; KARTA. Nr. 12. Gztery deportacje 1940-41. S. 130–135; Слонімскі край. 2000. № 2. С. 63.
Белорусский историк И. Кузнецов, ознакомившись с формами и методами деятельности репрессивных органов нацистской Германии, пришел к выводу об их чрезвычайной схожести с советскими{176}.
Как уже отмечалось, «победа» 1939 г. была скреплена в III дополнительном протоколе к германо-советскому договору «О дружбе и границах» (28.09.1939 г.) обязанностью подавления в зародыше любого сопротивления на территориях бывшего Польского государства. Из документов 1939–1941 гг. видно, что спецслужбы союзников — НКВД СССР и гестапо — провели три совместных конференции по обмену «передовым опытом» во Львове, Кракове и Закопанах{177}. «Плодотворное сотрудничество», как следует из исследования У. Ника, дало свои плоды: осенью 1940 г. гестапо и НКВД провели совместную крупномасштабную операцию по ликвидации краковского подполья{178}. Под пытками погибли тысячи патриотов — поляков, белорусов, украинцев и евреев.
Советские спецслужбы, судя по фактам, которыми мы располагаем, превзошли своих немецких коллег из гестапо. Репрессивная машина большевиков была уже более обкатанной и более мощной. В Германии гитлеровским режимом было репрессировано около 1,5 процента собственного населения. В Советском Союзе, согласно сообщениям комиссии по реабилитации при президенте России, в период с 1917 по 1953 г. было репрессировано 20,5 млн. человек, из них — физически истреблено около 7 млн.{179}
Таблица № 18. ЧИСЛО РЕПРЕССИРОВАННЫХ В БССР В 1917–1940 ГГ. (ПО МАТЕРИАЛАМ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЛ, ХРАНЯЩИХСЯ В КГБ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ).
| Годы | Число репрессированных |
|---|---|
| 1917–1929 | около 10000 |
| 1929–1934 | более 46000 |
| 1935–1940 | 86168 (расстреляно 28425 человек) |
| Всего… | 142168 |
Источник: Адамушка В. Палітычныя рэпрэсіі 20-50-х гадоў на Беларуси Мінск, 1994. С. 9; Беларуская гістарычная энцыклапедыя. Т. 6. С. 175.
Точное число репрессированных в межвоенный период пока не установлено. Публикации последних лет свидетельствуют: чекисты действовали очень прагматично и расчетливо, жертвы, как правило, далеко не вывозили. Анализируя работы отечественных историков — авторов исследований, изобличающих советский тоталитарный режим, — можно сделать вывод: все места расстрелов располагались, как правило, в радиусе не более 5-10 километров от городской тюрьмы. Если исходить из того, что из числа арестованных, дела которых рассматривали несудебные органы, к ВМН в тогдашней БССР приговаривалось не менее 45 процентов, то, судя по сообщениям белорусской печати, в тюрьмах к расстрелу приговаривался каждый второй арестованный{180}. По подсчетам уже упомянутого Яна Гросса, «за 1939–1941 гг. сталинисты погубили почти в три раза больше жителей бывшего Польского государства, чем фашисты{181}. И это при всем том, что под советским контролем (Западная Беларусь и Западная Украина) польских подданных оказалось почти вдвое меньше, чем под нацистской оккупацией (Генеральная губерния)».