Нефритовая сколопендра
Шрифт:
По залу прокатился смех.
После ряда предложений, Совет решил сдать Золотознаменным колдуна с Трех холмов. На том первый день заседаний и закончился. Все в приподнятом настроении отправились праздновать.
На расцвеченной праздничными фонариками площади по кругу стояли шатры в которых стояли ломящиеся от вина и еды столы. Напротив губернаторской резиденции была выстроена сцена, на которой в освещении жаровен и фонариков известная столичная труппа “Падающая Луна”, под довольно агрессивный аккомпанемент степного оркестра, давала сюаньскую драму о юноше, который, сгорая от любовной страсти, ошибается домом и попадает в лапы к старой деве. Зрители, из числа успевших подкрепиться, заразительно хохотали над неудачливым юнцом.
Госпожа Лань, опираясь на руку Гу, вышла на площадь, ежесекундно раскланиваясь и обмениваясь любезностями с другими членами ковена. Фа Цуня сразу утащил к шатрам с напитками один из его старинных приятелей. Госпожа с тревогой смотрела в спину уходящему управляющему. Гу даже стало неловко. Он знал о нездоровом желании госпожи держать под контролем все и всех, и ему стало ее жалко, когда он представил бурю эмоций, которую сейчас переживает эта пожилая женщина. Поэтому он решил, что уж он то ее не покинет и будет весь вечер сопровождать. Но тут им навстречу, вроде бы невзначай, выплыл Мяо Золотой корень, сопровождающий трех щебечущих девушек.
– Прекраснейшая госпожа Лань. – с искренней улыбкой, слегка надтреснутым голосом проговорил Мяо и легко поклонился, опираясь на тонкую изящную трость красного дерева с золотым набалдашником. – Очень рад вас увидеть и поговорить не за формальным столом Совета.
Госпожа Лань тут же сориентировалась, и чуть склонив голову, отчего золотые подвески на монументальном головном уборе звякнули, с улыбкой вытолкнула вперед Гу.
– Позвольте представить, мой ученик и названный сын – Гу Лань. – пропела она голосом, в котором слышался звон хрустальных колокольчиков.
– Очень приятно! – ответил Мяо. – А это мои… – он слегка замялся. – Внучки! Это Юйлин, Сяоминь и Чудже. Прошу, знакомьтесь, молодые люди.
Гу вежливо и с достоинством поклонился. Девушки склонили головы, прикрывая губы веерами. Все три были очень разными, но несомненно, симпатичными.
– Гу, мальчик мой, развлеки девушек чтобы они не скучали, а мы с уважаемый господином Мяо обсудим несколько важных вопросов. – самым мягким своим тоном проворковала госпожа и плавно удалилась, зацепив руку Золотого корня.
Гу внутренне похолодел. Его опыт светского общения был минимален, а все советы мудрого управляющего в этот момент вылетели из головы. Но он взял себя в руки, с улыбкой поклонился девушкам и сделал приглашающий жест в сторону шатров со сладкими десертами. Девушки прыснули и двинулись следом за юношей.
Глава 14
Девушки угощались пирожными и весело щебетали, бросая на Гу быстрые взгляды. Юноша, хотя уже достаточно взрослый молодой человек, стойко сносил эти смотрины. Он еще не совсем привык мыслить как наследник одного из влиятельных кланов севера и поэтому часто ловил себя на том, что деревенеет, пытаясь держать себя “как подобает”. Эх, если бы рядом был бы Фа или хотя бы Сигур. Но, кроме симпатичных весело чирикающих девушек рядом стояли только два молодых степняка, неприязненно разглядывающих Гу.
Представление на сцене закончилось и оркестр тоже остановился передохнуть. Можно было не кричать, чтобы быть услышанным.
– А правда, что вы, господин сами делаете манкуртов? – спросила одна из девушек, кажется Юйлин.
– Я помогаю госпоже Лань во всех ее трудах. – вежливо ответил юноша.
– Ой, как интересно! – тут же встряла вторая, невысокая с огромными широко распахнутыми карими глазами. – А расскажите…
Да! Да! – тут же загалдели все три разом. Гу почувствовал, как внутри нарастает паника и неимоверным усилием заставил взять себя в руки.
И тут сзади послышался громкий глумливый голос: – А это, наверное, еще один безродный выкормыш нашей старой многоножки? А куда делась ее любимая желтоволосая обезьяна? – это сказал один из молодых степняков в расшитом яркими цветочными узорами ватном халате. Второй, выглядевший как его родной брат, скалил зубы в усмешке. Вместо буфанов на красной, подбитой мехом шапке каждого был укреплен бунчук из волчьего хвоста. Но даже и без него было понятно из какого клана эти молодцы. Оба были коренастые и широкоплечии с кривыми ногами прирожденных всадников.
Кровь ударила Гу в лицо, насмешку над собой он бы еще перенес, даже не смотря на то, что рядом стояли симпатичные девушки, но прямое оскорбление госпожи Лань, которая заменила ему мать, вывело его из себя, хотя внешне он оставался невозмутим – спасибо урокам Фа Цуня. Гу засунул большие пальцы рук за пояс, деланно небрежно усмехнулся и ответил: – Вы что, скотники, весь навоз уже убрали? Вас погулять отпустили? – девчонки в этот момент захихикали, прикрываясь веерами.
Улыбки степняков растаяли, как первая снежинка на ладони.
– Я твои потроха своим псам скормлю. – в бешенстве выдавил из себя первый из Степных волков и схватился за рукоять кривой сабли.
– Я что-то других псов тут не вижу. – в притворном удивлении огляделся Гу. – Может вон в том темном переулке?
В этот момент, почувствовав, что будет драка, девушки, легко поклонившись молодому Ланю, направились на площадь.
– Да, там. – сказал второй степняк и потащил за собой друга.
Гу, оглядевшись, отправился следом за Степными волками, проверив на всякий случай пистолет в кобуре. Как ни странно, страха или тревоги юноша не испытывал, только тупое холодное бешенство и задор.
Буквально через несколько шагов молодые люди оказались в темном кривом переулке, освещенным только отблесками огней с площади. Степняки и Гу почти синхронно выхватили клинки. Обещавший обед своим псам молодец, бахвалясь, с уханьем выделывал в воздухе восьмерки. Кривая широкая сабля, сверкая в желтых отблесках, со свистом рассекала воздух. На площади опять забухал оркестр, скрывая все остальные звуки. Гу встал в стойку, держа меч обеими руками, чуть поводя лезвием на уровне своих глаз. С места, вращая саблей, степняк скакнул к Гу и клинки столкнулись, породив несколько искр. Последовал обмен ударами, где Лань только оборонялся, сдерживая дикий напор противника. Второй молодец плавно заходил за спину Гу, но вдруг в его подбородок уперлось острие тяжелой и широкой сабли, украшенной множеством неизвестных иероглифов.
– Не надо мешать. – прозвучал над ухом степняка голос с жутким акцентом. И тот с ужасом увидел перед собой расписную физиономию варвара с желтой бородой из свиты госпожи Лань. Слухи о Сигуре ходили самые неправдоподобные, но всегда жуткие. Молодой человек побледнел и судорожно сглотнул.
А Гу продолжал увлеченно фехтовать, постепенно наращивая темп и заставляя уже противника уходить в оборону. Степняк начал отступать, шипя от ярости. Наконец молодой Лань сделал неуловимо грациозный пируэт и тонкий чуть искривленный меч чиркнул по предплечью правой руки Степного волка. Тот вскрикнул и выронил саблю, схватившись за место пореза. Его халат в этом месте стал темнеть от крови. Он застыл и смотрел на Гу полными ненависти глазами. Через несколько мгновений степняк не выдержал: – Ну давай, добивай, чего ждешь, сучий сын!