Чтение онлайн

Фили и Кили сидели у костра рядом с Гермионой, привалившись спиной к большому камню. Фили точил свой кинжал, размеренно водя им по куску песчаника. Девушке казалось, что нож был уже настолько остр, что мог резать даже воздух.

Хотя Гермиона была погружена в собственные мысли, она замечала, что гномий король исподтишка наблюдает за ней. Она не была уверена, что именно видит в этих коротких взглядах. Торин был закрытой книгой, загадкой, и Гермиона вдруг подумала, что до сих пор не видела на его лице других эмоций, кроме досады и раздражения. Она даже не была уверена, что видела как он улыбается.

— Вы должны спать, — вдруг сказал он, отводя взгляд. И добавил: — Завтра мне не нужна будет обуза в виде не выспавшейся вас.

Вздохнув, Гермиона легла рядом с Бильбо и прикрыла глаза. По другую сторону от нее, проигнорировав осуждающий взгляд Торина, тут же бухнулся Кили.

— Почему он такой? — не открывая глаз прошептала она. — Он презирает эльфов, ненавидит орков и не доверяет людям. Кажется, что в разной степени его раздражаем все мы.

— Поверь, дитя, у него есть для этого резоны, — тихо заговорил Балин. — Он был так молод, когда на него свалилось столько горя и забот. Он лишился дома, его отца и деда убили гоблины. Орки гоняли его народ по долам и весям не один год. Те, что считались друзьями, отвернулись от него, союзники — не пришли на помощь. Но Торин не только выжил, но и сумел основать новое царство в Синих Горах. Гномы верят, что когда он откроет потайную дверь в камне Одинокой горы и снова войдет в Эребор, дракон Смауг будет побежден, камень царей Аркенстон вернется к нему, и Седьмое гномье королевство вернет свое былое величие.

Вдруг тишину разорвал далекий, но оттого не менее жуткий вой. Гермионе показалось, что кровь разом похолодела в ее жилах.

— Варги, — сказал Торин. — Значит, орки тоже недалеко. Надо быть начеку.

— Кого вы называете варгами? — спросила Гермиона.

— Волколаки, оборотни, мутанты... какая разница? Главное они все как один служат злу. Не щадят никого — рвут на части и гномов, и людей, и эльфов. И подчиняются только своим хозяевам — оркам и гоблинам.

— Они... далеко?

Торин задрал бровь.

— Вы боитесь, леди?

— Я солгу, если скажу нет, — подумав, ответила Гермиона. — В том мире, откуда я пришла, есть оборотни. И почти все они служат самому темному и жестокому волшебнику, какого только знал свет. По его приказу они увеличивают свою армию, кусая людей и обращая их. Один из оборотней, вожак стаи по имени Фенрир Сивый, убил моих родителей и двухлетнего брата.

Гермиона шумно выдохнула, проглатывая горький комок непрошенных слез. Я не буду плакать. Только не перед ним. Она молчала, позволяя Кили утешительно поглаживать ее по спине и не замечая, что сама в безотчетном движении крепко стиснула его ладонь.

— Как ты пришла в наш мир? — вдруг спросил Торин.

Гермиона ответила ему непонимающим взглядом.

— Эмин, — впервые он произнес ее имя, словно пробуя его на вкус и глядя прямо в ее янтарные глаза. — Я хочу услышать не те несколько слов, что нам сообщил Гэндальф. Ты — член моего отряда, мои люди доверяют тебе. Я должен верить тебе.

— Торин! — поднимаясь, зарычал Кили. — Мне все равно, что ты себе вообразил! Я буду защищать ее!

— Не стоит, он твой дядя, — прошептала Гермиона, удерживая его за руку. — Ты должен ценить свою семью — у тебя она есть.

— Мальчики правы, Торин, — поддержал Балин. — Что на тебя нашло?

Вожак молчал. Он скорее спрыгнул бы в Бездну Дарина, чем согласился озвучить свои душевные метания. Торин уже не знал, что конкретно не дает ему покоя. То, что его племянники дружили с девушкой, было само по себе неудивительно. Молодость, как сказал Гэндальф. Но негодные мальчишки не отходили от нее дальше, чем на несколько шагов!

Торин сжал кулаки и мысленно выругался.

Они заботились о ней, оберегали, защищали. Из-за нее Кили и Фили перечили ему — главе их рода, их королю, их вожаку. А юная волшебница, хотя и не просила о покровительстве, но принимала его.

Было ли это простой заботой о ближнем? Торин жил на свете достаточно долго, чтобы ответить на этот вопрос отрицательно.

Он привык считать своих племянников неразумными, избалованными детьми, но теперь видел совсем иное. Кили семьдесят семь лет — юный возраст по гномьим меркам, но он уже мужчина. И сейчас он, без сомнений, защищает женщину, которую выбрал. Бережет, будто самую хрупкую драгоценность, сохраняя ее для долгой счастливой жизни, для будущих весен; предвосхищает то, что еще скрыто за семью печатями, и надеется, верит, ждет, что его усилия не пройдут даром, и в конце пути исполнится то, что задумал он в своем сердце.

Торин мог бы подумать, что это только блажь, зов юности и безрассудности, но ему хватило одного взгляда в черные глаза племянника, смотрящие на него с предупреждением и угрозой, чтобы понять, что все очень серьезно. Кили уже выбрал ее — женщину другой расы, о которой никто ничего не знал, и которая сама не все знала о себе.

Ауле Великий, — подумал Торин. То, что прямо у себя под носом не заметил я, прекрасно разглядел Фили. Без сомнения, он поддержит младшего брата в любом вопросе. Он пойдет с ним до конца и при надобности умрет за него. Или за ту, что стала так важна для него.

Торин спрашивал себя, понимает ли эта человеческая девочка, что творится сейчас рядом с ней? Замечает ли огонек в глазах Кили, это тщательно скрываемое любование, когда он исподтишка наблюдает за ней?

Подгорный король не был в этом уверен. Эмин не принадлежала их миру, их нравы и обычаи были неизвестны ей. Но она была сильной, храброй и такой мудрой, что было так не свойственно ребенку ее лет. Торину оставалось надеяться, что все решится само собой.

Он вынырнул из тяжких размышлений, когда на полянку, где, мирно похрапывая, спал его лагерь, сопровождаемый треском сломанных веток, ворвался Гэндальф. Конь под ним хрипел, с его боков хлопьями падала пена. Маг ударил посохом о землю, и поляну залил яркий свет. Гермиона вскочила на ноги, выхватывая палочку.

— Торин! Поднимай остальных, надо уходить как можно скорее!

— Гэндальф, где тебя носило?! Что, во имя Дарина, происходит, если ты выглядишь так, будто за тобой гонится стая волколаков?

— Варгов, если быть точным, — мрачно возвестил волшебник. — Плато кишит орками и гоблинами, они прочесывают лес и скоро будут здесь. Торин, я уверен, что они ищут именно нас.

Беги! Опасность дышит в спину,

От вражьей стали уклонись,

Тебе не дам в стремнине сгинуть,

И руку протяну — держись!

Спасенный, сразу не заметил,

Как получил Судьбы урок,

И в том бою избегнув смерти,

Тебя избегнуть я не смог.

— Единственный гоблин, которому я перешел дорогу, мертв! — вскричал Торин. — Азога больше нет, он уполз обратно в свою нору и сгнил там!