Чтение онлайн

Повисла многозначительная тишина. Напряженные взгляды блуждали по комнате.

– Мы пойдем! – вдруг послышались голоса, и из толпы рослых, облаченных в кольчуги богатырей, вышли два маленьких тщедушных мужичка, в простой крестьянской одежде.

Евпатий удивился сему неожиданному явлению.

– Кто же вы такие будете?

– Ремесленники мы! Но ты не боись, свое дело мы знаем! – Евпатий хотел еще что-то спросить, но добровольцы опередили его, заявив:

– Нам не впервой, сынок! Мы еще у батюшки твоего служили, и на хорошем счету были! Почитай все задания справно выполняли, без огреха.

– Мы люди неприметные, в любом месте можем неожиданно появиться, и так же неожиданно исчезнуть.

– А коли поймают вас?

– Хе-хе-хе– заскрипели мужички, – поймать то нас не так просто, мы свечным салом смажемся, да в дверную щель уйдем, и поминай как звали.

Евпатия рассмешило подобное бойкое заявление.

– Ну что же, не возражаю! Ступайте, но разузнайте все как положено, от этого может жизнь человеческая зависеть, и не одна!

Неспокойно было на душе у Евпатия. Даже после того, как он отправил своих людей на разведку в стан неприятеля, не переставал думать: «Что же задумал коварный Глеб»? Оседлав коня, он помчался в городок Ожск, что в тридцати верстах к югу от Рязани. Там в своем имении, вдали от столичной суеты жили братья Ингварь и Юрий Игоревичи. Пять лет они томились в заточении у Всеволода. Их имена тоже были в числе приглашенных на торжество, и Евпатий решил узнать, что они думают на этот счет.

В Ожске молодого воеводу приняли радушно. И в качестве развлечения предложили Евпатию разделить с ними удовольствие, в поимке дикого зверя, которого в местных лесах было в избытке. Охота была страстью для именитых рязанцев, и Евпатий с радостью согласился. Ему вспомнились времена, когда был жив отец, бравший его с собой на охоту. Тогда ребенком, он одновременно испытал чувство настоящего восторга, и страха в момент опасности, когда разъяренный зверь бежит прямо на тебя.

Охваченные азартом погони, охотники не заметили, как наступил вечер и пришла пора возвращаться. Довольные результатами все трое расположились у ночного костра, и за приготовлением дичи предались разговорам.

– Ты славный охотник, Евпатий! Но все же не это привело тебя к нам. – Молвил Ингварь.

– Ты прав! Предстоит охота куда опасней. На кону существование всего вашего рода.

– Откуда же исходит эта опасность? – Пробормотал Юрий, тщательно пережевывая кусок зажаренного мяса.

– От самого князя! Глеб с братьями что-то задумал, и мы пытаемся разгадать их истинные намерения.

Евпатий достал приглашение князя, адресованное ему, и подал Ингварю.

– Да! У нас точно такие же. – Они сравнили два свитка. – Абсолютно одинаковые, и в обоих письменах одни и те же имена.

– Что в этом особенного, Евпатий?

– Пока не знаю, но скоро выясню.

– Брось, нечего выяснять, завтра поедем и все узнаем! На, лучше, выпей за удачную охоту, – Юрий протянул ему чарку с горячительным напитком.

– Нельзя вам туда! – твердо сказал Евпатий.

– Ты думаешь? – сказал Ингварь и с опаской поглядел на брата. Он был старше Юрия, и проведенное время в плену не прошло для него даром. Став более осторожным, рассудительным, Ингварь старался прислушиваться к людям. Особливо его интересовало то, что касалось внутренней политики, проводимой князем. Ведь он был одним из наследников на княжеский престол.

– На протяжение последних дней, под Рязань прибыло внушительное количество половцев, – Продолжил Евпатий, отведав напитка. – Им не удалось скрыться от глаз наших дозорных отрядов, поэтому их численность и вооружение нам доподлинно известно.

– Странно? Половцы на торжествах у князя, – отозвался Юрий. – Они-то тут причем?

– А ты внимательно прочти документ! – воскликнул Евпатий, опустошая очередную чарку с хмельным напитком. Там идет речь о торжествах в честь подписания мирного договора со степняками.

– На моей памяти такого договора подписано не было! – задумавшись, произнес Ингварь. – Вранье все это!

– Вот и меня это насторожило! Когда был живы мой отец и князь Роман, такой договор точно не мог появиться, – подтвердил Евпатий.

– Что же задумал Глеб? – в раздумьях произнес Ингварь.

– Что бы он не задумал, ехать туда не следует! Я отправил в разведку двух своих людей, к утру они должны будут вернуться с вестями. Так что, друзья, давайте укладываться спать. Утро вечера мудренее!

Разморенные усталостью и крепкими напитками, воины побрели в дом. Евпатия разместили в гостевой избе, примыкавший к княжескому двору. Самих же братьев, ждали их семьи. Жены и дети находились в постоянной тревоге, когда отцов не было рядом. Смутное время, которое переживали жители Руси, давало о себе знать.

Перед тем как лечь, Евпатий долго ходил по комнате, осматривая все вокруг. В доме было тепло и уютно, пахло соломой и свежим деревом, по-видимому, дом недавно поставили и с тех пор он видел мало посетителей.

Скинув с себя сапоги и верхнюю одежду, Евпатий устроился поудобнее на полатях, задумчиво разглядывая деревянные узоры на потолке. В голове приятно бродил хмель и спать совершенно не хотелось. Краем уха он услышал, как скрипнула входная дверь, и оглянулся. На пороге появилась молодая девица. Ее густые светлые волосы, были заплетены в толстую косу, которую она теребила, держа в руках, стесняясь своего присутствия. Огромные, голубые глаза доверчиво смотрели на Евпатия, проникая в самую душу. Она была одета так, как будто только что встала с постели. Белая ночная сорочка из тонкого льна, повторяла контуры стройного тела.

Евпатий очень удивился, увидев рядом с собой красавицу. Поначалу он принял ее за сон навеянный усталостью и хмелем. Но как только красавица пересекла комнату, и легла рядом с ним, забравшись под овчину, он, ощутив запах и тепло ее тела, понял, что это не сон.

– Кто ты, красавица? И что тебе надобно? – тихим голосом, чтобы не испугать девицу, произнес Евпатий.

– Я Евдокия! Я хозяйка здешняя!

– Ты всех гостей так встречаешь, Евдокия? – произнес Евпатий, проводя рукой по ее волосам.

– Нет, только тебя! Еще утром приметила тебя, и только сейчас осмелилась подойти. Ты не переживай, все уже спят…– Евдокия положила голову на мускулистую грудь богатыря. Оба почувствовали вдруг невероятную тягу друг к другу, словно долгое время были знакомы.

– Сколь лет тебе, милая? – Евпатий приблизился к губам Евдокии и ощутил тепло ее дыхания, голова закружилась у богатыря еще сильнее, и все тело наполнилось сладостной истомой. Он обнял и крепко прижал к себе девицу, чувствуя каждый удар ее юного сердечка.