Чтение онлайн

— Ты солнце этого мира, — сквозь зубы процедил верховный жрец. — А солнце должно быть идеальным.

«Солнце» пьяно икнуло и попыталось отползти. Неудачно. Соскользнул и скатился, гремя навешанными на себя драгоценными цепями.

— Жив, — проверил, спустившись, помощник.

Осарх и не сомневался — живучая скотина.

— Вынесите во двор. Топить, пока не протрезвеет, — приказал он.

— Что там слышно про наших друзей повстанцев? — поинтересовался Осарх, когда помощник передал — не слишком вежливо — императора слугам.

— Я получил сообщение от нашего человека: ему удалось подобраться к главарю. Кое-кто обещал его свести с ним. Ваша идея устроить побег паре избранных сработала. Им заинтересовались. Если все пройдет хорошо — мы обезглавим эту банду.

— Хорошо бы, — согласился Осарх.

Повстанцы начинали все больше беспокоить верховного жреца. Из единичных акций протеста они выросли в серьезную силу. И чем раньше он их задавит, тем лучше. Если не поторопиться, глупцы поднимут восстание, и страна погрязнет в кровавой бойне. Тогда его скромные праздничные жертвоприношения детской сказкой всем покажутся.

Фаттарец был высок и сухощав, кожа — цвета высушенного на солнце серого листа. Светлые глаза в обрамлении белых ресниц будто смотрели с изнанки мира — столь чужд и странен был их взгляд. На бритом черепе чернели узорами татуировки. Казалось, на голове некроманта среди цветов свили гнездо змеи. Ввалившиеся щеки вызывали желание накормить гостя, а длинные тонкие пальцы — держаться подальше.

Наставник Славы уверял — Рихс лучший в своем деле. Возможно, так и было, только профессионализм у него, на взгляд Юли, отдавал снобизмом.

— Дикарь! — брезгливо заключил фаттарец, едва войдя в комнату и окинув стоящего у окна Сергея коротким взглядом. — Мы таких не учим, сразу блокируем дар. Если желаете, могу заняться прямо сейчас.

— Каковы последствия? — быстро спросил Харт, пока остальные приходили в себя от столь резкого заявления. Сергей стойко выдержал удар, лишь сравнявшись бледностью с гостем.

— Сложно сказать.

Некромант подошел к землянину. Прошелся изучающим взглядом с ног до головы, не удосужившись стереть презрение с лица.

— Если дар не успел врасти в ауру, он ничего не почувствует. Но я рекомендовал бы убрать воспоминания, чтобы снизить эффект блокировки. Впрочем, последствия в таких делах не важны. Дикари получают дар по ошибке, выжив после встречи со смертью. Это не имеет право на существование.

Атмосфера в комнате сгустилась, потяжелев. С одной стороны потянуло мертвенным холодом, с другой — воздух нагрелся и пахнул жаром.

Рихс продолжил вещать, словно не замечая недобрых взглядов асмасцев.

— Мне сказали, дикарь из проклятого мира. Тем интереснее будет посмотреть результат, — он сцепил длинные пальцы, разминая, словно планировал ими забраться в душу Сергея и поставить там заплатку.

— Ах, интересно тебе?!

Кулак, на фалангах которого было набито «ВДВ», с хрустом впечатался в нос несостоявшегося коллеги. Тот отшатнулся, зажимая ладонью нос — сквозь пальцы струйками побежала алая кровь.

— Заблокировать меня хочешь? — пошел в атаку Сергей.

Харт едва успел убрать из-под удара растерявшегося некроманта, оттащить в сторону и прикрыть собой.

Подоспевший Фильярг перехватил разбушевавшегося родственника жены за капюшон черной толстовки, на которой весело скалили челюсти десять разноцветных черепов. Затормозил, не пуская в драку.

Фаттарец застыл, тяжело дыша и ошалело вращая глазами.

— Псих! — промычал он в ладонь. — Изолировать! Он опасен для общества!

— Я тебе покажу психа! — рванул к нему рассвирепевший Сергей. Ткань в кулаке Фильярга натянулась, опасно затрещав. Повиснув на капюшоне, недонекромант заскреб ботинками по полу, потом извернулся, попытался освободиться от толстовки и скинуть захват.

— Пепла нажрался?! — рявкнул, теряя терпение, Фильярг, рывком роняя его на пол. — Я тебя сейчас сам упокою, раз словами не понимаешь!

— Вы же не некромант, — нахмурился было фаттарец, и Харт укоризненно глянул на младшего брата:

— Шутит он так, — пояснил Третий устало, добавив одними губами: — Не видишь, с юмором все плохо.

— Давайте успокоимся! — вмешалась Юля. — Сергей, я думала, ты повзрослел и перестал решать проблемы кулаками. Уважаемый господин Рихс…

— Я буду жаловаться! — возмущенно промычал тот, перебивая.

— Ваше право, — пожала плечами Юля, — но мы подадим встречную жалобу о попытке нанести вред члену королевской семьи.

Некромант заморгал, недовольно скривился и попытался оправдаться:

— Я не лгал вам! Наш дар передается по наследству. Мы учимся с ним работать с рождения. Используем опыт многих поколений. Специальные тренировки. И главное — у нас есть генетическая устойчивость к мертвой энергии! Она позволяет нам оставаться живыми. А он?!

Рихс отнял ладонь от носа, ткнул пальцем в сторону Сергея.

— Понятие не имеет, как работать со смертью! Встретился с ней, потому что умер. Получил дар, потому что остался жив. И что происходит? Сила постепенно поедает его душу. Что случится через пару лет? Живой мертвец! Ни эмоций. Ни желаний. НИ-ЧЕ-ГО! Поверьте, милосерднее убить, чем позволить жить пустой оболочке.

Позже, когда нос фаттарцу вправил вызванный в дворцовый кабинет дежурный целитель, Рихс удалился, ворча, что они еще пожалеют о своем милосердии.

Харт проводил гостя до портала, передал на руки безмолвным и вернулся в кабинет, где спешно разворачивалось совещание.

— Стирание памяти — плохой вариант, — первым высказался Кайлес, и Сергей поддержал его одобрительным взглядом, — как и блокировка дара. Результат непредсказуем: от безвольного овоща до неконтролируемого психа. Это я вам, как менталист, говорю.

Юля не выдержала, встала, заходила по кабинету.

— Не понимаю я этой генетической избранности, — нервно поправила она выбившуюся прядь из прически. — Придумали тоже: проще убить, чем учить. С чего он вообще взял, что у тебя все будет, как у них? — воскликнула она, обращаясь к брату. — Майра не из потомственных некромантов и никакой потери эмоциональности я за ней не замечаю.