Чтение онлайн

Точка, которую Баттелл выбрал для перехода, была брешью в этом хребте. Непосредственно под ней хребет был очень крутым, но с этой точки можно было добраться до вершины по некрутому склону к югу. Я набросала все приметные объекты по прямой линии от обсерватории до разлома, к которому мы хотели добраться как можно скорее, так как чувствовали, что наша помощь крайне необходима. Эта работа была завершена, когда мы заметили, что команда с санями обходит северную сторону, и поспешили вниз, чтобы встретить их у подножия горы на востоке. Мы убедились, что все готово к быстрому маршу: сани были легко нагружены такими приспособлениями, веревками, шкивами и т. д., которые были необходимы для оказания нам наиболее эффективной помощи. Собаки натягивали упряжь, словно желая пробежаться, а мужчины были свежи и чувствовали необходимость физических нагрузок.

Оттепель только началась, и дорога была хорошей. Все условия казались благоприятными. Капитан Ганоэ и я отправились по маршруту, который, по нашим наблюдениям, был наиболее удобным. Менее чем через два часа мы достигли подножия хребта, расположенного чуть ниже расщелины, где мы нашли капитана Баттелла. Мы наткнулись на поверхность, покрытую вулканическим пеплом и окалиной, и наши мысли мгновенно вернулись к землетрясению, разорвавшему ледяное поле, и к нашему спасению от гибели. Однако сейчас было не до размышлений. Наша задача заключалась в том, чтобы как можно скорее достичь вершины.

Мы убедились, что прямой подъем будет очень трудным, но наклонная полка вдоль грани хребта позволит нам достичь вершины в точке, находящейся примерно в полумиле к югу от расщелины. Эта полка, или уступ, была шириной в несколько ярдов, и ее вид, покрытый пеплом, создавал впечатление, что это была ровная береговая линия, которая в результате какого-то мощного природного катаклизма была опрокинута с юга под углом около двадцати пяти градусов, и что общая поверхность была выровнена последующим отложением в нижней части.

Мы сразу же начали подъем по этому сравнительно легкому маршруту. Однако затащить сани с необходимым инвентарем на вершину оказалось делом утомительным и хлопотным. Однако менее чем через час, несмотря на многочисленные передышки, мы достигли вершины и оказались на ровном плато шириной в несколько сотен футов, примерно в полумиле к югу от того места, где мы ожидали найти капитана Баттелла и его товарищей.

Пока наша группа задержалась, чтобы дать собачьей упряжке отдохнуть, капитан Ганоэ и я поспешили к разрыву. Добравшись до края, мы обнаружили, что люди отдыхают, подняв большую часть содержимого саней на вершину. Видно было, что им пришлось прокладывать дорогу через сотни футов мерзлого пепла, чтобы достичь нынешнего положения, и не нужно было говорить, что им пришлось очень нелегко.

Большая часть команды спала, и никто не заметил нашего приближения, пока мы не спустились в расщелину, и капитан Ганоэ не выкрикнул в обычном матросском стиле знакомое:

– Корабль ахой!

Это неожиданное приветствие подняло капитана Баттелла на ноги, но на мгновение он был слишком поражен, чтобы что-либо ответить.

Опомнившись, он подошел и крепко стиснул руку капитана Ганоэ, воскликнув:

– Как вы здесь оказались? Я как раз думал о том, как было бы удачно, если бы вы, догадавшись о нашем затруднительном положении, пришли нам на помощь с лебедкой и еще несколькими канатами и шкивами.

– Именно так мы и поступили, – сказал капитан Ганоэ. – Джек следил за вами из своей обсерватории на вершине ледяной горы, которая покрывает место упокоения Ледяного короля. Как только мы обнаружили вас, мы отправились к вам на помощь с санями, нагруженными такими приспособлениями, в которых вы, как нам показалось, больше всего нуждались.

– Это действительно удача, – сказал Баттелл. – Мы уже почти выдохлись от усилий, которые нам пришлось приложить, чтобы добраться до этой расщелины, и вот теперь, когда мы оказались здесь, мы понимаем, что наши трудности отнюдь не исчерпаны, и нам очень важно перебраться через хребет и приступить к исследованию западной части этого огромного острова из пепла и льда.

Пока он говорил, наши сани показались над пропастью, и люди сразу же присоединились к нам. Хьюстон, выступая в роли представителя наших норвежских моряков, сказал:

– Лиф и Эрик просят разрешить им завершить работу по переносу саней с грузом на западную сторону.

– Передайте им, – сказал капитан, – пусть действуют по своему усмотрению и примут нашу благодарность за оказанные услуги.

Через несколько минут они установили канаты, шкивы и шкворень и дали нам понять, что собаки обеспечат всю необходимую энергию. Вскоре одна из упряжек медленно, но верно понеслась вверх по крутому склону к вершине.

Мы наблюдали за ними несколько минут, когда капитан Гано сказал:

– Я думаю, мы можем спокойно оставить это дело норвежцам и начать возвращение на корабль.

– Я готов довериться им, – сказал Баттелл, – и важно, чтобы мы незамедлительно приступили к сопоставлению наблюдений и составлению планов на будущее. Я чувствую, что нельзя терять время». И, дав несколько указаний Брауну, который был выбран бригадиром на прокладке дороги, чтобы тот оказал посильную помощь, мы отправились пешком к кораблю, что составляло от пяти до шести миль.

На обратном пути Баттелл вкратце рассказал нам о своих наблюдениях и выводах, к которым он пришел.

– Когда мы покинули корабль, – сказал он, – мы взяли юго-восточное направление. Холод был сильным, но благодаря нашим тщательным приготовлениям мы не пострадали так сильно, как можно было бы ожидать. Мы достигли открытой воды через три дня, но берег был настолько обрывистым, что мы не смогли спустить на воду наши лодки-сани и обойти их под парусами, как я предполагал. Поэтому мы продолжили наше путешествие вокруг ледяного поля на север, как и начали его. Общее направление береговой линии в этой точке было с юго-запада на северо-восток. Скорость движения была довольно хорошей, и мы успешно шли около недели, а затем начались проблемы. Вся поверхность была покрыта вулканическим пеплом на неопределенную глубину.

– Поверхность была, очевидно, новой формацией, но тщательное изучение показало, что она покрывала более древнюю формацию очень значительной толщины. Наши зондирования из-за обрывистого характера береговой линии были недостаточно эффективными, но, принимая во внимание мои наблюдения за движениями ледяного поля, я пришел к выводу, что оно зачастую опирается на вершины подводных гор. Если это так, то это, вероятно, ускорит разрушение, когда лед станет таять под воздействием продолжительного солнечного света.

– Удостоверившись в этом, мы отправились в обратный путь, и, если бы не сложный характер местности и не необходимость часто выбирать дорогу, мы были бы уже у вас, когда выглянуло солнце.

Еще до того, как мы добрались до корабля, было решено, что после короткого отдыха Баттелл продолжит свои исследования в направлении западных границ ледяного поля и рассчитает время экспедиции так, чтобы вернуться на корабль до того, как возникнет непосредственная опасность из-за оттепели. Мы пришли к выводу, что плывем в открытом море, и намеревались двигаться на север, когда лед растает; некоторые явления, которые мы наблюдали вместе с другими исследователями, привели нас к мысли, что мы найдем в районе полюса сушу и вряд ли пригодную для жизни территорию.