Чтение онлайн

Но главное, это его аура. Клим Зарницкий источал такую концентрированную мужскую силу и ледяное спокойствие, что пространство вокруг него будто густело. В тесноте машины или на этих широких ступенях я чувствовала себя крошечной. Моя уверенность, выстроенная на брендах и восхищенных лайках, рассыпалась под его тяжелым, брезгливым молчанием.

Я стояла, сжимая ремешок сумки до побелевших костяшек, и чувствовала, как внутри всё дрожит. Это не был страх, это был паралич. Клим не просто оскорблял меня, он лишал меня права на ответный ход. Он забирал у меня воздух, заставляя чувствовать себя никем в собственном мире.

Я смотрела, как он уходит, и тишина в моей голове была оглушительной. Ругаться? Нет. Если я начну орать сейчас, я проиграю навсегда.

Единственный способ победить Клима Зарницкого, это не перекричать его. Это заставить его самого потерять это чертово самообладание. Заставить его заговорить со мной не языком цифр и унижений, а языком жажды, которую он так старательно скрывает.

Я не спорила. Я просто запоминала каждое его слово, чтобы позже вернуть их ему, в виде осколков его собственного сердца.

Но молчать у меня не всегда получалось.

Мы сидели в кабинете Марка, густой запах сигар, элитного виски и амбиций. Клим, как обычно, царил во главе стола, расстелив перед собой карты развития нового холдинга. Марк слушал его с открытым ртом, как пророка. Я сидела в кресле чуть в стороне, делая вид, что листаю журнал, но на самом деле я впитывала каждое слово.

– ...таким образом, - чеканил Клим, постукивая по графику золотой ручкой, - чистая маржа проекта «Азимут» к третьему кварталу перекроет все операционные расходы на логистику. Коэффициент $1.4$ - это наш предел безопасности. Ошибки быть не может, всё просчитано.

Марк кивнул, собираясь подписать бумаги, но я захлопнула журнал. Звук получился сухим, как выстрел.

– $1.28$, - сказала я негромко, но четко.

В комнате повисла тишина. Клим медленно повернул голову. Его взгляд был таким тяжелым, что, казалось, мог прожечь металл.

– Что ты сказала, Николь?
– его голос вибрировал от сдерживаемого презрения.
– Кажется, ты перепутала страницы в своем каталоге помады. Иди на кухню, распорядись насчет льда.

Марк неловко кашлянул:

– Ник, не мешай, мы тут серьезные вещи обсуждаем...

Я встала и подошла к столу, не сводя глаз с Клима.

– Я сказала: $1.28$. Ты забыл учесть поправку на волатильность фрахта и новые таможенные сборы, которые вступили в силу в полночь. Твой предел безопасности это дыра в бюджете размером в триста миллионов. Ты ошибся в элементарном расчете, Клим.

Я увидела, как его пальцы, сжимающие ручку, побелели. Клим быстро пробежал глазами по своим записям. Он понял всё за секунду. Его безупречный мозг выдал подтверждение, я права. Он облажался на глазах у всех.

– Ты решила поиграть в аналитика?
– процедил он, и в его глазах вспыхнула такая ненависть, что у меня перехватило дыхание.
– Ты заучила пару терминов и думаешь, что можешь вставлять свои пять копеек в мои дела?

– Я не играю, Клим. Я просто умею читать цифры, в отличие от тебя, когда ты слишком занят любованием собственным величием, - я наклонилась над столом, глядя на него в упор.
– Твой расчет, мусор. Как и твоя уверенность в том, что ты здесь самый умный.

Марк замер, переводя взгляд с меня на Клима. Он никогда не видел, чтобы кто-то так опускал его идеального друга.

– Послушай меня, - Клим медленно встал, нависая надо мной. От него веяло холодом и опасностью.
– Если ты еще раз откроешь свой рот, чтобы поставить под сомнение мою работу, я сделаю так, что ты будешь считать копейки на паперти. Ты здесь, всего лишь приложение к Марку. Знай свое место.

– Мое место там, где я вижу твои косяки раньше тебя, -я оскалилась, чувствуя дикое удовольствие от его ярости.
– А твое место, видимо на курсах повышения квалификации. Расслабься, Клим. Ты просто человек. Глупый, заносчивый и совершающий ошибки человек.

Я развернулась, взяла свой бокал и направилась к выходу, бросив через плечо:

– Марк, не подписывай. Он сегодня не в форме. Видимо, слишком много думал о балласте, раз мозг начал давать сбои.

Однажды, он пригласил нас с Марком в гости.Марк понятно, но зачем меня?

Музыка, голоса, смех гостей Клима были лишь фоном для моего внутреннего хаоса. Его особняк, холодный и безупречный, как он сам, казался декорацией для чужой жизни. Марк, мой парень, уже полчаса искал меня, чтобы познакомить с очередным нужным человеком. Я же ускользнула, чтобы глотнуть свежего воздуха и хоть на пару минут избавиться от навязчивого ощущения, что все здесь смотрят на меня как на случайную ошибку.

Я вышла в сад, где ночная прохлада приятно освежила кожу. Светало. Небо на востоке уже начинало сереть, предвещая рассвет. Я шла по дорожке, окруженной идеально подстриженными кустами, когда вдруг услышала тихий смех. И не один.

Звук шел со стороны бассейна. Я свернула за пышный куст жасмина, и тут же замерла. Сердце сжалось от странного, режущего ощущения.

В мягком, синеватом свете подводных фонарей бассейна стоял Клим. Обнаженный по пояс, его мощный торс блестел от капель воды. К нему прижималась молодая девушка блондинка с длинными волосами, которую я видела сегодня среди гостей. Он целовал её. Жарко, глубоко, с какой-то хищной, откровенной страстью. Его руки крепко держали её за бедра, прижимая к себе, а её ноги обвивали его талию. Их тела были сплетены в единый, пульсирующий узел желания.

И в этот самый момент, когда его губы оторвались от её рта, он поднял глаза. И увидел меня.

Расстояние между нами было метров десять, но мне казалось, я ощущаю его взгляд кожей. Его глаза, обычно такие холодные и расчетливые, сейчас горели диким, первобытным огнем. Он не отстранился от девушки. Не двинулся с места. Он просто смотрел на меня.

Его взгляд был вызовом. Он словно говорил: «Видишь? Я такой. Я хочу. И мне плевать, что ты здесь». Но в этом взгляде было что-то еще, странное, мимолетное, похожее на осознание или даже вопрос.

Моё дыхание перехватило. Я не могла отвести глаз от этой картины, от его потного торса, от блеска её кожи, от их сплетенных тел, и от его глаз, которые смотрели прямо в мои. Это была откровенная демонстрация силы, животной, неприкрытой. И я чувствовала, как эта сцена впивается мне в мозг, оставляя жгучий след.

Секунды тянулись бесконечно. Казалось, весь мир замер, кроме наших взглядов. Потом девушка что-то прошептала Климу на ухо, и он, не отрывая от меня глаз, снова прильнул к её губам, будто нарочно усиливая зрелище.