Чтение онлайн

В субботу мне становится нехорошо… начинаются месячные. Я немного смущаюсь, хочу сказать, что мне лучше побыть одной, но он будто читает мои мысли…

— Говори, чё случилось? — спрашивает, заметив, что я стала тише. Или скрытнее, не знаю.

— Да просто…, — краснею я. — Может, лучше до понедельника, а?

— Малыш… избегаешь прикосновений, зажимаешься… — перечисляет с улыбкой на лице. — Чё мы как дети, а?

— Да, блин, да… у меня месячные, Демьян… Вот умеешь ты под шкуру залезть…

— Дана, — он берёт меня за руки. — Это нормально. И я никуда не собираюсь уходить, блин. Ты чё думаешь, мне только ебля что ли нужна?

— А что нет?

— Нет, блин! Ты… — отвечает он, стиснув челюсть, и я проглатываю ком. — Что нужно? Грелка? Чай? Что-то сладкое?..

Я пожимаю плечами, хихикая, а он тут же встаёт, идёт на кухню, заваривает ромашковый чай, достаёт мне сладости, потому что уже знает, где что лежит, закутывает меня в плед… А потом садится рядом, гладит меня по спине, по волосам, шепчет:

— Всё хорошо. Отдыхай. Я рядом…

И это так трогает, что на глаза наворачиваются слёзы. Никто раньше так не заботился. Никто не смотрел с такой нежностью, когда мне было плохо… Наверное, я и не ожидала, что он так умеет… Этот мужик вообще что-то с чем-то. Кладезь всего самого необходимого. Мне… Лично мне...

Чуть позже он возвращается с пакетом из магазина:

— Я тут сходил… Купил мороженое — баунти, твоё любимое. И клубнику. Свежую, крупную. Сказал, чтобы самую лучшую выбрали.

Я смеюсь сквозь слёзы, обнимаю его крепко-крепко:

— Ты вообще настоящий, Демьян, а?

— Ну а как иначе? Настоящий, — улыбается он. — Ты же моя. И если тебе плохо — я должен быть рядом.

— А если я буду болеть гриппом? — шучу я. — Тоже будешь сидеть со мной, отпаивать чаем и читать сказки на ночь?

— Конечно, — серьёзно кивает он. — Только сказки я плохо помню, так что, скорее всего, буду придумывать на ходу… Про дракона, вредную принцессу, вроде тебя и зелёного орка…

— Эй! — толкаю его в плечо. — Я не вредная!

— Ну ладно, — смеётся он. — Про прекрасную принцессу… Так лучше?

— Гораздо, — киваю я, улыбаясь.

Мы долго сидим на диване, обнимаемся, разговариваем. Он рассказывает какие-то смешные истории из детства, я делюсь своими воспоминаниями. И с каждой минутой я всё сильнее чувствую к нему невозможное притяжение. Это что-то глубже. Что-то, от чего внутри всё теплеет, а сердце бьётся чаще даже от взгляда…

«Как он это делает?» — думаю я, глядя, как он аккуратно поправляет плед на моих ногах. — «Как умудряется быть таким идеальным? Без пафоса, без показухи, просто берёт и заботится. И так естественно, будто это самое обычное дело… Будто он действительно меня любит»…

Когда наступает среда — день перед командировкой, я всё сильнее грущу. Мне улетать завтра утром, и внутри всё сжимается от мысли, что мы будем не вместе целых три дня. Всего три дня вроде бы, но кажется, будто вечность.

Днём Демьян вызывает меня к себе и ждёт с распечатанными билетами, документами, маршрутом. Всё продумано до мелочей. Он даже тут постарался…

— Вот, — кладёт он бумаги на свой стол, где мы не так давно отжигали. — Всё готово. Если что — звони в любое время. И пиши. Каждый час, если захочешь…

— Спасибо, — шепчу я, глядя на него. — Каждый час? А разве нашему начальнику не нужно хотя бы изредка работать?

— Нет, конечно, на это есть подчиненные, — пожимает он плечами, будто это само собой разумеется. Я смеюсь. Быстро же он влился в роль…

Но внутри меня уже шевелится тревога. Не о поездке, а о том, что будет здесь, пока меня не будет. В голове крутится Марина и её навязчивое желание оказаться рядом с ним. Она всегда улыбается ему так… слишком многозначительно. Я знаю, что он не даст повода, но ревность всё равно царапает изнутри…

«Глупо, — думаю я. — Он ни разу не дал повода сомневаться. Он заботится, он рядом, он честен. Почему я всё равно волнуюсь? Может, это просто страх потерять то, что только-только нашла? То, что так идеально?».

Он замечает, что я затихла, берёт меня за руку:

— О чём задумалась?

— Ни о чём, — пытаюсь улыбнуться. — Просто… мне будет тебя не хватать. Даже за эти три дня.

— Мне тоже, — серьёзно отвечает он. — Но мы же будем на связи. И я буду считать минуты до твоего возвращения.

Я хмурю брови:

— А если ты забудешь посчитать?

— Тогда я буду считать секунды, — парирует он. — И миллисекунды.

— Звучит как угроза, — смеюсь я.

— Это она и есть, — подмигивает он.

Он притягивает меня к себе, обнимает так крепко, что становится легче. Я прижимаюсь к его груди, слушаю, как ровно бьётся его сердце, и чувствую, как тревога отступает. Ощущая его сладкий до невозможности приятный аромат, млею и растекаюсь на месте…

— Обещай, что не будешь ни с кем флиртовать, пока меня нет, — шучу я, но в голосе всё равно слышится нотка серьёзности.

— Дана, — он чуть отстраняется, смотрит мне в глаза. — Я ни с кем не флиртую. У меня есть ты. И мне больше никто не нужен… Это ты давай не флиртуй там и жопой не крути…

Его слова звучат так уверенно, так искренне, что я наконец расслабляюсь. Целую его в подбородок, шепчу:

— Я не буду... Просто я так к тебе привязалась. И это пугает…

— Не бойся, — он гладит меня по волосам. — Это хорошо. Это правильно. Я тоже к тебе привязался. Больше, чем думал.

Мы снова обнимаемся. Я закрываю глаза и впитываю этот момент: его тепло, его запах, его дыхание. Запоминаю, чтобы потом, в командировке, доставать это воспоминание, как талисман, и прижать к груди…

Вечером мы ужинаем вместе… Просто макароны с сыром и салат, но это кажется самым вкусным ужином на свете, потому что мы снова готовили вместе. Разговариваем о работе, о планах, о том, что будем делать, когда я вернусь.

— Пойдём в то кафе с видом на реку. Помнишь? Где ещё подают тот пирог с вишней…

— И кофе с корицей, — добавляет он. — Да, помню. Обязательно пойдём. А потом

— в парк, кататься на лодке…

— А потом? — улыбаюсь я.

— Потом домой, — серьёзно говорит он. — Потому что после всего этого ты точно устанешь, а я хочу, чтобы ты отдыхала. И чтобы рядом был кто-то, кто будет тебя греть, кормить мороженым и трахать… Если что.