Чтение онлайн

Ривз поворачивается. Из внутреннего кармана он достаёт кольцо с рубином — тот самый артефакт.

Камень в оправе мягко пульсирует, словно отзывается на его прикосновение.

Ривз становится в центре палаты.

— Мы очутимся в разных концах Империи, Ири.

Он делает паузу.

— Тебя он вернёт к твоему телу. А меня — туда, где ждёт Фехос.

Я киваю. Медленно. Но уверенно.

— Увидимся? — спрашиваю.

Ривз чуть улыбается.

— Я найду тебя. Всегда.

С рубина срывается магия. Пространство дрожит. Свет сгущается, становится вязким, переливается, как расплавленное стекло.

В центре комнаты, между капельницей и креслом, ткань мира начинает складываться внутрь себя.

Сначала — тонкая трещина в воздухе, будто кто-то разрезал пространство невидимым лезвием. Затем — разлом растёт, закручивается спиралью, и в неё затягивает свет, тень, звук.

Воздух внутри портала мерцает, как вода, отражающая ночное небо.

Там — не цвета, а ощущения: ослепительный холод, неяркое тепло, шёпот голосов, которых уже нет.

Магия внутри течёт, как медленно вращающаяся галактика, и в самом центре — спокойное, ровное свечение.

Когда я делаю шаг ближе, волосы вздымаются, как на ветру. Кожа чувствует ток — магический, живой.

Мгновение — и я знаю: если войду, пути назад не будет.

— Ирис! — голос Ривза звучит резко. Он хватает меня за запястье, не давая сделать шаг.

Кожа обжигает, будто под ней вспыхнуло серебро.

— Что ты… — начинаю, но замолкаю.

Он отдёргивает руку.

На запястье на миг вспыхивает тонкая серебристая метка, будто полоска света под кожей, — и тут же исчезает.

— Прости. Я не должен был, — шепчет он. Голос охрипший, будто это слово далось с трудом, вырвано изнутри, вопреки.

Я смотрю на него — и не сразу понимаю, что он сделал.

В груди что-то сжимается, будто я уже шагнула в пустоту… и вдруг вспомнила, зачем хотела остаться.

Ривз всё ещё смотрит на меня. Взгляд тяжёлый, будто он в чём-то передо мной виноват. Ни слов, ни объяснений — только это чувство, будто между нами внезапно вспыхнула искра. Тёплая. Нежная. Она не обжигает, а согревает, укутывает мягкостью.

— Ривз… — шепчу.

Он едва заметно вздрагивает.

Один порыв — сильнее страха, сильнее разума. Мои пальцы касаются его щеки, прохладной от магии, и он не отстраняется.

Его взгляд — настороженный, как у зверя, привыкшего скрывать боль.

Я становлюсь на носочки, сердце колотится — и всё же целую его. Сначала — осторожно, почти несмело, как прикосновение лепестка. Но потом — чуть увереннее. Потому что мне важно. Потому что, может быть, другого шанса не будет.

И тогда он прижимает к себе. Резко. Словно боится, что я растворюсь, ускользну, стану частью той галактики за спиной.

Объятие крепкое, почти болезненное. Но от него становится не так тоскливо.

Я утыкаюсь в его пиджак, вдыхаю запах ткани и чего-то родного. И понимаю: без него не хочу уходить. Хочу остаться. И мне плевать — лишь бы с ним.

— Тебе пора, Ири, — ласково говорит он. — Иди, пожалуйста.

Киваю. Размыкаю объятие — будто отрываю от себя что-то важное. Не оглядываюсь. Не могу.

Шаг — и пустота обнимает.

Червоточина захлопывается, поглотив меня мягко, без боли — как шёлковое полотно, разорванное и сшитое обратно.

Ни падения. Ни вспышки.

Только тишина и движение сквозь пространство, где всё — было. Где всё — могло быть. И, может, будет снова.

Фехос

Время здесь течёт иначе, но я чувствую: Ривен сейчас вернётся.

В который раз вытягиваю затёкшие ноги на камень.

Тишина Междумирья давит.

Я касаюсь пальца — того, где всегда было кольцо. Его отсутствие ощущается почти физически.

Будто я без кожи.

Без имени.

Без смысла.

Вздох. Вечность внутри меня. Но я держусь.

И вот — воздух дрожит. Где-то за левым плечом. Пространство шевелится, словно оживающий зверь. Волны магии пробегают по земле.

Я встаю.

Ривз появляется из червоточины. Без шума. Без пафоса.

Пыль времени не оседает на его одежде.

Он не здоровается. Не теряет времени.

Просто кидает мне кольцо.

Я ловлю его в воздухе — точным, выверенным движением, как часть себя. Кольцо холодное, как металл, и горячее, как сердце.

Мгновение — и оно снова на пальце. Становится моим.

— Спасибо, Зэйн.

— Как она? — спрашиваю, не глядя.

— Вернулась, — отвечает он. — Помнит. Сильная.

Киваю.

— Но ты назначил встречу мне не чтобы сказать спасибо. Правда? Ривен, я столько тебя знаю.

— Я задержался там.

— Зачем? — спрашиваю.

— Чтобы восстановить справедливость.

— А что такое справедливость, Ривен?

Он не отвечает. Лишь незаметно проводит пальцами по запястью — будто что-то ищет под кожей… или вспоминает. Затем резко одергивает рукав пиджака, пряча запястье — слишком резко.

Что ты скрываешь?

Внезапно, сквозь его магию ветра, я улавливаю тонкий, чужеродный поток. Влага. В нём.

Этого не может быть!

— Ривен, — зову. — Почему я ощущаю в твоей магии… воду?

Молчание. Он смотрит в сторону, но взгляд — пустой, расфокусированный.

— Ривен?

— Последствия, Зэйн. Я хочу знать последствия, — только и говорит он, словно не слышал моего вопроса. Или притворился.

Я щёлкаю пальцами.

Между нами вспыхивает магическая сфера — линза времени. Внутри мерцают кадры, хроники будущего…

Через неделю после гибели её прежнего воплощения

Новости

'На этой неделе разгорелся новый скандал, получивший в прессе название «Дело брошенной невесты».

Следствие рассматривает дело как покушение на жизнь молодой женщины, которая провела два месяца в медикаментозной коме.

Как сообщает источник в прокуратуре, подозрение пало на близких пострадавшей — её жениха и подругу детства.

В распоряжении редакции оказались данные экспертизы: в крови пострадавшей обнаружен препарат тиопентал натрия, оборот которого строго ограничен.