Чтение онлайн

— Мне не на что жаловаться.

Я смеюсь в ответ.

— Я практически схватила тебя.

Его голос слегка понижается, в нем слышится что-то невысказанное.

— Сейчас я зажат между ног прекрасной девушки, Фрэнки. Я бы сказал, что Рождество для меня меняется к лучшему.

В том, как Сэм смотрит на меня — пристально, испытующе, — есть что-то волшебное, от чего у меня перехватывает дыхание. Его руки снова скользят по моим бедрам, и этого давления достаточно, чтобы я остро ощутила каждый сантиметр пространства между нами и то, как его мало. И нет, я бы сказала, что он точно не против, судя по анаконде, пытающейся выбраться из его штанов.

Кажется, я разучилась дышать. Я не была с мужчиной больше года; этот период воздержания действительно затянулся, но теперь, когда Сэм подо мной, мне приходится прилагать все усилия, чтобы не сорвать с него одежду и не оседлать его.

Я думаю, он тоже этого хочет. То есть я знаю, что он хочет, но чего именно он хочет? В его глазах, в том, как его пальцы сжимают мои, есть что-то такое, что говорит о том, что Сэм ждет, когда я сделаю первый шаг. Придвинусь ближе. Сокращу расстояние.

Затем в комнату проникает холодный воздух, ледяные пальцы пробегают по моей спине, и я вздрагиваю. Его выражение лица мгновенно меняется, на нем появляется беспокойство.

— Ты замерзла, — говорит он, убирая свои холодные руки.

— Дверь все еще открыта, — выдавливаю я, слегка задыхаясь.

Сэм приподнимается подо мной и без труда отрывает меня от себя. Одним плавным движением он садится и, потянувшись назад, с глухим стуком захлопывает дверь. Затем встает и протягивает мне руку.

— Пойдем, — говорит он, и его улыбка становится более искренней. — Давай тебя согреем.

Я беру его за руку; приятный электрический разряд пробегает от меня к нему, когда он поднимает меня на ноги, и я думаю о том, какое занятие могло бы согреть нас обоих. У меня есть несколько идей.

Ты так нагло просишь

Я поцеловал свою соседку. Поцеловал ее. И понятия не имею, что, черт возьми, я делаю, когда веду ее наверх. Я знаю, чего хочу, но мне пришлось остановиться прямо у двери ее спальни.

Фрэнки — единственная девушка, которую я целовал после Люси, а четыре года — это долгий срок для одиночества. Когда я почувствовал, как ее ноги обвиваются вокруг моих бедер, я чуть не кончил прямо в штаны, как подросток.

Но для меня это нечто большее: ночи, проведенные в тишине, изматывают, потому что внезапно оказывается, что тебе не с кем разделить даже самые незначительные моменты своей жизни, даже если они происходят в постели. Смех в одиночестве не приносит такого удовлетворения, как смех в компании. Все это накапливается, и в итоге я уже не могу сказать, живу ли я или просто убиваю время. Риски отсутствуют, потому что нет человека, ради которого хочется рисковать.

— Сэм? — тихий голос Фрэнки заставляет меня повернуться к ней. Она неуверенно хмурит брови и продолжает держать меня за руку, поглаживая большим пальцем по тыльной стороне ладони. — Я должна это сказать, потому что только что потребовала, чтобы ты меня поцеловал. Я знаю, что могу быть упрямой, но… я не обижусь, если ты захочешь вернуться домой и забыть обо всем этом.

Ее голос дрожит, что совсем на нее не похоже; она думает, что я жалею о нашем поцелуе. Я мог бы сказать ей, что должен уйти. Что я не доверяю ни себе, ни ей, ни снежной буре, которая свела нас вместе. Но в ее глазах та же боль, что и во мне. И, возможно, мое одиночество признало в ней родственную душу. Большим и указательным пальцами я приподнимаю ее подбородок, пока ее карие глаза снова не встречаются с моими, и неуверенность в них почти сводит меня с ума. Может быть, я мог бы рискнуть и последовать за ней.

— Я собираюсь снова тебя поцеловать, Фрэнки, — выдыхаю я. — А потом буду умолять тебя позволить мне попробовать тебя на вкус, потому что я не могу перестать об этом думать.

Она всхлипывает в знак согласия и кивает, сжимая мои предплечья своими нежными руками. Я медленно запускаю руку в ее волосы и задерживаюсь на секунду, наблюдая за тем, как она слегка наклоняется навстречу моему прикосновению.

— Скажи мне сейчас, если ты этого не хочешь, — говорю я, вглядываясь в ее лицо в поисках признаков того, что ей это не нравится.

Фрэнки с трудом сглатывает, облизывая губы, такие пухлые и манящие, а затем говорит: — Я хочу этого.

Я вздыхаю от ее уверенности.

— Мне еще раз нужно услышать, как ты это говоришь, — бормочу я, слегка сжимая ее волосы. — Повтори, чтобы я знал, что мне это не снится.

Она моргает, ее щеки краснеют, а дыхание становится чаще. Фрэнки переносит руки с моих плеч на грудь, пальцы впиваются в мой свитер, словно пытаясь удержаться.

— Я хочу этого, — повторяет она, на этот раз более уверенно, с такой же потребностью, как и у меня. — Я хочу тебя.

Из моей груди вырывается еще одно низкое рычание. И я, не теряя ни секунды, впиваюсь в ее губы поцелуем, поглащая ее с таким жаром, словно она принадлежит только мне. То, как она прижимается ко мне, ее вкус — я уже целовал ее один раз и не хочу останавливаться. Фрэнки вздыхает мне в губы, когда я притягиваю ее ближе, а моя свободная рука скользит вниз, пока не оказывается на пояснице, прижимая ее ко мне и давая ей почувствовать, как сильно я ее хочу.

Я углубляю поцелуй, касаясь ее языка своим, и она тихо стонет. Этот звук пробуждает во мне что-то первобытное.

Ее глаза горят страстью, когда она, тяжело дыша, отстраняется, а затем прижимается ко мне бедрами.

— Это все для меня?

Я закрываю глаза, когда она снова пытается это сделать, и бормочу ругательство, прежде чем прижаться губами к ее губам. Я без труда поднимаю ее, Фрэнки быстро обхватывает меня ногами за талию, а руками — за шею, как будто мы делали это миллион раз.

Я заношу ее в комнату, не прерывая наших страстных поцелуев. Когда мои ноги касаются кровати, я осторожно опускаю ее и следую за ней, пока не оказываюсь над ней. Ее кудри беспорядочно разметались по подушке, словно ореол, созданный моими руками, а губы стали розовыми и припухшими от моих поцелуев. И эти глаза — боже, эти глаза — с золотыми нитями, меняющими оттенки, которые ловят тусклый свет и пленяют меня. Ее руки блуждают по моим плечам, груди, и от ее прикосновений под моей кожей разгорается огонь, который, я знаю, не утихнет, пока я не насыщусь ею.

Я целую ее подбородок, нежный изгиб шеи, где под моими губами бешено колотится пульс.

— Сэм, — выдыхает она, едва слышно произнося мое имя, пока я продолжаю свой путь, наслаждаясь вкусом ее кожи, смакуя каждый сантиметр. Мой член упирается в джинсы, отчаянно требуя разрядки, но я больше хочу довести до оргазма ее, чем себя. Руки Фрэнки скользят по моим волосам, переплетаясь с ними, когда она притягивает меня ближе, ее дыхание переходит в тихие вздохи.

Мои руки скользят вниз по ее бокам, ощущая прохладную, слегка влажную ткань ее футболки, прилипающую к коже. Холод материала под моими пальцами контрастирует с теплом, исходящим от ее тела, и сводит меня с ума.