Непокорная жена для ректора
Шрифт:
Его голос был низким, бархатным, лишённым привычного металлического холодного тона. Он звучал искренне.Пугающе искренне.
— Этот браслет, — он не сводил с него глаз, — это не цепи. Это моя рука. Которая не даёт тебе упасть, когда ты оступаешься. Которая пытается удержать тебя от неверного шага. Сегодня... сегодня я почувствовал, как ты рвёшься прочь. И понял, что слишком сильно сжал руку. — Он наконец поднял на меня глаза, и в них читалась… тоска? Боль? Я даже не знаю, как назвать это промелькнувшее чувство. — Прости.
Я застыла, не веря своим ушам. Он извинялся. Лорд Артур Каэл. Самый могущественный маг королевства. Извинялся передо мной.
Надо срочно проверить, не упало ли небо на землю.
— Я... я не знаю, что сказать, — пробормотала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Ничего не говори, — он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то новое, незнакомое, тёплое, почти нежное. — Просто знай. Я не твой враг. Как бы ты ни старалась меня ненавидеть. — Его рука мягко легла на мою щеку, ладонь была горячей. Он не пытался притянуть меня, не давил. Просто держал. Как драгоценность. — Я могу быть терпеливым. Я научусь. Если ты дашь мне шанс.
Его взгляд был таким глубоким, что казалось, я могу провалиться в него. В нём не было лжи. Была лишь то самое непознанное чувство, от которого перехватывало дыхание.
Он медленно опустил руку.
— Иди. Отдохни. И подумай над моими словами. — Он повернулся к окну, снова взяв свой бокал. Его силуэт на фоне ночи казался одиноким. — Спокойной ночи, Алисия. И… приходи, когда захочешь.
Я молча вышла, закрывая дверь беззвучно.
Я шла по пустынному коридору, и в груди у меня бушевал ураган из противоречивых чувств. Он был другим. Человечным. Раненым. И в его словах, в его прикосновениях была такая сила, такая магнетическая притягательность, против которой моя ненависть начинала казаться хрупкой и беспомощной. Она просто таяла, как лёд на раскалённой сковородке. Да и я сама становилась какой-то хрупкой и беспомощной,что было странно и непривычно.
Браслет на моём запястье больше не жёг кожу. Он просто был. Напоминание. Но теперь — напоминание о нём. О его словах. И это было страшнее и опаснее любой жестокости. Потому что против жестокости можно бороться.А против этой внезапной, непонятной мягкости у меня не было защиты.
И что мне со всем этим теперь делать?
Глава 31
Библиотека Старой Башни была не просто хранилищем книг – она была живой, дышащей сущностью, хранительницей знаний и самой сутью Академии. Не мозгом, а именно душой. Сердцем.
И историей. Настоящей, непридуманной.
Один призрачный Библиотекарь чего стоит!
Я полюбила здесь бывать, тут даже стены успокаивали, помогали сосредоточиться и ненадолго выкинуть из головы всяких ректоров. Уже больше недели браслет не подавал признаков жизни, а раз так, то и к Каэлу я не ходила.
И от этого было… грустно? Хотя,наверняка, и к лучшему. Всё к лучшему. Разойдёмся, забудем друг друга.
Библиотека стала моим спасением от навязчивых мыслей.
Сегодня я тоже пришла сюда. Позаниматься и отвлечься.
Высокие дубовые стеллажи, почерневшие от времени, вздымались к самому сводчатому потолку, где в разноцветных витражных окнах медленно угасали блики закатного солнца, окрашивая всё в багряные и золотые тона.
Воздух здесь был густым и сладковатым, пахнущим старым пергаментом, пылью веков и едва уловимым, терпким ароматом засохших чернил.
Я пробралась между узкими рядами со стопкой книг к давно облюбованному месту: у высокого сводчатого окна, где последний солнечный свет падал на старый деревянный стол.
Там уже лежало привычное: раскрытые «Основы защитной магии» с заложенными повсюду закладками и... неожиданный подарок.
Крошечная ветка ночного жасмина, чей аромат казался ещё гуще и слаще в окружении запаха старых книг, была изящно обвита вокруг чернильницы. Лепестки, белые и почти прозрачные, казалось, светились изнутри в сгущающихся сумерках.
Я не удержалась и дотронулась до хрупкого цветка кончиками пальцев. Он мгновенно вспыхнул мягким голубым светом и рассыпался в воздухе россыпью искр, исчезнув, словно и не было. На месте цветка лежала ещё одна закладка — шёлковая, вышитая серебристой и золотой нитью.
Красивая магия. И очень тонкая. И красивая дорогая вещь.
Интересно, кто оставил подарок? Генри или… Нет,это точно не Генри. Такие тонкие чары ему пока не под силу.
Значит, Каэл.
Зачем? Сердце учащённо забилось— не от страха, а от странного, непонятного волнения.
Внезапно тихий, почти неслышный шорох позади ближайшего стеллажа.
Я замерла, прислушиваясь. Кто-то шёл между стеллажами, очень аккуратно, совершенно нехарактерно для студентов. Те обычно напоминали слонов в лавке антикварного фарфора.
— Генри? — тихо позвала я. На мгновенье мне очень захотелось, чтобы это был он. После разговора в кофейне мы общались натянуто, старательно делая вид, что ничего не произошло. Может,и сейчас я ошибаюсь, и подарок вовсе не Каэла?
Но шаги были слишком лёгкими, почти бесшумными.
Из-за угла высунулась рыжая голова с тщательно уложенными кудрями под сдвинутой на один бок шляпкой.
Я подавила разочарованный вздох.
Лора, вся перепачканная пылью, с сияющими от возбуждения глазами и огромным, потрёпанным фолиантом в руках.
— Вот где ты прячешься! — она с торжествующим видом шлёпнула тяжёлую книгу передо мной, подняв целое облако вековой пыли. — Смотри, что я нашла в отделе редких свитков! Мне нужно было поменять защитные руны от огненной саранчи, старые совсем перестали работать, и я ну, немного покопалась в старых книгах.
На пожелтевшей от времени странице красовалась старая, но чёткая гравюра: двое магов, мужчина и женщина, стоящих друг напротив друга. Их запястья были соединены сложным, переливающимся золотым шнуром энергии со сложной вязью незнакомых рун.
— Это же про ваш с ректором артефакт, да? — Лора ткнула пальцем в изящную, выведенную пером подпись под рисунком: «Магический брак: визуализация этапов скрепления душ. Этап второй — симбиоз воли и магии».
Я резко, почти машинально, захлопнула книгу, сердце уходя в пятки. Громкий хлопок эхом разнёсся по тихой библиотеке.
— Ничего похо... — начала я, но осеклась.
Светлая Богиня! Я была просто уверена, что это блокиратор и контроль тёмного дара! А оно вот что! Контроль, но не только дара, а меня! То-то Каэл говорил, что браслет — это его рука и его помощь.