Чтение онлайн

Как и ожидалось, он расценил моё молчание как вызов, хотя это было сострадание.

— Скажи мне, чтобы я мог найти решение, — попросил он, и в его голосе впервые дрогнула привычная властность, уступив место раздражению.

— Почему Вы просто не можете принять, что я не хочу быть с Вами? — прошептала я, надеясь, что он поверит мне на слово.

Непроницаемое выражение мелькнуло на его лице. Его неумолимые глаза препарировали меня, и я почти съежилась под этим взглядом. Грудь сжалась от осознания в его глазах, и я уже открыла рот, чтобы извиниться.

Но он заговорил первым.

— Моя мать была уверена, что я психопат-монстр. — Он не отрывал от меня взгляда, давая словам осесть. — Она была права.

Слова повисли между нами, пока разум лихорадочно переваривал резкий поворот. Он никогда не упоминал мать. Я порадовалась, что промолчала про Дэймона. Старые раны вскрылись – и всё из-за того, что мать выбрала брата, а не его.

Печаль, которую я испытывала из-за его детства, разрывала мне сердце. Но его лицо оставалось абсолютно бесстрастным, каждая эмоция была тщательно скрыта. Он констатировал факты, не отвлекаясь на боль, стоящую за ними.

— И не только она. Все боялись большого злого волка. — Он покачал головой. — Кроме тебя. Глупо было с твоей стороны впускать меня; ты должна была знать, что я не отпущу тебя. Близость к тебе пробудила во мне нечто, чего я никогда раньше не чувствовал, и поэтому я не принимаю твой отказ. Ты хочешь меня. Я чувствовал это каждый раз, когда ты смотрела на меня, пекла для меня, оставляла записки. Ты говоришь, что не выносишь прикосновений, но, черт возьми, таешь подо мной.

Его взгляд медленно скользнул по моему лицу, прежде чем остановиться на губах, задержавшись там с тревожащей настойчивостью, пока он продолжал:

— Я пытался разгадать тебя месяцами. Как ты ненавидишь брать на себя славу за удачную работу, но без проблем берешь вину, когда другие лажают. Как стоишь в стороне, пока твои подруги наслаждаются вниманием. Ты гостья в собственной жизни, едва связанная с миром вокруг. — Что-то темное мелькнуло в глубине глаз. — Мы с тобой одинаковые. Я не чувствую связи ни с кем и ни с чем, кроме тебя. Вот как я понял, что ты моя.

Пульс бился под кожей, как пойманная птица. Что-то дикое, отчаянное подкатило к горлу, подгоняя завыть – заглушить его слова шумом.

Пальцы профессора Максвелла снова сомкнулись на моём локте, и он рывком прижал меня к груди – его тень поглотила меня целиком. Аромат кедра и амбры заполнил легкие, вытесняя воздух. Я молча молилась, чтобы кто-нибудь – кто угодно – вошел в кабинет, хотя знала, что этого не случится.

Я попыталась оттолкнуть его. В ответ его пальцы сжали мой локоть, словно пульсирующий браслет из боли.

— Я же сказал: мать была права. Она видела меня настоящего. Ты приманила монстра – теперь терпи последствия. — Он массировал локоть, возвращая чувствительность после угрозы. Несмотря на нежность прикосновения, его голос оставался ледяным. — Потому что я не смогу прожить без тебя и дня.

Только сейчас я заметила нечестивый блеск похоти в его глазах. Не нужно было быть гением, чтобы понять, чего он хочет. Словно не в силах удержаться, он наклонился ниже, стальная рука обвила талию.

— Что Вы…

Его губы обрушились на мои, обрывая слова. В панике я открыла рот, чтобы возразить, но язык его скользнул внутрь, наполняя меня нежеланным жаром.

Он отстранился и прижал свой лоб к моему. Горячее дыхание обожгло губы, когда он прошептал:

— Если ты не хочешь назвать мне причину, тогда скажи, что хочешь меня.

Реальность вернулась, и я резко открыла глаза. В его взгляде вспыхнула ярость – он решил, что я бросаю ему вызов своим молчанием.

— Скажи, — потребовал профессор Максвелл мрачно; в его хрупком самообладании проступили трещины.

Я скосила взгляд на выход, который он больше не загораживал. Если бы только я могла добраться до коридора…

Его глаза закрылись, губы спустились к моему подбородку, и хватка ослабла вместе со стоном. Отвлечение дало шанс: я вырвала руку из-под его ладони и выскользнула. Не дав ему опомниться, я рванула к выходу.

Три шага. Пять. Почти у цели. Сердце заколотилось, когда я услышала его приближающиеся шаги. В ушах звенело от собственного дыхания, пальцы уже коснулись дверной ручки.

Мне удалось приоткрыть дверь, как он рванул меня назад и захлопнул ее с такой силой, что деревянная рама треснула. Не тратя времени на то, чтобы развернуть меня к себе лицом, он нагнул меня, прижимаясь сзади. Я уперлась ладонями в дерево, чтобы удержаться. Ноги дрожали, пока он собрал мои волосы в кулак, резко откинул голову набок и впился зубами в шею.

— Что, черт возьми, Вы делаете? — выкрикнула я.

— Куда это ты собралась? — прошептал он, обжигая ухо дыханием. — Ты избегаешь меня уже несколько дней. — Его голос хрипел от обвинения. — Ты хоть представляешь, что это со мной делает? Это сводит меня с ума, мать твою.

Моя сумка соскользнула на пол с глухим стуком, за ней последовал грубый рывок ткани.

— Нет, не надо! — я закричала, когда он стянул с меня брюки.

Резкий щелчок пряжки ремня пробрал меня ледяным холодом. Его вес придавил меня к двери, и я забилась под ним.

— Пожалуйста, остановитесь, — всхлипнула я, ломая ногти в попытке уцепиться за дерево.

Воздух вырвался хрипом, когда профессор Максвелл обхватил мою шею рукой и вошел одним толчком. Без подготовки, без ласк, без уговоров. Я стиснула зубы от боли, впиваясь пальцами в его руки, удерживающие меня в клетке.

Ужас сжигал внутренности, пока тело судорожно сопротивлялось насилию.

Ноги дергались, пока я пыталась приспособиться к вторжению. Каждый его сантиметр казался огромным в этой позе, и трение жгло, когда он отступал, лишь для того, чтобы войти снова.

Дрожь пробежала по его телу, когда он уткнулся лицом в мои волосы, погружаясь до предела.

— Черт, мне это было нужно, — прошептал хрипло профессор.

Он не стал медлить, пользуясь моей уязвимостью. Пальцы скользнули между моих бедер, лаская, позволяя телу привыкнуть к нему. Несмотря на моё отвращение к себе, бедра сами разомкнулись в безмолвном приглашении, пока его горячий язык выводил отвлекающие узоры на моей шее.

— Вот так, — прошептал он у самого уха. — Никто не сравнится с тобой, детка. Я чувствую, как твоё тело отзывается. Хватит лгать мне.