Чтение онлайн

— Повезло тебе, — размышляет он, поглаживая ремешок моей майки. — Надеюсь, летние каникулы предполагают пребывание в городе?

— Да, конечно, сэр, — игриво пошутила я. — Я буду работать у Никки все лето. Это было запланировано еще в прошлом году. Я действительно хочу получить практический опыт. В колледже можно научиться лишь очень многому.

— Я уже говорил тебе, как я горжусь тобой?

— Хм… не думаю, — я продолжаю улыбаться.

— А я горжусь. Ты выбрал сложную карьеру, и не так много людей могут выдержать бурю бакалавриата, а затем продолжить обучение еще на четыре года. Ты добьешься больших успехов, когда закончишь университет.

— Спасибо. Честно говоря, кажется, что до этого еще целая жизнь.

— Но когда ты там окажешься, это будет стоить тех трудов, которые ты проделала.

— Думаю, ты знаешь, — говорю я, целуя его руку. — Я имею в виду, посмотри на себя. Ты — нечто иное. Я немного знаю о мире бизнеса, чтобы понять, как хорошо идут дела у твоей компании. И подумать только, это началось с тебя.

— Да, это так. Твой отец приложил к этому немало усилий, — смиряется он.

— Кстати, об отце: я обещала навестить их в эти выходные. Это единственные четыре дня, когда я могу отдохнуть до начала работы.

— Почему ты не сказала ничего раньше? — я чувствую, как он напрягается в моих объятиях.

— Я была занята, — признаюсь я, слегка раздраженная его гневом. — Это всего лишь четыре дня.

— И ты ожидала, что я брошу все и поеду с тобой?

— Вообще-то, я не была уверена в том, что у нас получится, и предполагала, что ты не захочешь ехать, — я принимаю сидячее положение, скрещивая руки. — Но раз уж мы затеяли этот разговор, то я хочу сказать тебе то, что нужно.

— И что же?

— Я хочу, чтобы ты поехал со мной, но это не я злюсь на своего отца. Правда в том, Уилл, что вам обоим нужно прийти к какому-то перемирию, если мы хотим работать. Я выполнила свою часть работы. Я извинилась, но при этом осталась при своем мнении о том, чего я хочу в своем будущем. Он прекрасно знает, на чем я стою и что я люблю тебя. Но это не моя работа — восстанавливать ваши с ним отношения. Ты должен сделать это, потому что сам этого хочешь, и наоборот — он.

— Это не так просто, Амелия.

— Я никогда не говорила, что это так.

— Хорошо, я поеду с тобой, но только арт одном условии, — Уилл потирает лицо ладонями, испуская вздох.

Я закатываю глаза, готовая поспорить, что к этому условию прилагается какая-нибудь сексуальная услуга.

— В пятницу вечером я должен посетить благотворительный бал губернатора. Я буду рад, если ты станешь моей спутницей. Мы можем вылететь первым рейсом утром.

— Бал? В смысле, я буду твоей девушкой на публике?

— Я действительно презираю слово «девушка», — он сморщился.

— Хм... мне нужно подумать об этом.

Пронизывающий взгляд Уилла падает на меня, пока он не забирается сверху и не прижимает меня к кровати.

— Тебе действительно нравится нажимать на мои кнопки? Такое ощущение, что тебе нравится, когда я злюсь.

Я сжимаю губы в жесткую линию: — Я понятия не имею, о чем ты говоришь? Если ты так злишься, может, тебе нужно наказать меня? Не знаю, может, перевернуть меня и трахнуть в задницу, ведь это было бы высшей мерой наказания.

— Ты слишком плохая, — на его губах играет ухмылка.

— Некоторые вещи никогда не меняются… — я наклоняюсь вперед, посасывая его нижнюю губу.

Поездка в Вашингтон в последнюю минуту не входила в мои планы на сегодня.

Рано утром, еще до восхода солнца, я поцеловал Амелию на прощание, намереваясь сразу же отправиться в офис. Вместо этого в машине у меня безостановочно звонил телефон. Началось все с того, что наша юридическая команда впала в панику из-за нарушения контракта. Дальше все пошло как по маслу.

Я направился прямиком в аэропорт Кеннеди, в очередной раз поблагодарив за то, что у меня есть самолет наготове. Когда мы начинаем подниматься, я закрываю глаза, чтобы снять напряжение от трудного утра, и наклоняю голову из стороны в сторону с легким треском, чтобы расслабить напряженные мышцы.

Последние несколько дней оказались даже лучше, чем я мог себе представить. Вернуть Амелию в свою жизнь — это все, чего я когда-либо хотел, а то, что она лежит в моей постели и принадлежит только мне, — это глазурь на очень вкусном торте.

Однако вместе с этим вновь обретенным блаженством мы столкнулись с реальностью, в которой нужно было пытаться заставить все это работать. Поездка между квартирой Амелии и городом утомительна, а я приезжал к ней всего четыре раза. Я мог бы проявить эгоизм и попросить Амелию остаться в городе, но у нее были занятия, и я не хотел нарушать ее график, тем более что она уже почти закончила год.

Я знал, что Амелия тоже чувствует давление, не понимая, как мы сможем все устроить. Одно можно сказать точно — мы оба жаждали друг друга, и будь я проклят, если мне придется хоть одну ночь спать без нее.

Встреча в Вашингтоне затянулась дольше, чем предполагалось. Пять дней без связи, и можно подумать, что люди не знают, как делать свою чертову работу. Я вспоминаю, почему я никогда не ухожу в отпуск и не провожу время вдали от работы — и расплачиваюсь за это прямо сейчас.

— Слушай, Романо, мы делаем это или нет?

Я постучал пальцами по столу, когда все взгляды устремились на меня. У меня столько дел на уме, что я сжимаю челюсть, досадуя на то, что я здесь и делаю эту работу сам, когда должен быть в городе.

— Меня не устраивает то, что мы производим. У вас низкие показатели, и, честно говоря, у меня есть дела поважнее, чем тратить мое время на продукт, который не приносит результатов.

— Может быть, нам стоит перевести наш бизнес в другое место?

— Пожалуйста, будьте моим гостем, — я поднимаю бровь, забавляясь его угрозой. — Давайте посмотрим, что из этого выйдет, не так ли?

В комнате воцаряется тишина, никто больше не осмеливается бросить мне вызов. Когда речь идет о бизнесе, я безжалостен и не потерплю угроз ни от кого. В данном случае я нужен «Джемисон Групп» больше, чем они мне. Единственное темное облако, нависшее надо мной, — это поглощение Лау. Возможно, из-за этих переговоров и игры в ожидание я стал менее терпеливым и раздражительным.