Чтение онлайн

Бернард вздрогнул, когда на его плечо неожиданно опустилась рука с перстнем.

— Тебе бы выходной взять, — сказал Виктор.

И прозвучало это не как совет, а как приказ, не терпящий никаких возражений. Бернард не успел ничего ответить. Соображал он сегодня явно медленнее обычного.

— Завтра, — твёрдо сказал Виктор, мягко хлопнул Бернарда по плечу и подтолкнул к выходу. — И спасибо за помощь.

Последнее хоть и было сказано довольно холодно, но искреннее.

Поднимаясь на лифте с нервно мигающей лампочкой, Бернард задумался: Виктор сам решил устроить ему выходной или Мария подсказала?

***

«Надо не забыть проверить тот отчёт. Всё-таки, кажется, я совершил там ошибку... — размышлял Бернард, пока принимал душ, на полном автоматизме потирая себя мочалкой. — Чернила для принтера практически закончились. Если как в тот раз будут проблемы с доставкой...»

Вместе с хороводом мыслей он поднялся на второй этаж и сначала по невнимательности ткнулся в спальню. Вышел в коридор, потом снова вернулся и осмотрелся, раз уж всё равно зашёл.

Вариант, на котором они финально остановились, был не в чёрно-белых тонах, но тоже играл на контрасте. Вместо белого цвета стен они в итоге выбрали светло-мятный, а мебель подобрали тёмного оттенка. Правда, она пока в разобранном виде громоздилась коробками в коридоре и большой комнате на первом этаже. Но Бернарду уже нравился свежий вид их спальни. Встроенный шкаф красовался новыми жалюзийными дверцами. Немного пахло краской и обойным клеем. Ремонтники работали быстро и оперативно и им осталось доделать кое-что по мелочи.

Бернард сам не заметил, как с мыслей о работе переключился на мысли о ремонте. В общем-то, в таком режиме и пролетели у него последние дни. С одного на другое. Нельзя было сделать ремонт сразу во всём доме — это вылетало в крупные суммы, да и Бернарду не хотелось спешить. Спешка порождала ощущение ограниченного времени. Шаг за шагом, комната за комнатой — так казалось правильнее, упорядоченнее, как при проявке фотографий. Чёткая временная выверенность. Строгая последовательность. Сначала один раствор, потом другой.

То, что скоро они с Юэном будут спать в обновлённой комнате на новой кровати — грело душу. Это не просто было что-то своё. Это было что-то их

совместное

. И пусть пока всего одна комната.

Бернард прошёл в конец коридора к своей спальне, куда они временно переместились.

Основной свет был потушен, на столе горела лишь лампа. Дом окутывала тёмная и холодная осенняя ночь. Ветер притих и уже не бросал мокрый снег в окна. Можно было даже рассмотреть на небе проглядывающие сквозь облака звёзды.

К сожалению, не обошлось без инцидентов (впрочем, как и всегда в Сент-Брине в это время года). В городе кто-то на скользкой дороге въехал в витрину магазина. Дело было ранним утром, владелец ещё не успел открыть лавку, поэтому обошлось без жертв, а водитель отделался шоком, парой синяков и необходимостью возмещать причинённый ущерб. Теперь как минимум неделю весь город будет говорить об этом происшествии. И о предстоящих похоронах. Потому что чья-то смерть тоже была событием, которое нуждалось в обсуждении.

В последнее время Бернард заметил, что приходившие в фотостудию люди стали относиться к нему лояльнее. Может быть, так на их настроение влиял обновлённый вид самой студии — меньше хлама, меньше мрачности. А может, мелькание в похоронном бюро делало Бернарда в глазах других уважаемым человеком. По-прежнему странноватым, но значимым.

Юэн валялся на кровати поверх одеяла со смартфоном и сразу отложил его, как только Бернард прикрыл за собой дверь. Спать вдвоём здесь было непривычно и тесно. И Бернарду каждый раз казалось, что он либо упадёт, либо сильно прижмёт Юэна к стене, хотя не имел привычки ворочаться и захватывать всю территорию кровати. Несмотря на явные неудобства, вроде нехватки места (гитара Юэна стояла прислонённой к шкафу, часть его одежды просто стопкой лежала на одном из стульев, а свой ноутбук он почему-то очень любил класть поверх ноутбука Бернарда) в комнате было комфортно. Маленькая уютная крепость.

Бернард устало присел на край кровати. Прохладный воздух, проникающий в комнату через приоткрытое окошко, коснулся его шеи и щёк. Остудить бы голову. Но для этого, наверное, потребуется ведро со льдом.

— Ты снова стал каким-то апатичным. Опять только о работе и делах думаешь, — приподнявшись, сказал Юэн и положил Бернарду руки на плечи. — Давай я сделаю тебе массаж. У тебя всё так жутко зажато.

— Я не против.

Растирающими движениями Юэн принялся разминать мышцы в области шеи. Бернард хмурился и чувствовал, как медленно угасает глухая боль в затылке, плечи расслабляются и навязчивые мысли о работе и ремонте буквально растворяются.

— Рассказывай, Берн.

— А что рассказывать? Ты всё и так знаешь. Я что-то замотался. Бюро, студия, ремонт. Ещё Ньюмен звонил, в ближайшие дни намечается какое-то городское мероприятие, естественно, мне надо присутствовать на нём, — он вздохнул. — А ты не думал заделаться в массажисты? — усмехнулся Бернард, прикрыв веки и опустив голову на грудь. — У тебя хорошо получается.

Юэн ухмыльнулся где-то у самого уха. На мгновение щёку обдало жаром его дыхания.

— Знаешь, когда-то я работал личным массажистом у одного крупного криминального синдиката. Глава синдиката любил чесать языком и многое мне разбалтывал во время сеансов. В какой-то мере считал меня одним из своих консультантов. У него было шесть пулевых ранений и шрам в половину лица. И трость практически как у Чилтона. Колоритный и страшный человек, который одним лишь взглядом мог уничтожить. В общем, сам понимаешь, жизнь в таких условиях нелёгкая: постоянные разборки, делёжка территорий и всё такое сопутствующее, кражи, перестрелки, подставы, облавы. В итоге кто-то нас сдал и нас накрыли, мне пришлось в срочном порядке бежать в другую страну с поддельными документами. Чтобы меня не нашли, я сменил пол и сделал много пластических операций. Так вот, открою тебе величайший секрет: на самом деле мне сорок девять и меня зовут Доминика. У меня чёрный пояс по карате и шестеро детей, разметавшихся по разным странам. Но всё это в прошлом. Я нашёл смысл жизни в другом и с массажем завязал. Ну практически завязал. Как видишь, для тебя могу немного постараться.

— Интересно, что я узнаю о таких подробностях только сейчас, — улыбнулся Бернард и тихо застонал, когда пальцы Юэна впились в зажатую с левой стороны шеи мышцу.

— Я что-то тоже немного выдохся, так что извини, шутки сегодня низкого качества, но ты хотя бы улыбнулся, уже радует.

— Как у вас дела в клубе? — поинтересовался Бернард.

— Система кондиционирования полетела к чертям, хотя её ремонтировали недавно. Вычисляем, входит ли это в гарантийный случай. Ремонтники утверждают, что это не их косяк, но я что-то сомневаюсь. Мне кажется, у них просто руки из задницы растут. Но это ерунда. Я всё равно выгрызу замену полной системы, не заплатив при этом ни фунта. Они просто ещё не знают, с кем связались.

Бернард молча улыбнулся. Ладони Юэна мягкими поглаживающими движениями переместились к его плечам, а потом пальцы, крепкие и острые, россыпью прошлись вдоль шейных позвонков.

— Из хорошего, — продолжал Юэн, — у нас на днях концерт. Поэтому снова бегаю как ужаленный в жопу. Скажу по секрету: Эйс скоро тебе позвонит с деловым предложением. Но тебе необязательно соглашаться, если ты устал. А ты устал, Берн. Очень. Тру-до-го-лик.

Закончив массаж, Юэн обвил руками Бернарда со спины и приник щекой к его щеке.

— Не устал.

— Врёшь.

Бернард тяжело вздохнул.

— Вру.

— Не много ли ты на себя берёшь, Берн. Что за синдром спасателя?

— У меня нет синдрома спасателя. Я не стремлюсь помогать всем. Если знаю, что могу, то делаю. Просто сейчас всё одновременно навалилось.

Замолкнув, он прикрыл веки и обхватил запястье Юэна, поглаживая большим пальцем тыльную сторону его ладони.

— Если ты будешь выступать, то я поеду в любом случае.

— Я буду выступать... — прошептал Юэн.