Непроявленные пленки
Шрифт:
— Да, по ощущениям я так долго и спал. Как всегда пропустил всё самое интересное. А почему ты не в студии? — он похлопал себя по карманам джинс. — Чёрт, за телефоном далеко идти, сколько сейчас времени-то?
Бернард кивком указал на свой смартфон, лежащий на столе. Юэн ткнул по экрану. Дисплей вспыхнул, отображая дату и время, и Юэн застыл, хмуря брови.
— Я не в студии, потому что мы планировали сегодня кое-куда съездить, но так как ты крепко спал, я решил заняться домашними делами.
Юэн помотал головой, будто пытаясь развеять морок перед глазами.
— Подожди, сейчас что, около часа дня? — спросил он, посмотрев на Бернарда округлившимися от удивления глазами.
— Очевидно, что не ночи. За окном, как видишь, светло.
Юэн смачно треснул себя по лбу и вскочил с места.
— Десять минут, — бойко сказал он, показывая почему-то только пять оттопыренных пальцев, — и я готов отправиться с тобой хоть на край света.
Бернард усмехнулся.
— Край света слишком далеко. Не в этот раз, но давай собирайся тогда. Время пошло.
Юэн молнией унёсся в ванную, а Бернард принялся прибираться и собирать перекус с собой в дорогу. Он даже не стал отговаривать Юэна от поездки. Парень всё равно не согласится остаться дома в свой выходной. Бернард, правда, рассчитывал, что в путь они выдвинутся пораньше, чтобы уж наверняка вернуться домой засветло, однако стоило просто принять, что не всегда всё идёт по плану.
***
Машину пришлось оставить в самом начале дороги, спрятать её среди деревьев на площадке для отдыха. Со стороны шоссе всё было скрыто от посторонних глаз, да и зелёный цвет машины сливался с листвой.
Сквозь рваные прорези истончившихся облаков проглядывало серо-голубое небо. Солнце в послеобеденное время грело вяло и медленно катилось к горизонту, утопающему в туманной дымке.
Идти пришлось минут пятнадцать-двадцать, однако прогулка оказалась очень кстати, потому что до этого они находились чуть более двух часов в пути. Бернард не сообщал Юэну, куда они едут. Юэн тоже не спрашивал, предпочитая узнать непосредственно на месте, но в дороге для развлечения строил догадки. Ещё он подпевал радио, показывал свои любимые песни и много болтал о работе. Может, по пробуждении он и выглядел потерянным и вялым, но после того как принял душ и переоделся, вновь перешёл в свой обычный энергичный режим.
Было заметно, что дорога, по которой они шли, давно не использовалась, и всё же состояние её было намного лучше, чем у дороги, ведущей к старой закусочной. Никаких упавших деревьев, преграждающих путь. Однако ветки и сухая листва на проезжей части красноречиво говорили о запустении. В тишине раздавались одинокие голоса птиц.
Чтобы Юэн не болтался без дела, Бернард выделил ему один из своих цифровых фотоаппаратов. И теперь парень, гордо приподняв подбородок, придерживал свисающий с шеи фотоаппарат как золотую медаль. Лёгкая ветровка с капюшоном у него, как обычно, была нараспашку, а кофта под ней — без надписей и рисунков, что даже странно. Для вылазок по заброшенным местам Бернард отыскал старенькую вельветовую куртку, которая, правда, чуть жала в плечах, потому что под низ он предусмотрительно надел толстовку — к вечеру обещали похолодание.
Когда впереди показалась будка со шлагбаумом и высокое сетчатое ограждение с колючей проволокой, Юэн нервно усмехнулся.
— Это что, тюрьма? — спросил он.
— Нет. Всего лишь заброшенный аэродром.
— Всего лишь... — медленным эхом повторил Юэн. — Понятно, ставки растут. Обыкновенные заброшенные дома — уже пройденный этап. Переходим на грандиозные и обширные локации. Но если это «всего лишь аэродром», то сложно предположить, что будет дальше...
— Я не выбираю места по нарастающей, если ты об этом, — усмехнулся Бернард. — Давно хотел сюда съездить и, пока погода позволяет, решил, что сейчас самое время.
Они приблизились к шлагбауму и оценивающе оглядели будку, Бернард сделал несколько фотографий. Юэн с искренним усердием старался открыть дверь в контрольно-пропускной пункт, но в итоге только едва не оторвал ручку и испачкал ладони в ржавчине. Они заглянули через уцелевшее и запылённое окошко, но ничего интересного внутри не оказалось. Ни старой забытой униформы охранника, как в «Вайтбридже», ни каких-либо рабочих журналов, вообще никаких остатков прежней бурной деятельности, только стол, стул и шкафчик.
— Даже как-то неинтересно, — недовольно хмыкнул Юэн.
— Потому что самое интересное дальше, — загадочно ответил Бернард и широким взмахом руки указал на огромное открытое пространство за сеткой с колючей проволокой.
Чтобы попасть на территорию, достаточно было пролезть под крепким шлагбаумом, который ни на дюйм не сдвинулся с места, когда Юэн из чистого интереса подёргал его. Оказавшись на дороге по ту сторону сетчатого ограждения, Бернард сделал ещё несколько фотографий уже с ракурса «изнутри», а Юэн пошутил про то, как хорошо, что не пришлось использовать кусачки.
Несмотря на то, что кусачки действительно всегда валялись в рюкзаке, Бернард не хотел их использовать и по-варварски проникать на территорию. Он предпочёл бы сперва обойти весь аэродром по периметру в поисках искусственной или естественной лазейки. Однако им не пришлось даже исследовать ограждение, заброшенный аэродром оказался гостеприимным.
Они неспеша шли по дороге, приближаясь к взлётно-посадочной полосе. Бернард на ходу достал из рюкзака фонарик и протянул Юэну.
— Возьми на всякий случай.
— Батарейки не умрут в самый ответственный момент?
— Надеюсь, мы управимся до темноты, несмотря на то что выехали значительно позже запланированного. На всякий случай я прихватил запасной фонарик и две пачки батареек.
— Такими темпами скоро придётся брать с собой походный рюкзак, — хихикнул Юэн, отправляя фонарик в карман ветровки, и обвёл взглядом открытое пространство. — Не думал, что такие места могут быть заброшенными. Мне казалось, аэродром — это важный крупный объект, на территории которого всегда должно что-то происходить.
— Ты удивишься, но в одной нашей стране очень много заброшенных аэродромов. Я сам не предполагал.
— Здесь что-то произошло? — поинтересовался Юэн.
— Везде что-то происходит, — философски отметил Бернард. — Но да, авиакатастрофа здесь действительно имела место быть, однако аэродром закрыли не из-за этого.
Юэн с выражением трепетного интереса на румяном лице готов был слушать историю очередного заброшенного местечка. Чтобы ничего не напутать, Бернард достал из рюкзака несколько помятых статей, в которых жёлтым маркером выделил самое основное. После того как они с Юэном начали составлять досье на призраков, он и к статьям стал относиться более структурированно. Можно было даже сказать, что на каждое местечко он заводил «дело», скреплял материалы и информацию, приправляя их собственными снимками или снимками отца, если таковые имелись.