Чтение онлайн

Просидев очередные полдня над документами, я попил чаю и немного прошёлся по парку. А то так до сколиоза недалеко. Снова зайдя в кабинет, с ужасом увидел новую порцию приглашений, принесённую Антипом. Немного подумав, я вызвал камердинера и приказал:

— Готовь карету, я еду в Кусково. И позови Ермолая.

— Как же я вам продам завод, Ваше сиятельство? Не губите! Это моё детище! Я ведь душу сюда вложил, а не только средства! Деньги можно заработать. Но как найти занятие, чтобы по душе? Не вынесу я такой потери!

Бородатый купец неожиданно возопил, схватившись за сердце. Насчёт проблем со здоровьем, конечно, перебор. На нём пахать можно, несмотря на солидный возраст и обильную седину. Дед кряжист и крепок, аки дуб!

Человек меня неверно понял, вот и нервничает. Здесь ведь как: если твоим делом заинтересовался какой-то вельможа, то не спасут деньги и даже должность депутата. Понятно, что большинство дворян в купеческие дела не лезет, но люди разные. Рейдеров никто не отменял и в XVIII веке. Хотя у этого актёра попробуй отними! Его семья в бизнесе более шестидесяти лет и хорошо известна в столице. Значит, покровителей у купца хватает.

Моя настоящая деятельность в этом времени началась совершенно случайно. Мы как раз устроили мозговой штурм с дю Пре и Прокофьевым, отжатым мной у Вороблевского, анализируя собранную информацию. Афанасий хорошо потрудился, показав просто чудеса оперативности, учитывая отсутствие нормальной связи и интернета. Пищи для размышлений хватало. Я даже не успел толком осмотреть свой дворец и парк в Кусково, так хотелось настоящего дела. Только ситуация зашла в тупик.

Оказалось, что в Москве и округе попросту нет нужных нам предприятий. Мы посетили ведущие мастерские, что располагались в Каретном ряду, Измайлово и даже Коломне. В основном — кустарщина и просто сборщики, работающие на европейских деталях.

Как и задумывалось, мы рассмотрели вариант с приобретением небольшого чугунолитейного производства. Но ситуация с Мышегским заводом, что в Тарусском уезде, оказалась нерешаемой. Его хозяева прекрасно себя чувствуют, владея ещё десятком предприятий. Продавать завод братья Мосоловы отказались. Хотя место неплохое и недалеко от Москвы. Со мной даже не стали торговаться.

Вот и получилось, что очередные десять дней, которые прошли в сплошных поездках, попросту пропали. В отличие от механика я в уныние не впадал, но хотелось бы какого-то повода для оптимизма.

Наша компания расположилась в отцовском кабинете, откуда открывался восхитительный вид на пруд! Старый граф знал толк как в красоте, так и в роскоши. Тут снизу раздались грохот и громкие матюги дворцового управляющего. Поднимаюсь и смотрю вниз, где испуганный слуга собирает осколки стекла в ящик, который и уронил. А рядом стоит его ругающийся начальник.

— Чего разбили, Демьян? — спрашиваю управляющего.

От неожиданности мужик аж подпрыгнул, потом испуганно посмотрел наверх и наконец согнулся в поклоне. Его примеру последовал криворукий слуга.

— Хозяин, прости за шум, — ответил Лавров, разогнувшись, — Мишка дурень побил часть стаканов, что для больших приёмов предназначены. Не всё ж в хрусталь и богемское стекло вино наливать. Воруют же, хоть и господа.

Управляющий Кусково отличался похвальной домовитостью, но при этом был ворчлив до невозможности. Меня он забавлял, наверное, как и старшего графа. Хоть последние слова управляющий произнёс тихо, но я их услышал. Заодно в голове будто щёлкнуло. Хрусталь! Гусь-Хрустальный! Потом вспомнилось ещё название — Гжель.

— Поднимись в кабинет, — приказываю Лаврову и отхожу от окна.

Через минуту мужик зашёл в комнату и рухнул на колени:

— Николай Петрович, не губи Мишку! Случайно он, да и посуда та старая. Я как раз решил её осмотреть и новую купить, — запричитал управляющий. — А этот дурень свои розги получит!

— У кого стаканы покупаешь? — прерываю стенания.

— Так на мануфактуре Акима Мальцова. Он хорошее стекло дует — стаканы и рюмки. А оконные стёкла его Можайская мануфактура поставляет.

— Завод расположен в селении Гусь? — решаю сверкнуть эрудицией.

— Нет, — удивлённо произнёс управляющей, — село называется Никулино, что во Владимирском уезде. Но прав ты, барин. Мануфактура стоит на речке Гусь. Я сам туда ездил, когда о первой поставке договаривался.

Оно и понятно. В России ещё не начали производить хрусталь.

— На завтра приготовь кареты, припасы и человека, который в Никулино ездил. Свободен, — машу в сторону двери.

Хорошо быть помещиком! Все твои приказы исполняются беспрекословно. Надо только известить сладкую парочку, чтобы перестали бухать и подготовились к вояжу.

Так мы оказались в будущем центре производства русского хрусталя. Пока это небольшой посёлок при весьма скромном производстве. Зато сам рабочий процесс поставлен грамотно. Чувствуется, что делом занимается опытный человек.

Сначала я и не думал о стеклянном производстве, просто обратил внимание на обилие импортных продуктов в этой сфере. Так почему не помочь отечественному производителю. Заодно в дороге обдумал проект с заводом в Гжели, вокруг которого залежи отличного каолина. Пусть то дело долгое, так я не тороплюсь. По факту, мы ускорим строительство культового завода.

Пока же надо уговорить купца первой гильдии Акима Мальцова, оказавшегося весьма крепким орешком. Перед отъездом я собрал о нём информацию. Кстати, пора задуматься о собственной разведслужбе и картотеке. Но то дело будущего.

Когда хозяин мануфактуры успокоился и мы уселись в горнице его дома, расположенного в полуверсте от посёлка, я сразу зашёл с козырей:

— Аким Васильевич, дворянский титул за заслуги перед державой ты и так получишь, — после моих слов, купец гордо выпрямил спину. — Но я хочу предложить тебе настоящие деньги — и не только. Ты можешь стать родоначальником настоящей династии промышленников. Твои дети точно разовьют семейное дело. Только надо учитывать страну, где мы живём. Мало кто вспоминает, что Никита Демидов пользовался всемерной поддержкой Петра Великого и получил личное дворянство. Его сын уже считался своим среди высшего света, пусть старые роды и пофыркивали. Зато внуки и правнуки вписаны в Бархатную книгу, начав родниться со знатнейшими фамилиями. И поверь, любой чиновник и даже губернатор сначала подумает, прежде чем связываться со столь знатным семейством. И дело здесь не во взятках. Потому что демидовским деньгам под сто лет, как и связям. Они могут навредить себе только сами, если будут продолжать дробить и спускать состояние на ветер. Теперь подумай, сможет ли твой внук удержать богатства, когда на них нацелится какой-нибудь вельможа?

— Например, граф Шереметев? — оскалился старик, показав пусть и жёлтые, но крепкие зубы.

— Логично, — возвращаю купцу усмешку. — А чтобы всё было по-честному, мы с тобой откроем акционерное общество, как принято в Голландии и Англии. Можно взять в дело пайщиков или выставить часть акций на столичной бирже.

— Так в России нет таких обществ. Я даже о таком законе не слышал, — ответил купец, после долгого размышления.

— Значит, мы его составим и заставим Сенат утвердить. Зря я, что ли, столько лет изучал юриспруденцию в Европе? Заодно других промышленников подтянем, пусть помогают. Такой закон необходим, как и множество других. Торгово-промышленный банк России тоже нужен, но пока с ним сложно.