Чтение онлайн

– Садитесь, – киваю на кресла. – Чай будете?

– Будем, Ваше сиятельство. Но лучше настойку, – Ермолай опускается на край стула, фон Шик остаётся стоять. – Только прежде позвольте сообщить наши мысли.

– Так говори, – откладываю бумаги, мысленно улыбаюсь.

– Беспокойно на дорогах, Николай Петрович. Обоз из Липецка едва не перехватили. Хорошо, что Федот с Перваком вовремя заметили засаду, объехали стороной. Но это только начало. Хотя, скорее всего, это какие-то местные ухари. Может, даже помещики.

Даже так? Я об этом не слышал, пока не докладывали. Дядька и должен был сообщить. Вот и обрадовал сегодня.

Мы стали потихоньку налаживать в Ясенково склады для будущего масштабного строительства. Поэтому начали завозить в деревни провизию, инструмент и материалы.

Фон Шик наконец садится, кладёт на колени тяжёлые руки.

– Пугачёв осадил Оренбург и разбил несколько сильных отрядов, – произносит он с характерным акцентом. – Слухи ходят страшные. Помещиков вешают, церкви жгут. И главное – люди к нему идут. Тысячами.

– Знаю, – киваю. – Что предлагаете?

– Мы с Ермолаем умеем воевать. Но нас двое. И вы оказались правы, когда попеняли нам, что к настоящему бою готовы только Федот и Первак, – хмуро продолжил Шик. – Если Пугачёв придёт или даже решительная шайка, то всё будет плохо. А ещё, похоже, тройка наших людей, которые из казаков, ушла на Волгу.

Я откладываю бумаги и уже сам хмуро смотрю на бойцов. Хорошо, что недавно у нас состоялся неприятный разговор о безопасности и слабости наших структур. Речь-то идёт о больших деньгах и столь важных ресурсах, как зерно, крупы и металл. Их надо охранять, как и пути подвоза, не считая непосредственно людей. А в ближайшие три года бардака в стране хватит всем. Думаю, кое-кто попытается половить рыбку в мутной воде. Вот и получили баламуты завуалированный, но жёсткий выговор. Нет, я не позволил пустить ситуацию на самотёк. Только для чего нужны помощники, если всё приходится делать самому?

– Вы хотите создать отряд? Настоящий.

– Так точно, – кивает Ермолай. – Прости, барин, слишком мы расслабились. Необходима команда из двадцати – тридцати верных людей, которые и в разведку сходят, и обоз прикроют, и усадьбу, если что, удержат.

Ну, до штурма дворца точно не дойдёт. А вот прикрыть обоз и разведать, что творится в соседних лесах, не помешает. Обычные сторожа тоже необходимы, и не из крепостных.

– Что вам нужно?

– Николай Петрович, дозволь нанять два десятка ветеранов для заводов и сопровождения обозов. Заодно надо дать им сразу хорошее жалование и договориться о пенсии для семьи на случай гибели. Тогда народ будет служить не за страх, а за совесть, – произнёс дядька и, набравшись смелости, добавил: – Это я виноват, что сразу отказался от очевидного. Дозволь набрать людей в Алексеевской вотчине. Тамошний народ знает, с какой стороны держать саблю и пистоль. Ну и многие точно не хотят пахать и сеять. Как бы самые горячие сами к бунтовщикам не сбежали. А так мы их всем нужным обеспечим, заодно хорошо погоняем, сделав добротных бойцов.

Угу. Мои крестьяне, живущие на фронтире, люди непростые. Только ещё у отца Ермолая вышел с алексеевцами конфликт. Вот дядька и не смог переступить через старые обиды. Зато это ещё три месяца назад сделал один предусмотрительный граф. И дело не в безопасности усадьбы. Здесь в целом хватает бывалых людей, которые отобьются хоть от роты солдат. Скажу по секрету, у меня в подвале стоят две небольшие пушки и есть люди, умеющие ими пользоваться.

Меня больше беспокоит Евдоким Демидов, начавший проявлять нездоровую активность, судя по донесениям Козодавлева. Когда сделка по покупке заводов его брата станет реальностью, то потомок вырождающегося семейства будет гадить. Поэтому его должны встретить хорошо подготовленные люди.

Дядька со словаком откровенно облажались с первым отрядом, поэтому землю будут рыть, но через три месяца у нас появится спаянная команда.

– Завтра поедешь в Останкино, – тычу пальцем в удивлённого дядьку. – Там Уваров собрал три десятка ветеранов, отобранных из моих имений. Пахать они особо не хотят, но мужчины ещё крепкие, почти все семейные. Как раз подойдут для караульной службы на заводах и в охране обозов. Теперь ты, – перевожу взгляд на Шика, не дав Ермолаю начать расспросы. – Берёшь также завтра пять – семь возков, они готовы, и направляешься в Коломну. Туда Алёшка Дедёшин должен сопроводить три десятка алексеевцев. Мне их выделили тамошние старосты. У твоего собутыльника с мужиками конфликт, поэтому будешь обучать их сам. Вернее, по выданным методичкам и под моим надзором. Бумаги на изучение получите сейчас, завтра в дороге засветло прочитаете. За Вешняками уже построили казарму, полосу препятствий и стрельбище. Ваше дело – довести людей до ума к маю. Две недели я понаблюдаю, может, чего подскажу. Потом поеду в столицу.

– Так, а… – дядька развёл руками, но я его понял.

– Возьму с собой поручика Козодавлева, пару его людей и Первака. Федота отправьте в Ясенково. Там сейчас спокойно, и больше доставки грузов не будет, но пусть наведёт порядок с охраной. Вот бумаги. Как вернётесь, поговорим. И прекращайте пить каждый день. Я ведь терплю до поры до времени. А потому могу и на дверь указать.

Расстроенные бойцы взяли бумаги и молча покинули кабинет. Думаю, они сделают правильные выводы, не дети малые.

В камине догорают поленья, за окном воет ветер. Где-то там, в заснеженных полях за Волгой, творятся страшные дела. И если я хочу сохранить заводы и людей, которые мне верят, то надо готовиться к худшему и создавать отряд. Помимо Демидова, на дорогах хватает разных ухарей, как выразился Ермолай. Разбойничают не только шайки, опирающиеся на крестьян, но и дворяне. Вот мой отряд и очистит дороги от беспредельщиков, которые начнут грабить под видом пугачёвцев.

Январь 1774 года. Санкт-Петербург, Российская империя .

Снег скрипел под полозьями тяжёлого возка. Этот мерный, убаюкивающий звук смешивался с фырканьем лошадей и скрипом салона. За окном проплывали заснеженные поля, перелески, редкие деревни с низкими избами, из труб которых вился серый дымок, стлавшийся по ветру. Хотя этот дым скорее валит из дыр в крышах. Печки себе могут позволить не все крестьяне.

Я откинулся на медвежью шкуру, прикрыл глаза, и время будто сдвинулось, потекло вспять. В памяти всплыл тот самый день десять месяцев назад, когда я очнулся в чужом теле, на которое предстояло взвалить груз не только графского имени, но и знаний, добытых в другом, неведомом здесь веке. Сначала всё казалось зыбким, непрочным, как тонкий лёд на весенней реке. А сейчас? По сути, мало что изменилось, несмотря на явные успехи в некоторых сферах. Может, оттого и пришли воспоминания, что вскоре всё переменится? Возможно, в худшую сторону. Чего бы очень не хотелось.

Дорога тянулась бесконечной лентой, возок покачивало на ухабах, и мысли продолжали течь неторопливо. Напротив сидел Козодавлев, оказавшийся приятным попутчиком. Поручик большую часть дороги молчал и говорил, только когда его спрашивали. Недавно он подкинул дров в дорожную печку и будто растворился в своём углу. Для меня нынешнего получается идеальный вариант. Нервничаю я, ещё и переживаю из-за расставания с Анной. Поэтому не хочется лишний раз разговаривать.

Три недели перед отъездом прошли в жуткой суете. Ведь пришлось следить за упаковкой и отправкой реквизита, оборудования и сотни мелочей, которые лучше проконтролировать лично. Тот же лимонад мы решили делать в Петербурге, отправив туда сатуратор с ингредиентами и несколькими сотнями бутылок. Естественно, технику сопровождали два мастера.

А ещё в казарму, построенную недалеко от школы, прибыло пополнение. Зная моё отношение к небрежной работе – могу и оштрафовать – Уваров с Дедёшиным привезли добротный человеческий материал. Ветераны и алексеевцы видимых болезней не имели, а главное – желали служить. Порадовало, что у бойцов была правильная мотивация. Ведь ветеранам пообещали переезд с семьёй и собственные дома. Первые не рвались в бой, но понимали важность подготовки для караульной службы. Мелочей в таких вещах не бывает. Система должна работать как единый механизм, начиная с охраны и заканчивая связью. Вторые тоже произвели приятное впечатление. Парни прибыли под началом бывалого дядьки, быстро ставящего горячие головы на место. Заодно они прониклись моей речью с перечислением трудностей, которые будут в обучении, и будущими преференциями. Мне кажется, ребят больше воодушевила возможность стать крутыми бойцами. Ещё конь с добротным снаряжением – роскошь по нынешним временам. Ага, отряд встанет мне в копеечку. Благо, что охрана будет передвигаться на телегах.